Чтение онлайн

— А сам маячок не меняется?

Шеррайг вздохнул:

— И чему Вас только учат в этой вашей Высшей Школе Целительства? Меняется только живое.

Я решила не заострять внимание на нелестном высказывании о Школе, в конце концов, я действительно многого не знаю.

— А что, про зону изменений — это известный факт? — спросила недоверчиво.

— Нет, — согласился элронец. — Не известный. Но то, что маги перестают существовать, перейдя в проклятый лес порталом, — очень даже известный. Не думаю, что королевский маг был настолько в отчаянном положении, что решил проверить на себе как это происходит. Скорее всего, его туда отправили в бессознательном состоянии.

— Или уже трупом? — Предположила я.

Он покачал головой:

— Не думаю. При убийстве сильного мага остался бы выброс силы, который сложно скрыть. Ну и эманации смерти, — тут он насмешливо на меня посмотрел. Да, это я должна была сама сообразить. Но вроде бы неплохо выученная теория на деле не так легко ассоциировалась с практикой.

Я так увлеклась размышлениями, что не заметила, как нам принесли еду.

— Ешь, — сказал Шеррайг, сам он уже половину съел, наверное. — И пойдём с тобой колдовать.

Я от неожиданности клацнула зубами по ложке и окинула «колдуна» подозрительным взглядом.

— Да, — подтвердил он. — Мне срочно нужна жертва для тёмного и страшного элронского обряда. И, желательно, сытая.

Предполагаемую жертву тут же разобрало сильнейшее любопытство, так что ела я быстро-быстро.

Мы поднялись в комнату, и Шеррайг стал доставать свои покупки. Первым делом, он достал и активировал «глушилки» — артефакты, которые поглощали излишний магический фон и позволяли не привлекать излишнего внимания к своим магическим действиям. Всего их было пять, и это было очень много. Мы тут что, будем второй Алмаз Сандерланда создавать? Первый, и пока единственный, находился в короне королей и, по слухам, обладал какими-то невероятными магическими свойствами. Ирония судьбы была в том, что уже много поколений в королевской династии не было магов. А неодарённому человеку Алмаз был бесполезен.

— Что мне делать? — чуть не подпрыгивая, спросила я.

— Сидеть, молчать, бояться. — Предложил Шеррайг с лёгкой смешинкой, доставая какие-то уже неизвестные мне, но определённо магические штуки, и снимая рубашку. Мне почему-то вдруг очень захотелось его поцеловать, но я сидела на кровати и молчала, как было велено. Вот разве что совершенно не боялась.

В общем-то страшный элронский ритуал оказался весьма коротким, и действительно страшным. По крайней мере, я здорово испугалась, когда Шеррайг, произнеся нараспев несколько непонятных слов, схватил нож и возил его со всей дури… простите, со всей силы себе в сердце. Хотя, это у нормальных людей там сердце, а что у элронцев — совершенно непонятно, — подумала я, успокаиваясь, так как падать замертво он не спешил. Но успокоилась я рано — он приложил к ране, которая почему-то сразу затянулась, оставив лишь немного крови на коже, какую-то штуку, больше всего похожую на маленький кусочек кружева из проволоки. А потом сказал «Прости», и опять же со всей… силы впечатал это кружево мне в сердце. Впечатал, конечно, в грудь, но при этом «кружево» куда-то делось, а моё сердце обожгло огнём. А на рубашке остались дырки.

Пока я приходила в себя и прислушивалась к своим ощущениям, Шеррайг уже всё прибрал, кровь вытер полотенцем, которое потом сжёг, и теперь с любопытством на меня смотрел, присев рядышком на кровать. Это что, ещё и эксперимент был?

— Слушай, — разочарованно сказала я, легонько тыкая пальчиком в то место, где у него должна была быть смертельная рана, — так тебя толком-то и не убить?

— Убить, — сказал элронец. — Но не так. И не смотри так завистливо, — добавил он. — Это специальный ритуальный кинжал, а не исключительно моя регенерация.

— А что это было-то? — решилась всё-таки спросить.

— Амулет. Защитный.

— И что он может?

— А это мы сейчас проверим, — Шеррайг вытащил из сумки спящую, или прикидывающуюся мёртвой? компактную демоницу и велел ей: — Зачаровывай.

Винар, кажется, действительно старалась. Она увеличилась до человеческих размеров, опустилась передо мной на корточки и то брала за руку, то заглядывала в глаза, то что-то жарко шептала. Я не чувствовала ничего похожего на вчерашнее оцепенение, и даже ощущала некую неловкость за демоницу, словно за знакомого или родственника, который не смешно и неуместно паясничает.

Шеррайг результатом остался доволен.

Ая

Мы с Шеррайгом прятались в шкафу. Шкаф был больше, чем некоторые комнаты, в которых мне доводилось бывать, принадлежал Его Высочеству наследному принцу Эриху-Карлу-Филиппу и находился, собственно, в его спальне.

— До встречи с тобой, — укоризненно сказала я элронцу, — я вела удивительно добропорядочный образ жизни. А теперь, мало того, что регулярно ночую с мужчиной, не будучи за ним замужем, так ещё и по спальням других мужчин вместе с ним шляюсь.

— Ты знаешь, — задумчиво заметил Шеррайг, — я до встречи с тобой тоже не ночевал регулярно с одной и той же женщиной…

— А по спальням других мужчин неужели ходил? — Я прекратила рассматривать парадные камзолы принца и удивлённо обернулась к Шеррайгу.

— Нет, — вздохнул он. — Но это новшество меня меньше шокирует.

— А вдруг принц придёт не один? — посетила меня неожиданная, но в общем-то логичная мысль.

— Тогда мы подождём, а потом скажем, что перенеслись только что. Но не думаю, что он так быстро забыл Софи.

Я укоризненно посмотрела на элронца и слегка покраснела, представив, что мы будем находиться тут, пока в комнате… Ох.

— Я вообще-то не об этом.

— Тогда можем и не говорить, что перенеслись только что. — Шеррайг был непробиваем.

Я чувствовала неловкость от вторжения в чужое личное пространство, но элронец наотрез отказался встречаться с принцем каким-либо другим образом. И хотя бы предупредить принца тоже отказался. «Что-то идёт не так» — это всё, чего я смогла от него добиться в качестве объяснений. Ещё он сомневался брать ли меня с собой, но тут я настояла, сославшись на свои дурные предчувствия. Мне действительно было страшно оставаться одной. А вот Винар мы оставили — Шеррайг в той магической лавке купил специальный защищённый сундучок, и загнал туда демоницу. Чтобы не шалила и людей с пути истинного не сбивала. В дом Софи мы не совались, остановились в гостинице, под очередными личинами, я уже счёт им потеряла.

— Проходите, моя дорогая, — раздался голос принца. Мы озадаченно переглянулись и с облегчением выдохнули, когда принц продолжил после звука закрывшейся двери: — О чём Вы хотели поговорить?

Как оказалось, обрадовались мы рано.

— Абиссум-инвокат, — сказала женщина, и голос принца стал каким-то бесчувственным.

— Я слушаю, — совершенно механическим, безэмоциональным голосом произнёс Эрих-Карл-Филипп.

— Что-нибудь новое стало известно о Шеррайге Райане? — командным голосом спросила женщина.

— Нет. — Также глухо ответил принц.

— Завтра утром прикажешь готовить выезд на охоту на послезавтра.

— Да. — Покорно согласился принц.

— Мы с тобой сейчас мило побеседовали ни о чём. Считаешь меня хорошенькой, но глупенькой.

— Да.

— Инвокат-абиссум, — сказала женщина и хлопнула в ладоши. И тут же проворковала: — Благодарю, что выслушали, Ваше Высочество.

— Ну что Вы, ара Элина-Алисия, Ваше общество для меня удовольствие. — Немного скучающим голосом произнёс принц.