Няня для дракошки
Шрифт:
– Сколько шрамов…
Я ждала, когда Ирган приступит к своей пытке, а сама держала перед внутренним взором золотистого мотылька. Такого же, как выпустила со своей ладошки Варра. Голос малышки звенел колокольчиком.
«А ты так можешь?»
Могу.
Когда кожу ожгло болью, я сделала вдох и призвала светлую магию к месту ожога. Будто сотни невидимых бабочек запорхали вокруг меня, обдувая крохотными крылышками кожу, растворяя боль, как исчезают тени при ярких лучах солнца.
– Что-то не так, Ирган? – уточнил Сетт. – У тебя потрясённый вид.
– Тебе показалось, – рыкнул Лабатт и снова кольнул меня магией.
Второй раз призывать силу к месту ожога, и растворять боль было ещё проще. Третий раз получилось машинально. На моей коже не расцветали чудовищные чёрные цветы, и Ирган злился и паниковал, ведь основа для эликсира не получалось.
Подняв голову, я поймала своё отражение в зеркале и улыбнулась.
Даже сломанная кукла сможет ответить на удар, если есть, кого защищать.
Глава 46
Глава 46
Спустя некоторое время, разочарованные мужчины ушли, оставив нас с Ирганом вдвоём. Я сидела на полу без движения, удерживая платье на груди и прислушиваясь к рваному дыханию Лабатта. Ясно было, что он в ярости. Что же сделает? Задушит? Побьёт? Попытается обжечь магией снова?
Услышав шаги, невольно затаила дыхание, не зная чего ожидать от этого человека в непривычной ситуации. Раньше, когда я не слушалась его, он меня унижал и наказывал болью, а когда слушалась, то просто терпела. Сейчас же я дала отпор. Тихий, но сокрушительный, и чем мне это аукнется, понятия не имела.
– Златослава, – сипло позвал Ирган, но я не шевельнулась. – Посмотри на меня.
Я продолжала сидеть, без движения, и случилось нечто нетривиальное. Лабатт упал передо мной на колени! Мы сидели друг напротив друга и молча смотрели в пол. Первым заговорил мужчина:
– Моя магия на тебя больше не действует.
В его голосе звучала бесконечная печаль, но меня она никак не задевала. Будто между нами внезапно оказалась прозрачная стена, и мы видели друг друга, но были страшно далеки. Я бы хотела оказаться ещё дальше от этого человека, но он не желал расставаться. Тронув мой локоть, он прошептал:
– Это всё из-за него, да?
Разумеется, было понятно, о ком Ирган говорил.
Она мысль о Драгане, и у меня дрогнули уголки губ, а сердце тоскливо сжалось от страстного желания увидеть Этвеша. Ощутить его запах, услышать голос, дотронуться до руки. Когда моей кисти коснулся Ирган, я едва сдержалась, чтобы не дать мужчине пощёчину.
Как он смеет пачкать прикосновением мои воспоминания?!
По коже скользнула золотая змейка, и внезапно Лабатт отпрянул, будто обжёгся. И посмотрел на меня со смесью изумления, ужаса и восхищения.
– Златослава, – выдохнул он.
И сделал то, чего я никак не ожидала.
Попытался поцеловать!
Это было настолько мерзко, что я отпихнула мужчину изо всех сил и, вскочив, отбежала к окну. Машинально подтянув платье, торопливо завязала шнуровку. А сама не отрывала настороженного взгляда от Иргана, но молчала, не зная, что сказать.
Потому что была потрясена! Раньше этот человек не проявлял ко мне никакого сексуального интереса. Я была лишь бесправной куклой, бессловесной игрушкой, которая должна быть красивой и улыбаться в любых обстоятельствах. Что же произошло сейчас?
Мужчина медленно вставал с колен. Глядя в пол, он смеялся, и от этого жуткого звука леденел затылок. Когда Лабатт поднял голову и посмотрел на меня, я невольно отпрянула при виде звериного оскала на его обезображенном лице.
– Я люблю тебя, – почти простонал Ирган и, повышая голос, дошёл почти до крика: – Почему ты меня отталкиваешь, ведьма? Я всё отдал за тебя! Влез в долги, чтобы тайная королевская канцелярия позволила тебе жить у меня. Унижался перед ненавистным драконом и развлекал богатых стерв, чтобы хоть как-то выкарабкаться из долгов. Делал всё, чтобы разорвать ту проклятую связь!
Его крик оборвался на самой высокой ноте, и глаза сверкнули бирюзой, от которой заныло в животе. Мужчина схватил чайник и со всей силы швырнул его в зеркало. Оно рассыпалось на сверкающие куски, множа наши отражение.
Плохой знак! Лишь однажды Ирган был настолько зол, и я даже вспоминать о том дне не хотела. Именно тогда во мне умерла девушка, очнувшаяся на незнакомой площади, а вместо неё в доме господина Лабатта начала жить бездушная кукла.
Мужчина сделал шаг, а я попятилась. Снова и снова, мы будто танцевали смертельное танго на расстоянии друг от друга. Сжигая взглядами, уничтожая противоположными желаниями, разрушая последние стены недопонимания.
В зеркальных осколках рассыпались мои воспоминания о жизни в другом мире. Они мелькали то тут, то там, но я узнавала и бабушкин домик, и старую печь, и небольшой огород, и тёмный подвал. Книгу, которую листала, шепча слова старых заклинаний. И тех, кто ворвался в мой дом!
– Ты, – выдохнула я и на миг захлебнулась жуткой болью, которая впервые шла не извне, а изнутри меня самой. – Это ты пытался убить мою дочь?
Он чуть опустил голову и, глянув исподлобья, расхохотался.
– Пытался? – Покачал головой и оскалился: – Нет, Златослава. Я никогда не пытаюсь.
Он сделал ещё шаг, а я упёрлась спиной в стену и, обхватив себя руками, задрожала от страха. Мысли и догадки одолевали меня, раня сердце и душу. Чайник, который Ирган только что разбил, был привезен из его дома? Как и сундук, что стоял в углу, эти вещи остались невредимы после пожара.
Но главное – это зеркало! Одно из многих, что украшали дом Лабатта, оно отражало всю мою боль. Впитывало её и с помощью чудовищной магии, обращалось в эликсир. Но этим жуткая сила зеркал не ограничивалась.
– С первой минуты, когда ты нашла книгу заклинаний, – вкрадчиво проговорил Ирган, – я захотел тебя. И получил! Светлая ведьма, золотой луч во мраке, который меня окружал. Ты отражалась в зеркалах, наполняя мой дом светом! Постепенно стала для меня всем… Но перетащить тебя в этот мир было непросто.
Он приблизился и, поставив ладони на стену, заключил меня в плен своих рук. Приблизил обезображенное лицо и продолжил:
– Иногда в твой дом входили другие люди. Мне удалось привлечь их внимание. Тому, кто увидел меня в зеркале, я пообещал несметные богатства, если он проведёт ритуал.