Чтение онлайн

Джайлс смотрел ей в глаза:

– Вы прямодушны, красивы, у вас доброе сердце и вы не терпите дураков. Чего еще можно желать от жены?

Дездемона улыбнулась, услышав перечисление своих достоинств, но отвела глаза.

– Я не уверена, что смогу подарить вам наследника. Правда, мы с мужем много лет спали врозь, так что я, может быть, и не бесплодна, но мне уже за тридцать...

– Это не имеет ни малейшего значения, - перебил ее маркиз.
– Я делаю вам предложение, потому что хочу, чтобы вы стали моей женой, а не потому, что мне нужна племенная кобылица. Меня совершенно не волнует, что Вулверхемптон унаследует Робин или его сын. И моя мать, и моя жена умерли при родах. Мне бы не хотелось, чтобы то же самое случилось с вами.

Дездемона в растерянности смотрела на свои стиснутые на коленях руки. Когда говоришь полуправду, то оказываешься совершенно незащищенной после того, как ее опровергли. Деваться некуда - видимо, придется сказать правду.

Она заставила себя поднять на Джайлса глаза.

– Есть еще одна, более важная причина, которая заставляет меня сомневаться в том, что я буду вам подходящей женой. Вы - страстный человек, и вам наверняка нужна такая же жена. Но я не знаю, способна ли я вам соответствовать.

Она надеялась, что он поймет смысл ее слов, но этого не случилось. Джайлс долго молчал, потом тихо сказал:

– Я не понимаю. Объясните, пожалуйста, что вы имеете в виду.

Дездемона сгорбилась и проговорила несчастным голосом:

– Муж.., говорил мне, что я холодная, как льдышка, что любая уличная шлюха дает больше тепла.

Джайлс подошел к ней, сел на ручку кресла и обнял ее.

– Не говори так, любимая, - прошептал он, прижавшись щекой к ее волосам и тихонько укачивая ее в своих объятиях.
– Несчастный брак убивает в женщине страсть. Не надо считать себя холодной только потому, что так говорило эгоистичное животное.

Дездемона, дрожа, прижалась к нему, но ей понемногу становилось легче. Джайлс нежно погладил ее по волосам.

– Какой же ты честный человек! Вряд ли в Лондоне нашлась бы другая женщина, которая, получив предложение руки и сердца от маркиза, стала бы перечислять ему свои воображаемые недостатки.

Дездемона подняла голову и посмотрела ему в глаза.

– Мне не важно, что на мне хочет жениться маркиз. Мне важен Джайлс Андервилль, самый добрый, самый остроумный и самый красивый мужчина в Англии.

Джайлс широко улыбнулся, .
– Выходит, мы оба не прочь вступить в брак. Так когда же?

Прежде чем Дездемона успела ответить, он наклонился и поцеловал ее. Желание, которое угасло в нем во время этого странного разговора, опять стало нарастать. Дездемона отвечала на его поцелуй, жалея только, что у нее в этом так мало опыта.

Джайлс поднял голову и улыбнулся.

– Ты целуешься совсем не как холодная женщина.

Он встал и потянул ее за собой, чтобы поцеловать еще раз - более долгим и страстным поцелуем.

Дездемоне нравилось ощущение его сильного мускулистого тела. Это был единственный человек, рядом с которым она чувствовала себя слабой и женственной. Она прильнула к нему, самозабвенно наслаждаясь поцелуем.

Джайлс вдруг отступил. Он неровно дышал.

– По-моему, у нас все будет хорошо. Может быть, он и прав, но Дездемона не хотела рисковать. Опустив глаза, она, запинаясь, проговорила:

– Джайлс, брак - это на всю жизнь. Лучше нам не делать опрометчивого шага, не уверившись в себе.

То есть, - поправилась она, - пока я не буду уверена в себе.

– Но гарантий быть не может, Дездемона, - серьезно сказал маркиз.
– Будем надеяться, что любовь нам поможет.
– Он легонько погладил ее щеку.
– А я тебя очень люблю.

– Я тебя тоже люблю, - прошептала она, - но такой веры в силу любви, как у тебя, у меня нет. По-моему, лучше сначала.., попробовать.

Джайлс изумленно посмотрел на нее.

– Дездемона, ты предлагаешь мне себя? Она кивнула, медленно краснея, и спрятала лицо у него на груди.

Он крепко обнял ее и рассмеялся. Чувствуя себя униженной, она попыталась вырваться, но он ее не отпускал.

– А ты представляешь себе, как это страшно для мужчины: знать, что все его будущее зависит от того, как он сумеет зарекомендовать себя за одну ночь? Тут недолго и опозориться.

Поняв, что он смеется не над ней, а над собой и над слабостями человеческой природы, Дездемона тоже засмеялась.

– Почему это должна быть одна ночь? Их может быть столько, сколько нужно.
– Она плутовски улыбнулась и крепче прижалась к нему.
– И, хотя я уже очень давно не была с мужчиной, но, если меня не обманывает память, по всем признакам тебе не грозит опозориться.

Джайлс так и ахнул.

– Ну что ж, тогда позволь мне убедить тебя, что из тебя получится превосходная жена.

Он приник к ней в поцелуе, от которого у обоих закружилась голова. Они молча пошли наверх в спальню Дездемоны. Ее голова лежала на плече Джайлса, и никогда в жизни она не чувствовала себя такой счастливой. В какое-то мгновение этого последнего поцелуя она поняла, что Джайлс прав, и то могучее влечение, которое она к нему испытывает, означает, что она может быть страстной в постели. Но раз уж они решили проверить, зачем откладывать?

Закрыв за собой дверь спальни, Джайлс тихо сказал:

– Дай мне на тебя посмотреть.

Горничная оставила гореть только одну лампу, но я в ее слабом свете Дездемоне было видно, как он на нее смотрит. Джайлс медленно обошел вокруг нее, а она стыдливо стояла, не шевелясь. Он расстегнул застежку жемчужного ожерелья и поцеловал ее в шею. Затем распустил ее волосы по плечам и уткнулся в них лицом, шепча ей в ухо:

– Мне так давно хотелось это сделать. У тебя волосы как огненный шелк, и вся ты такая же.

Его дыхание согревало ей шею, его слова согревали ей душу. Постепенно и в ней просыпалась уверенность.

– Я тоже хочу тебя видеть, Джайлс.

Она развязала его шейный платок, потом расстегнула пуговицы рубашки и положила ладонь на широкую теплую грудь. Волосы на груди щекотали ее ладонь, и она чувствовала, как все сильнее колотится его сердце.

Так, по очереди, они раздевали друг друга, не спеша, разжигая страсть нежными словами и прикосновениями.

Когда ее сорочка упала на пол, и она осталась в одних чулках, Джайлс сказал осипшим голосом: