Об огне и заблуждениях
Шрифт:
Мардж собирает материалы, пока мы боремся с мятежницей. Затем она приседает рядом с женщиной; её голос звучит резко: — Ты собираешься сотрудничать? Или нам просто дать тебе сдохнуть?
Женщина смотрит на Мардж с пылающей ненавистью.
Мардж спрашивает снова: — Ты говорить умеешь?
Тишина.
Мардж протягивает ей флакон, и взгляд женщины падает на шрамы, покрывающие руки лекарки. Женщина выбивает флакон из рук Мардж. Пузырек летит через всю комнату и вдребезги разбивается об пол. Мы с Арчи оба вздрагиваем.
— Испорченная! — шипит женщина и отшатывается.
— Послушай меня, девочка. Ты либо дашь нам помочь, либо к утру истечешь кровью. Что выбираешь? — рычит Мардж.
Женщина сверлит Мардж взглядом, и Мардж не отводит глаз.
После тяжелой паузы Мардж со вздохом уступает и ковыляет обратно к своим склянкам, доставая новую и протягивая её мне. — Может, тебе больше повезет. Мятежники не доверяют Испорченным.
Женщина-мятежник наблюдает, как Мардж передает мне лекарство, и её сузившиеся глаза расширяются, хотя бы чуть-чуть. Она перестает бороться с путами.
Мардж выходит из крыла лекарей, и моё сердце сжимается от печали при мысли о том, что я, возможно, вижу её в последний раз.
— Что такое Испорченная? — спрашивает Арчи.
Я притворяюсь, что не понимаю, и жму плечами. — Может, она думает, что лекарство испорчено?
Мы оба переводим внимание на мятежницу. В свете свечи в её глазах видна дикость, волосы слиплись от крови. Мерцающий свет выхватывает блеск подвески на её шее. Это едва заметно, но я узнаю этот знак из тысячи — эмблема в виде буквы «А» с сидящим на ней драконом.
— Арчи, — шепчу я, медленно забирая у него веревку.
Он смотрит на меня с подозрением. — Ты что делаешь?
— Ты мне доверяешь?
— Конечно, доверяю.
— Тогда мне нужно, чтобы ты ушел, — выдыхаю я.
— Ты с ума сошла?! Я не оставлю тебя с ней наедине!
— Помнишь, как мне пришлось довериться тебе и поверить, что ты меня не убьешь, когда ты бросил тот кинжал?
Он сужает глаза; явно не желая подчиняться, он всё же колеблется.
Я кладу свою ладонь поверх его руки, ловя его взгляд. — А теперь мне нужно, чтобы ты мне доверился. Мне нужно, чтобы ты ушел. Можешь караулить у входа, но не входи, пока я не позову.
— Я тебя не оставлю.
— Ты меня не оставишь. — Мой голос дрожит. Потому что он и не подозревает: это я его оставляю. Я подавляю подступившую грусть решимостью. — Встань за дверь, Арчи. Сейчас же.
Власть в моем голосе действует на него достаточно сильно, чтобы он выпустил веревку.
Он уходит неохотно, замирая в дверях. — Я буду прямо здесь, если понадоблюсь, Кэт! Прямо здесь. И даже не думай, дамочка! Стоит тебе хоть пальцем её тронуть, и я тебя прирежу!
Как только дверь закрывается, я достаю кинжал. Женщина-мятежница тут же превращается в шипящий и брыкающийся вихрь.
— Ш-ш-ш, тише! — пытаюсь я шептать, перепиливая веревку лезвием. — Не… шевелись!
Из-за того, что она дергается, лезвие слегка задевает её кожу. Но веревка на запястьях лопается, и женщина отшатывается, обретя внезапную свободу.
Она открывает рот, а затем подносит дрожащие руки к лицу, будто не веря в то, что я сделала. — Почему… почему ты это сделала?
— Огонь воплощенный. Пламя во плоти. Кровь власти, — шепчу я так тихо, что лишь надеюсь — она меня услышала.
Она качает головой, опуская руки и глядя на меня. — Кто ты, чёрт возьми, такая?
— Это неважно. — Я беру чистую тряпку и медленно придвигаюсь к ней. — Позволишь мне помочь?
Её взгляд мечется между вещами в моих руках и моим лицом. — У меня ведь нет выбора, верно?
— Выбор есть.
— Тогда дай мне сдохнуть. Если Король доберется до меня… моя участь будет куда более жестокой, чем смерть от потери крови. Или от заражения.
— Я знаю. И именно поэтому я не позволю ему. Король до тебя не доберется.
Она подозрительно щурится. — С чего ты это взяла? Зачем тебе рисковать и помогать мне?
— Потому что у меня есть дракон.
Она заходится в кашле от этой новости, и я пользуюсь моментом, чтобы сократить расстояние между нами и протянуть ей тряпку. Она нерешительно берет её и вытирает кровь с лица, прежде чем прижать к ране на лбу.
Я продолжаю: — О тебе я бы беспокоилась в последнюю очередь. Мы можем помочь друг другу добраться до Земель драконов. — Я протягиваю ей флакон, который ранее дала мне Мардж.
Она берет его, с подозрением изучая стекло. — Это правда безопасно? Откуда мне знать, что тебе можно верить?
— Ниоткуда. Иногда нужно просто рискнуть.
Она вертит флакон в руках, долго вглядываясь в жидкость. С дрожащим вздохом она откупоривает его, нюхает и залпом выпивает. Она сглатывает, и её тело мышца за мышцей расслабляется.
— Спасибо, — выдыхает она, закрывая глаза.
Я принимаюсь очищать и зашивать рану у неё на лбу. Признаю, я далеко не так искусна, как Мардж, но, по крайней мере, края кожи я стянула. — Прости, шрам может выйти не таким аккуратным, как если бы Мардж…
Громовой рев разрывает тишину где-то снаружи, и мы обе вздрагиваем. Над аванпостом разносится тревожный сигнал.
— Они пришли за мной, — шепчет женщина-мятежница.
Глава 40. МЯТЕЖНИКИ
Мне не нужно спрашивать, чтобы понять, кто. Мятежники. — Тогда давай доставим тебя к ним. — Я беру её под руку и помогаю подняться.
Мы вырываемся из крыла лекарей прямиком в хаос. Арчи нигде не видно, как и солдат, которым было приказано охранять вход. Крики и вопли смешиваются с лязгом металла о металл. Вспышки серебра мерцают в ночи; солдаты проносятся мимо нас, стремясь к гуще толпы в северной части аванпоста. Сердце срывается в галоп, кожа невыносимо горит, пока я осматриваю мешанину тел. Всё, о чем я могу думать, — это ужасающая вероятность того, что кто-то из моих знакомых умрет.
Я веду мятежницу к западной части лагеря, к стене, ныряя под прикрытие палаток и столов.
— Дэйша, если ты рядом с аванпостом, отходи ближе к озеру. На нас напали!
— Что! А ты где?
— Пробираюсь… — Я бросаю взгляд на мятежницу. С каждым её хромым шагом за нами тянется след из капель крови. Я сильнее прижимаю её к себе, стараясь заставить идти быстрее.
— Я двигаюсь медленно…
— Не удивлена. Я иду за тобой.