Чтение онлайн

— Угу, — Шеррайг немного помолчал. — Но теперь, скорее всего, они будут действовать менее осторожно, раз духи в двух случаях не сработали. Скоро они поймут, что и не сработают, и что эффект духов раскрыт. Если ещё не поняли.

Тут мы пустили лошадей рысью, и разговор вынужденно прекратился. Хотя вопросов в моей голове роилось ещё много. С другой стороны, мне и самой есть о чём подумать — что же всё-таки значит это «откажись от себя». Волей неволей, скатываешься в философские рассуждения — а кто я вообще? Проще всего было бы решить, что надо отказаться от целительского дара. Но я толком-то и не лечила ещё никого, какой же я целитель? Да и не ощущала я себя пока целительницей, скорее, просто студенткой. Молодой девчонкой, у которой всё ещё впереди, и с которой всё будет хорошо, несмотря ни на что.

Пообедали мы в каком-то небольшом городке, там же прикупили еды и свежую газету — аналог нашего Вестника, ночевать нам предстояло в лесу. По крайней мере, мы так думали, глядя на карту, и я уже даже представляла себе Шеррайга, невозмутимо читающего свежую газету, сидя посредине леса, почему-то эта картина меня забавляла. Но неожиданно мы наткнулись на деревню, правда её название настораживало: «Оборотни» — гласила табличка.

— Может, всё же в лес? — с сомнением спросила я. И, поколебавшись, решила всё-таки не сообщать элронцу, что во всех романах встречи с оборотнями, как и въезд в подозрительно возникающие на пути деревушки, плохо заканчиваются. Потом скажу, если что. Он и так не очень-то уважает авторов, судя по всему.

— Плохие предчувствия? — Поднял бровь элронец. — Или предрассудки?

— Чувство самосохранения, — буркнула я, и въехала-таки в ворота.

Ничего страшного в деревне с нами не произошло, она вообще мало чем отличалась от обычных человеческих поселений. Пожалуй, отличий было всего два. У большинства жителей глаза были янтарного цвета, точь в точь как у ара инквизитора, Ягхара д'Арго. И это открытие меня развеселило. А вот вторая особенность деревни заставила меня скрежетать зубами. Девушки смотрели на моего спутника так…так приглашающе и откровенно, что я не выдержала, и стала подозрительно его рассматривать — где там мёдом намазали, а я и не заметила. Более того, внешность у него сейчас была самая заурядная… И ладно я, я-то знаю как он выглядит на самом деле, как он может улыбаться, хмуриться, подтрунивать или злиться. Целоваться, в конце концов. Да он под моей дверью пол ночи сидел! А эти-то с чего вдруг повально повлюблялись? С мужчинами у них тут вроде проблем нет.

Не знаю как Шеррайг выбрал дом, куда попроситься на ночлег, но нас охотно обещали пустить на сеновал, и на самого элронца хозяйка смотрела хоть и радушно, но без фанатизма.

— Что с ними? — спросила я у Шеррайга, когда мы, умывшись с дороги, сели за стол. И выразительно покосилась в окно — в нём можно было наблюдать как несколько красавиц прогуливается туда-сюда, с совершенно невинным видом, почему-то, правда, бросая знойные взгляды на это самое окно.

Шеррайг заинтересованно посмотрел — мне захотелось завязать ему глаза, весело ухмыльнулся — тут уже и пнуть захотелось, и, придав тону озабоченность, спросил:

— А что с ними?

— Похоже на массовое помешательство, — отрезала я. — Надеюсь, не заразное.

— Не заметил. — Весело сверкнул глазами элронец, и на меня накатила тоска, сменив собой иррациональное желание вцепиться кое-кому в руку и не отпускать. Я поняла, что сейчас он доест нехитрый, но вкусный и сытный ужин, и пойдёт к ним. А я буду всю ночь одна на сеновале, исходить от бессильной и бесправной ревности. Ведь в сущности мы друг другу никто, просто случайно сведённые судьбой люди… хотя, в общем-то, даже не все из нас люди.

Герой моих терзаний тем временем бросил на меня непонятный взгляд, поблагодарил хозяйку за ужин, и ушёл… Я ещё успела увидеть в окно, как оживились девушки, и его спину, и, поспешно пробормотав слова благодарности за ужин, бросилась во двор — слёзы жгли глаза, а при свидетелях расплакаться было бы и вовсе невыносимо.

Я присела на лавку возле сеновала, чуть потревожив греющегося там большого пушистого кота, он лениво посмотрел на меня жёлтым глазом, и махнул пушистым трёхцветным хвостом. Помня, что нахожусь в непростой деревне, я внимательно присмотрелась к коту — не хватало ещё кого-то из хозяйских детишек погладить как кота… Но вроде бы кот был просто котом. И я подвинулась к нему поближе, а со стороны ворот из-за дома раздался очередной взрыв веселья и заливистого смеха. Медленно и опасливо протянула руку — кошак настороженно повёл ушами, но большого протеста не выказал.

— Козёл. — Поведала я коту, уже смелее проводя рукой от головы к хвосту. — Кобель. Сволочь.

Кот согласно заурчал.

— И что они в нём нашли?

— Силу крови. Оборотни чувствуют сильную кровь.

Я отдёрнула руку — на мгновение показалось, что это сказал кот. Я даже успела на это понадеяться, тогда мне, конечно, тоже было бы стыдно, но не настолько. Увы, кот молчал. Даже мурчать перестал.

— Ой. Как-то нехорошо вышло. Совсем нехорошо. — Сказала я коту и подняла покаянный взгляд на застывшего в паре шагов элронца. — Прости.

И легонько дёрнула кота за хвост: эх, ты.

Шеррайг чуть-чуть помолчал, разглядывая мои красные щёки и уши, и потом просто кивнул. И сказал:

— Пойдёшь купаться?

— С помешанными? — Уныло спросила я, чувствуя лёгкий стыд перед незнакомыми девушками за такое определение. Но другого не придумала. — Не пойду.

— Со мной, — сказал элронец.

— Без них? Вдвоём?

— Без них. Хочешь — кота возьми.

Кот не пошёл. Купальника у меня не было и пока я, стоя на берегу небольшого озера, размышляла достаточно ли у меня длинная рубашка или надо всё же лезть в воду в штанах — я предусмотрительно взяла полный комплект одежды переодеться, Шеррайг скинул рубаху и взялся за штаны. Тут он остановился, вздохнул и вежливо спросил:

— Можно?

Я кивнула, и подумав «а какого чёрта?», тоже пошла купаться без штанов.

Потом, когда мы уже устроились спать на одуряюще пахнущем сене, я всё же спросила:

— А что ты им сказал?

— Что не свободен. Они уважают чужие обязательства.

Уточнять про обязательства я не решилась — мало ли, что он имел в виду? Не пошёл с ними, и хорошо.

Ночью я проснулась от холода, и долго смотрела на лежащего в метре от меня элронца, размышляя можно ли подползти погреться. Вообще, в проклятом лесу мы спали совсем рядом, но там у нас была легенда, что мы муж и жена. И другие люди были. А тут — он сам устроился в метре от меня, может быть, не хочет быть ближе. Я бы терзалась ещё долго, и, скорее всего, так бы и стучала зубами до утра, утопая в сомнениях и догадках, но тут Шеррайг открыл глаза и поинтересовался:

— Стук зубов — это ты мёрзнешь или в оборотня превращаешься?

— Превращаюсь. — Сказала я недружелюбно. — В кого-то хладнокровного.

— В змею? — с любопытством спросил, оказавшись рядом, и затаскивая под свой плащ.

— В жабу, — обняла за шею, прижимаясь всем телом к тёплому элронцу. — Чувствуешь, душит?

На следующий день мы подъехали к имению, в котором Мэрроя видели последний раз. Заезжать в само имение не стали — там и так уже неоднократно побывали агенты принца, а мы очень не хотели лишний раз светиться. Шеррайг надеялся почувствовать след нашего персонального злодея, и мы уже минут десять топтались на дороге, по которой тот должен был проехать, но, судя по мрачнеющему лицу элронца — тщетно.

— Слишком много времени прошло, — грустно вздохнул мой спутник.

— Давай поспрашиваем в деревне? Может, кто-нибудь что-нибудь видел… — Предложила я. Насколько я помнила карту — делаю успехи! — километра через три была довольно большая деревня. По словам обитателей имения — Шеррайг читал их показания, Мэррой в имении не ночевал, так что вполне мог остаться на ночлег в деревне. В этой, или в более отдалённой по этой же дороге. Элронец рассуждал примерно так же, и мы отправились в деревню.