Чтение онлайн

Значительные объемы вывозимой продукции продавались по заниженным ценам, а часть разницы в виде наличных сумм присваивались должностными лицами организаций-экспортеров. Помимо налогового вреда России такая практика понуждала зарубежные страны принимать антидемпинговые меры против наших товаров, что снижало возможности российского экспорта и еще раз сокращало поступления в бюджет России.

Криминальный характер приобрела деятельность многих совместных предприятий. Занижение с помощью различных способов доли российских партнеров в их уставном капитале и другие правовые и финансовые уловки позволяют зарубежным участникам присваивать львиную долю экспортных доходов, основная часть которых остается на их зарубежных счетах. Например, 37 российских совместных предприятий вывезли из страны нефти на сумму более 1 млрд долл. За это же время объем иностранных инвестиций в нефтяной отрасли России составил около 230 млн долл.

Бесконтрольное предоставление экспортных квот на нефть, по признанию бывшего министра топлива и энергетики РФ В. Калюжного, сделанному в конце лета 1999 г., стало одной из причин обвала внутреннего рынка сырой нефти. В результате пришлось отозвать от 70 до 95 % (!) квот на экспорт дизельного топлива, мазута и иных нефтепродуктов [69] .

Материалы уголовных дел, оперативная и иная информация свидетельствуют о том, что почти все звенья системы внешнеэкономических отношений и на всех этапах движения сырьевых товаров пронизаны взяточничеством. Особенно поражены коррупцией органы и лица, распределяющие лицензии и квоты на экспорт, администрации предприятий добывающей и перерабатывающей промышленности, таможенные органы.

Рост экономической преступности происходит, прежде всего, в недостаточно урегулированных законом и лишенных необходимого организационного обеспечения областях реформируемой экономики, что связано в общественном мнении с грубыми ошибками политики реформ. Объектом экономической преступности всегда были и остаются приоритетные программы Правительства, и в первую очередь программа приватизации, в которой сконцентрирован весь спектр интересов, связанных с происходящим в стране всеобщим перераспределением собственности. Проведенную в России приватизацию можно без преувеличения считать национальным экономическим позором, хотя, с точки зрения теории, программа этой приватизации внешне выглядела разумной.

В ходе ваучерной приватизации 150 млн граждан России было выплачено по 10 тыс. руб., что с учетом деноминации составляет 60 млн долл. по сегодняшнему курсу. В эту сумму был оценен весь (!) промышленный потенциал России. Следующим этапом стали залоговые аукционы. Наиболее лакомые куски государственной собственности «ушли» почти даром в руки будущих олигархов. Государство переводило в банки бюджетные деньги: банки отдавали эти деньги государству в обмен на «Норильский никель» и «Сибнефть».

Под диктовку Запада был создан такой фондовый рынок, который отсекал от дальнейшей приватизации все отечественные инвестиционные фонды. Фондовое законодательство России было буквально скопировано с американского. Любой держатель акций за спиной номинального владельца мог многократно перепродавать их.

Всю страну выкупили у населения по цене одного самолета. Только за одну нефтяную компанию «СИДАНКО» ОНЭКСИМбанк заплатил 210 млн, а затем продал всего 10 % акций этой компании «Бритиш Петролеум» уже за 570 млн долл. Последняя «внакладе» также не осталась — после покупки 10 % «СИДАНКО» акции «БП» на рынке выросли на 3 млрд долл.

По этой схеме отечественные и западные олигархи сняли все «пенки». Приватизация в России обернулась гигантской операцией по «отмыву» «грязных» денег.

По мнению ряда экспертов, именно группа Чубайса совместно с американскими консультантами создала коррупционную систему власти в России, заложив технологию «отмыва» «грязных» денег в основу российских реформ. Не думаю, что сегодня кто-либо вправе навешивать на Чубайса и его команду подобного рода ярлыки. Это дело суда и истории. Вместе с тем некоторые из оценок любопытны для понимания сути происшедшего.

В 1991 г. А. Чубайс был приглашен в Москву для проведения массовой приватизации. В отчете Агентства США по международному развитию (АМР) отмечалось: «Идеалистическая, но прагматичная Санкт-петербургская группа молодых экономистов, возглавляемая Чубайсом, профильтровала властную структуру в Москве». Позже в одном из интервью специальный советник президента США и координатор экономической помощи странам СНГ Ричард Морнингстар скажет: «Когда вы говорите о нескольких миллионах долларов, вы не измените страну, но сможете предоставить точечную помощь Чубайсу». На российскую программу приватизации АМР выделило 59 млн долл., а затем еще 45, Всемирный банк — 90 млн., Европейский банк реконструкции и развития — 43.

Как пишет Л. Крутков, для «точечной помощи» Чубайсу американские консультанты из Гарвардского университета (Шлейфер, Хэй и др.) создали первую в России «стиральную машину». Вся западная помощь оформлялась в виде беспроцентных кредитов. Для работы Госкомимуществом был создан «Российский центр приватизации» (РЦП), возглавляемый в разное время Чубайсом, Бойко и Васильевым, а для «работы» с Федеральной комиссией по ценным бумагам (ФКЦБ) были учреждены Институт правовой экономики и Секретариат по ресурсам. Первый получил от американцев 20 млн долл., второй — 15. В частности, ФКЦБ совместно с Секретариатом по ресурсам разработала закон «О ценных бумагах», подписанный Ельциным в 1996 г. Совместно с Институтом правовой экономики ФКЦБ осваивала деньги, выделяемые на правовую реформу.

Всего за два года — с 1994 по 1996 — по линии Агентства по международному развитию США направили в Россию около 2 млрд долл.

В своем исследовании по поводу американской помощи группе Чубайса сотрудница Университета им. Джорджа Вашингтона г-жа Уэлд отметила: «Такая способность монополизировать ресурсы и проникать в Правительство и бизнес посредством “грязного сообщества” создает ассоциацию со словом “мафия”» [70] .

Будет обидно, если новые проекты АМР для России будут повторять старые ошибки и тем самым усугублять отрицательное отношение к России со стороны мирового сообщества.

Вряд ли может вызвать принципиальное возражение утверждение, что главной причиной экономических преступлений является треугольник противоречий интересов производителя товаров и услуг, государства и потребителя.

Применительно к обозримому будущему цивилизации этот конфликт носит едва ли не абсолютный характер, т. е. его наличие не зависит от способа производства, уровня развития производительных сил, политического устройства, географического расположения страны, этнических особенностей и других условий хозяйствования. Однако интенсивность противоречия или точнее — комплекса противоречий, может колебаться в значительных пределах. Аксиоматично наиболее значимым условием его обострения является социальный кризис. Анализируя криминологические последствия кризисного развития России в последние десять лет, можно сделать вывод о том, что мощный системный кризис способен на несколько порядков увеличить криминогенное воздействие треугольника «вечных» противоречий между хозяйственными интересами и сам по себе создать новые противоречия в этой сфере.

Проведенный по просьбе автора в конце 90-х гг. прошлого века опрос российских банковских работников (руководители юридических служб, служб безопасности 12 коммерческих банков), а также работников управлений налоговой полиции Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Ростова-на-Дону, Волгограда, Государственного таможенного комитета РФ, Федеральной службы РФ по валютному и экспортному контролю, представителей малого бизнеса в сферах промышленного производства, торговли, бытового обслуживания и сельского хозяйства (всего около 500 человек) позволил определить следующий круг современных криминогенных факторов в соответствующих сферах: