Чтение онлайн

Они разожгли костер и поставили палатку. Солнце медленно садилось за грядой облаков, окрашивая болото в ярко-красные тона. Силк достал сковородку и принялся готовить еду.

– Она слишком раскалена, - критически заметил Гарион, видя, что Силк собирается положить нарезанные куски грудинки на шипящую чугунную сковородку.

– Ты хочешь сам заняться стряпней?

– Я просто предупреждаю. Извини.

– У меня же нет такого опыта, как у тебя, Гарион, - съязвил Силк.
– Я ведь не рос на кухне тети Пол. Как умею, так и готовлю.

– Что ты лезешь в бутылку? Я просто сказал, что сковородка слишком горяча

– Как-нибудь обойдусь без твоих советов.

– Как знаешь... но грудинка может подгореть.

Силк бросил на него злой взгляд и начал кидать куски мяса на сковородку, которые, шипя, стали обгорать по краям.

– Ну вот, я предупреждал.

– Белгарат, - пожаловался Силк, - убери его отсюда.

– Отойди, Гарион, - сказал старик.
– Он испортит ужин без посторонней помощи.

– Спасибо!
– саркастически сказал Силк.

Ужин, однако, оказался отнюдь не плохим. Перекусив, они сели и принялись молча наблюдать за горящим костром и пурпурным вечерним солнцем, опускающимся за горизонт. Лягушки возобновили свое кваканье в тростнике, и птицы, пристроившиеся на тонких ветках рогоза, лениво щебетали и чирикали. Коричневатая вода тихо плескалась у их ног; время от времени её поверхность разрывали пузыри болотного газа, стремившиеся вырваться наружу. Силк тяжело вздохнул и сказал:

– Ненавижу это место. Ненавижу его всей душой.

В ту ночь Гариону приснился кошмар. Это был уже не первый страшный сон с тех пор, как они покинули Райве, и теперь, внезапно сев, весь дрожа и обливаясь холодным потом, он лишний раз убедился, что страшное видение, которое мучило его с детства, не даст уснуть В отличие от обычного тревожного сна оно не сопровождалось погонями и угрозами. Перед ним всегда представало одно и то же ужасно безобразное лицо. Никогда не видя обладателя этого лица, он точно знал, кому оно принадлежит, и теперь особенно отчетливо осознал, почему этот образ преследует его.

На следующее утро небо затянули тучи, предвещавшие дождь. Выйдя из палатки и заметив, что Белгарат раздувает костер, а Силк копается в тюках с намерением найти что-нибудь на завтрак, Гарион обвел взглядом окружающую местность. Стая гусей, образовав неправильный клин, громко хлопая крыльями и приглушенно крича, пролетела невдалеке. Рыба выскочила из воды совсем рядом, и Гарион наблюдал, как поднятая ею волна медленно и плавно уходит к берегу, видневшемуся вдали. Он долго смотрел на этот берег, пока не сообразил, что вчера его не было. Беспокойно, даже тревожно, он принялся озираться.

– Дедушка!
– воскликнул Гарион.
– Смотри!

– Что?

– Все изменилось. Исчезли протоки. Мы посередине большого пруда, из которого нет выхода

Берег пруда, в котором они очутились, простирался одной сплошной стеной. Бурая вода была совершенно неподвижна.

Внезапно из воды неслышно появилась круглая, покрытая шерстью голова с большими блестящими глазами, крошечным, черным как смола носом и без ушей. Существо издавало необычные свистящие звуки. Вслед за первой головой в нескольких футах рядом показалась вторая.

– Кикиморы!
– задыхаясь, произнес Силк, и выхватил из ножен меч.

– Убери это, - поморщился Белгарат.
– Они тебя не обидят.

– Разве не они устроили нам западню?

– Чего они хотят?
– спросил Гарион.

– Позавтракать, очевидно, - ответил Силк, продолжая сжимать свой меч.

– Не глупи, Силк, - сказал Белгарат.
– Зачем им сырой драсниец, когда вокруг полно рыбы? Спрячь оружие.

Первая кикимора, которая высунула голову из воды, подняла переднюю лапу с перепонками и сделала жест, как бы приглашая следовать за собой. её лапа странным образом походила на руку человека.

– Они словно приглашают нас к себе, - заметил Белгарат.

– И ты собираешься принять это предложение?
– спросил пораженный Силк. Ты в своем уме?

– У нас есть выбор?

Вместо ответа Белгарат принялся собирать палатку.

– Это чудовища, дедушка?
– спросил взволнованно Гарион, помогая старику. Вроде олгротов или троллей?

– Нет, просто животные... вроде тюленей или бобров. Они любопытны, умны и очень игривы.

– И играют в омерзительные игры, - добавил Силк.

Уложив вещи в лодку, они столкнули её в воду. Кикиморы с любопытством наблюдали за ними, не проявляя никакой враждебности; их мохнатые мордашки выражали нечто вроде твердой решимости. В сплошной стене, ограждавшей пруд, оказался проход, который был скрыт от глаз. Кикимора, которая приглашала их следовать за собой, поплыла вперед, беспрестанно оглядываясь, чтобы убедиться, что они не отстают. Пять-шесть животных пристроились за лодкой, внимательно наблюдая за её пассажирами.

Пошел моросящий дождик, который окутал легкой дымкой заросли рогоза и тростника, расстилавшиеся по обе стороны от лодки.

– Как ты думаешь, куда они нас ведут?
– спросил Силк, останавливаясь и вытирая мокрое лицо. Одна из кикимор сердито заворчала и продолжала ворчать, пока он не погрузил свой шест в мутную воду.

– Увидим, - лаконично ответил Белгарат. Канал продолжал расширяться, и они медленно и упрямо двигались вперед за необычным лоцманом.

– Это, случайно, не деревья?
– спросил Силк, вглядываясь в туманную даль.

– Должно быть, они, - ответил Белгарат.
– Подозреваю, что нам туда.

Впереди возникли очертания деревьев. Когда они подплыли ближе, Гарион заметил, что перед ними остров, на вершине которого растут плакучие ивы с длинными стелющимися ветвями.

Кикимора, указывавшая путь, подплыла к острову, высунулась из воды и издала свистящий звук, на который из леса вышла фигура в капюшоне и медленно спустилась по песчаному берегу к воде.

Гарион терялся в догадках, кто бы это мог быть, и очень испугался, когда облаченная в коричневый плащ фигура откинула назад капюшон и он увидел лицо женщины, которое, несмотря на преклонные годы, сохранило следы ослепительной красоты.