Чтение онлайн

– Нет, – все еще стараюсь говорить тихо, – во-первых, как вы могли оставить ребенка с совершенно незнакомым человеком? Это ваш сын?

Малыш оказался мальчиком. Это обнаружилось при первой же смене подгузников. Лицо охранника, которому довелось выносить грязные памперсы, до сих пор у меня перед глазами. Немного веселит. Хоть и не к месту совсем.

– Мой, – кивает, – но не совсем.

– Как это не совсем?

Сейчас он общается уже более спокойно. И я окончательно убеждаюсь, что незнакомец, сыгравший со мной столь злую шутку на дороге, никакой не бандит. Очень богатый статусный мужчина. Не нарушитель закона. У меня стойкая уверенность в этом. Может, потому что я учитель и привыкла сразу распознавать характеры своих учеников. Быть готовой к тому, на что они способны. Хотя, к чему быть готовой с этим человеком, я правда не знаю. Впервые в жизни настолько теряюсь.

– Мне его подкинули.

– Ребенка? – удивляюсь еще сильнее, – но где его мать?

– Без понятия.

– Как такое может быть?

Но момент искренности закончен. На вопрос мне никто не отвечает. Мужчина снова хмурится, когда смотрит на меня. О чем он думает? Я вроде справилась. Хотя внутри до сих пор потряхивает от всего произошедшего. От того, что сюда меня привезли почти силой. И от страха, которого я успела натерпеться. А всему виной он. Этот странный человек.

– У тебя неплохо получилось справиться.

Он еще раз оглядывает меня оценивающим взглядом, который мне вовсе не нравится. На меня так директор смотрит, когда хочет в очередной раз навязать абсолютно неоплачиваемый, но необходимый школе факультатив. «Это почетно» так он говорит. А мне от нагрузки порой волком выть хочется. Домой приползаю без сил. Поэтому даже кота не завожу. Чего животное мучать. Все равно времени на него не будет.

– У меня очень устали руки и спина, – решаю поставить точку в сегодняшнем приключении, – возьмите ребенка или скажите, куда положить, и я пойду домой.

– Домой тебе еще рано.

Его бесцеремонное обращение на «ты» тоже дико бесит. Ко мне даже Федор Михайлович, физрук, только на «вы» обращается. Приучила.

– Домой я поеду тогда, когда сама решу. А держать меня здесь силой – преступление!

– Разве тебя здесь кто-то держит? – разводит он руками.

Я понимаю, что разговор этот бессмысленный.

– Скажите, куда положить ребенка, и я уйду.

– Пешком по снегу через лес?

Ухмыляется, но все же идет. Показывает дорогу. Поднимаемся на второй этаж. Здесь я не была. Решила, что ползать по всему дому – это лишнее. Достаточно было убедиться, что на первом этаже я в безопасности. На втором ведь наверняка хозяйские спальни. Совать свой нос в чужую личную жизнь это не про меня. Я все-таки учитель. Пример для подрастающей молодежи. Поэтому и сама должна держать планку.

– Такси вызову.

Мужчина снова бросает на меня взгляд. Будто я глупость сморозила.

– Какой сумасшедший таксист поедет сюда в новогоднюю ночь?

Мы продолжаем диалог, пока идем по коридор. Дом такой большой, что мне и не снилось. Рядом с моей однокомнатной хрущевкой, взятой когда-то в ипотеку, эти хоромы словно дворец. Но я никогда на жизнь не жаловалась. Вот и сейчас не собираюсь.

– Это уже вас не касается. Просто покажите, куда положить ребенка и…

– Я понял.

Он наконец открывает дверь. Там тоже темно, как в коридоре. Ступать приходится осторожно. Не дай бог, упаду и уроню кроху. Он так сладко спит в моих руках. На секунду сердце сжимается. Представить себе не могла, что за каких-то пару часов привяжусь к чужому ребенку.

Мужчина останавливается, и я тоже. Только сейчас понимаю, что даже не знаю, как его зовут. А он моего имени не знает. Если честно, такое со мной впервые. Как и похищение среди улицы. Как и возня с малышом. Смена подгузников. Первое кормление из бутылочки. Надеюсь, я все сделала правильно. Если подумать, не так уж плохо прошла моя первая Новогодняя ночь. Я помогла маленькому беззащитному существу. Разве это плохо?

Говорят, как Новый год встретишь, так его и проведешь. Но это точно не про меня.

– Сюда клади.

Он говорит про ребенка, как про какую-то вещь. А мне наоборот кроху сильнее прижать к груди хочется. Такой маленький и беспомощный. Останется один на один с этим человеком в доме. Но что я могу?

Аккуратно кладу маленького на постель. Она большая. Кроха вряд ли с нее скатиться. Но я на всякий случай еще обкладываю вокруг подушками. Мужчина смотрит на все мои манипуляции молча. А мне под его тяжелым взглядом совсем не по себе становится. Вспоминаю, что мы один на один, а кругом лес, темнота, холод.

– Закончила? – слова произносит, словно лес рубит.

Каждая фраза – точный удар по моим оголенным нервам. Мы выходим из комнаты, и он прикрывает дверь. Я бросаю последний взгляд на малыша, мирно посапывающего на кровати. Сердце кровью обливается. Прости милый, но, когда ты проснешься, меня рядом уже не будет. Надеюсь, о тебе хорошо здесь позаботятся.

– Если что-то случится… – пытаюсь подобрать слова, – если вдруг в новостях я увижу что-то подозрительное, то сразу пойду в полицию. Буду свидетелем. Если понадобится, в суде буду выступать!

Он сначала не понимает. Но потом до него начинает доходить смысл моих слов. Суровое мужское лицо вытягивается, лоб морщится. Словно ему неприятно становится.

– Ты за кого меня принимаешь?

– Вы меня похитили! – не могу сдержаться и выкрикиваю ему в лицо, – за кого я должна вас принимать?

Мы уже на первом этаже. Далеко от ребенка и можно немного пошуметь. Можно выплеснуть все накопившееся эмоции. Все невысказанные претензии.

– Нанял, – непреклонно чеканит он, – ты неплохо справилась. Поработаешь на меня еще неделю.

Сказать, что я удивлена – ничего не сказать. И ответ, конечно, приходит сразу.

– Нет!

– Ты не поняла, снегурочка, это не вопрос.

– Это вы не поняли. И не надо звать меня снегурочкой. У меня есть имя. Впрочем, вам его знать не обязательно.

Хочется поставить мужчину на место. Но чувствую этот противник мне не по зубам. Остается лишь крепче сжать кулаки и развернуться к выходу. Чтобы он ни говорил, а поступать так, как хочет этот мужчина, я не буду.

– Куда?

– Домой, – снимаю шубку с вешалки.

Она еще влажная и заметно потрепанная после всего пережитого. Но ничего. Дома я приведу ее в порядок. Куплю горошка. Сделаю вкусный оливье. И забуду все, что произошло со мной в эту странную новогоднюю ночь.

– Такси сюда не приедет.

Он как-то очень быстро оказывается рядом. Ничего не делает. Не пытается меня остановить. Только смотрит. Но так, что у меня ноги подрагивать начинают.

– Значит, пешком пойду.

– Чтобы ты там обо мне не решила, но я не бандит и не преступник, – произносит так неожиданно, что я даже замираю, не застегнув пару пуговиц, – и я не хочу проблем с полицией, если вдруг твой труп найдут рядом с моим домом.