Няня на Новый год
Шрифт:
И пророческие слова «В девять утра шофер будет у твоего подъезда».
Телефон снова начинает звонить. Подпрыгивает у меня на ладони. Или это я сама подпрыгиваю от неожиданности. Может сбросить еще раз? Но вдруг действительно звонят из школы? Или, например, родители одного из моих учеников. Я, конечно, такое не практикую. Всегда стараюсь донести, что рабочее время у меня только на работе. Но сердце не камень. Да и не до всех получается донести.
В результате отвечаю.
– Слушаю, – голос слегка хрипит со сна.
– Снегурочка, шофер ждет внизу, – жестких тон я узнаю сразу, хочу уже сбросить, но он добавляет, – и я тоже жду. Не приедешь и этот мелкий паршивец…
Его голос перекрывает грудной плачь, а у меня сердце чуть не останавливается. Так издеваться над ребенком. Он просто изверг. Сна сразу ни в одном глазу.
– Не делайте ничего с ребенком. Я сейчас приеду.
Быстро вскакиваю с постели. Натягиваю, как есть, старый мятый домашний свитер. Сую ноги в какие-то брюки. Кажется, они с дыркой и даже грязные. Плевать. Сердце так грохает в груди, словно сваи заколачивает.
На улицу выбегаю через пару минут. В этот раз на мне не нарядная шубка, а очень практичный и главное теплый пуховик. Да не новый, но чистый и без дырок. Я аккуратно его ношу, чтобы на подольше хватило. В таком и в сугробе сидеть будет не холодно. Но, надеюсь, больше не придется.
Быстро нахожу взглядом уже знакомый большой автомобиль. На нашей узенькой улочке он словно огромная трехпалубная яхта в деревенском озере, где коров обычно купают. Как вообще протиснулся. Главное, чтобы выехать получилось и дорогу никто не перегородил. А то ведь застрянем. А там…
Плачь малыша стоит в ушах, как живой. Подстегивает. Заставляет бежать быстрее. Уверена, я совершаю ошибку, снова отправляясь в тот дом. Но выбора у меня нет. Все инстинкты во мне буквально орут бежать, как можно быстрее.
Василий встречает привычным молчанием. Когда я сажусь, его лицо будто становится более расслабленным. Не то что он рад меня видеть, но явно испытывает облегчение. Хотя, может мне просто показалось. В любом случае думать сейчас об этом не могу. Все мысли совсем о другом.
Пока едем, с трудом сдерживаюсь, чтобы не попросить прибавить скорость. Мы итак летим на максималке. Еще не хватало нарушать правила. С другой стороны, хочется как можно быстрее оказаться рядом с маленьким. Обнять и утешить. Как же он плакал. Что тот человек с ним опять вытворял? Ему точно нельзя доверять детей. Если он и правда отец, то отцовский инстинкт в нем очень крепко спит, а, возможно, и вовсе отсутствует.
Как только заезжаем на просторный двор, я даже не дожидаюсь, когда машина окончательно остановится. Выпрыгиваю из салона и бегу по рыхлому снегу. Пару раз поскальзываюсь и падаю. Но плевать. Даже боли не чувствую. Быстро встаю сама и бегу дальше.
Сердце в груди колотится, как ненормальное. Мне кажется я всю дорогу слышала детский плач и до сих пор его слышу. Хотя окна в особняке толстые пластиковые и все наглухо закрытые. Сквозь них не проникает ни звука.
А в голове бьется лишь одна чисто женская мысль. Скорее обнять кроху и сделать так, чтобы он больше не плакала. И вторая. Уже не такая радужная. Сказать наконец хозяину шикарного особняка все, что я о нем думаю.
Глава 7
Входная дверь открыта, и я быстро залетаю. Мужчина встречает меня в коридоре. Ребенок на его руках разрывается от плача.
– Что вы с ним сделали?
– Ничего, б… Черт, ничего я с ним не делал. Он поспал, а потом как начал орать. Орет уже несколько часов и не замолкает. Этот паршивец просто издевается надо мной.
– Он маленький, – замечаю строго, – и не может так делать. Он еще ничего не понимает.
Слегка выдыхаю. Мужчина правда, похоже, не делал ему ничего плохого. С ребенком на руках он уже не выглядит таким решительным как вчера. Под глазами залегли темные круги. А взгляд растерянный. Весь мой грозный пыл моментально улетучивается.
Быстро тяну руки к малышу, и мне его охотно отдают. Я бы даже сказала с облегчением. А я сразу понимаю в чем дело.
– Вы подгузник ему меняли? Я оставила на столе целую пачку.
– Я. Не. Меняю. Подгузники, – рычит он.
– Вы отец или кто?! – тоже негодую, но голос стараюсь не повышать.
Сейчас не спор с этим человеком самое главное. Надо скорее помочь ребенку. А для этого приходится немножко покомандовать. Водитель предусмотрительно остался в машине. Прошлой ночи ему хватило и повторять нет желания. А вот его начальнику пора прийти в себя и понять уже, что стал отцом. Каким бы странным образом это ни случилось. Но теперь он несет ответственность за маленького беспомощного кроху.
– Расстелите здесь пеленку, мне надо положить малыша на диван, – киваю головой, продолжая аккуратно покачивать ребенка.
Ожидаю очередной грубости, но мужчина на удивление ловко делает все, что я его прошу. Похоже, бессонная ночь поубавила у него решительности. Он сам приносит мне начатую упаковку с подгузниками. Но на процесс не смотрит. Брезгливо отворачивается.
– Вам нужно тоже научится делать это, – замечаю, вновь прижимая к себе уже сухого малыша.
Он плачет меньше. Но видно, что за ночь настрадался. Как и его непутевый отец.
– Вы его кормили? – задаю вопрос, так и не дождавшись никакой реакции на свои слова.
– Зачем? Ты ведь покормила его перед уходом, – искренне удивляется.
А я искренне не понимаю, как родная мать могла оставить сына на этого человека. У нее что не сердца?
– Маленькие дети едят очень часто, – решаю не ругаться, а объяснять.
С моими оболтусами это всегда лучше работает, чем даже прямые угрозы позвонить родителям.
– Насколько часто? – в его голосе появляются заинтересованные нотки.
– Все зависит от возраста, – иду на кухню. Уже знаю, где она находится, – сколько вашему месяцев?
– Без понятия.
Не могу удержать взгляд полный негодования. Так и хочется сморозить что-то по типу «предохраняться надо уметь», но это слишком грубо. Тем более рядом ребенок, пускай и маленький. На его долю итак выпал такой горе-папаша. Еще я тут со своими нравоучениями.
– Может быть позвонить его матери, – предлагаю, пока достаю одной рукой баночку с детской смесью.
Хорошо бы, конечно, покормить его чем-то более питательным. Но никакой другой детской еды в доме нет. А Василию я вчера заказывала по минимуму. Так как не планировала оставаться в роли няньки надолго.