Чтение онлайн

Правитель Королевства Льва был известным бабником и весьма легкомысленной персоной. А еще он обожал отпускать шуточки в адрес Хонора, что, конечно же, не способствовало возникновению приязни со стороны горделивого юноши. Старший Советник Роуланд терпел Ленарда только из-за Аселина.

Впереди послышался шум. У окна толпились стражники воинства Королевства Весов, а значит, находящиеся под командованием Хонора.

— Что происходит?

Стражники даже не удосужились повернуться к новоприбывшему. Они толкали друг друга, стараясь выбить себе лучшее местечко у окна. Один из стражников, самый молодой из них, почти мальчишка, был быстренько оттеснен в задние ряды. Тяжело вздохнув, он встал на цыпочки, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть из-за голов старших товарищей.

— Что тут? — повторил свой вопрос Хонор и непроизвольно повторил маневр молодого стражника, встав на цыпочки.

— Это дьявол-искуситель, Ленард Джонасон, — завистливо пробормотал ближайший бородатый стражник.

— Правитель Королевства Льва? — Брови Хонора взметнулись ввысь. — Искуситель? Что подвигло вас речи подобные говорить?

— О, ну глянь только, — возбужденно забормотал тот же стражник. — Толпа наркисских девушек, и все бегут за его каретой! Готов поспорить, он машет им рукой из-за занавески. Святой Воздух! Да там их сотни!..

Следующие слова превратились в совсем уж несвязное бормотание.

— Старший Советник в западном крыле!!! — Вопль раздался совсем рядом, и Хонор едва не оглох. Ему понадобилось целых три секунды, чтобы сообразить, что «Старший Советник», наделавший столько шума, — это он сам.

Источник же вопля нашелся сразу. Уже знакомый юный стражник, которому старшие товарищи так и не дали добраться до окна, резко разочаровался в справедливости, в судьбе, а за компанию еще и в своем существовании и от скуки решил повертеть головой в поисках чего-нибудь интересненького. И, конечно, первым, на кого упал взгляд юного натуралиста, был Хонор Роуланд, скромненько стоящий на цыпочках позади сгрудившейся стражи и сцепивший руки за спиной. Юный стражник сначала покраснел, потом резко побелел, затем вдруг покрылся маленькими красноватыми пятнышками с розоватым контуром, а потом, наконец, определившись, остановился на болезненной бледности. Хонор, который как раз повернул голову, имел счастье наблюдать все разнообразие палитры, имеющейся в арсенале юного стражника.

Хонор с вежливым интересом наблюдал, как рот стражника приоткрывается в попытке что-то выдавить, но с первого раза получилось только «пыф... пуф...». Во второй раз вышло тоже не очень — «пуф... пыф...». Хонор не стал уточнять смысла этих пыфпуфельных попыток. По его мнению, каждый индивид имел право на свободу слова. А как уж индивид умел пользоваться этим правом — это уже проблема и дилемма самого индивида.

К тому времени, как Хонор уж было решился попробовать себя в роли переводчика для бедного стражника, тот слегка прочухался и с видом служащего, которого поймали в рабочее время не за рабочими деяниями, родил, в конце концов, шухерный вопль о присутствии Старшего Советника в западном крыле.

Что тут началось! Добропорядочным офисным служащим даже в отчетную пору такое не снилось. Стражники двигались как миниатюрные вихри, выстраиваясь в четкую, отработанную линию, чтобы поприветствовать своего командующего. Пара секунд и опля! — по стойке смирно один в один. Что тут скажешь, добротная тренированная стража! Вот только вид у всех был адски виноватый. Еще бы, целых пять минут откровенно игнорировали начальство, демонстрируя буквально Старшему Советнику лишь свои зады. Непорядочек, мягко говоря, непорядочек.

Хонор недовольно скривился, но бушевать не стал. Он всегда считался человеком спокойным, хотя в последнее время его вряд ли можно было таковым назвать. Слишком часто срывался. А чья это вина? Зарины Эштель!

Закончив раздавать необходимые распоряжения, юноша поспешил к тронному залу. На входе он столкнулся с Таддеусом.

— Как самочувствие, Хонор? — участливо поинтересовался капитан Ротшильд.

— Бывало и лучше, — получилось грубовато, но Хонор не боялся, что Таддеус может обидеться. — На подходе ненавистный Ленард Джонасон, и я уже успел получить дозу негатива от Змеюки Эштель.

— Почему генерал Морель отправил тебя ее будить? — ревниво спросил Таддеус.

— А я почем знаю? — Хонор скривился, как от зубной боли. — Наверняка, чтобы я отрабатывал ошибку всей своей жизни — треклятый договор.

Таддеус улыбнулся.

— Нужно отвечать за свои деяния.

— В Аду отвечу, — окрысился Старший Советник.

— Можешь грубить мне, но не дерзи генералу Морелю, — попросил Таддеус. — И, не дай Бог, ослушаешься его. Он припомнит тебе, как ты его унизил.

— Да знаю я, — смягчился Хонор. Юноша понимал, что Таддеус заботится о нем, и ему это было приятно. Вот только сам он не умел проявлять ответную заботу. — Слушай, друг...

При слове «друг» уголки губ Таддеуса дернулись.

— Слушай, — продолжил Хонор. — Хочу спросить. Если бы тобой не руководил пресловутый долг перед Королевством Водолея, доверился бы ты Зарине Эштель?

Улыбка пропала с лица капитана. Он нахмурился.

— К чему этот вопрос?

— Ответь. — Хонор проникновенно всматривался в лицо приятеля. — Пожалуйста.

Таддеус отвел взгляд и небрежным движением взлохматил свои серебристые волосы.

— Если бы Зарина Эштель не была моей правительницей, я бы никогда ничего ей не доверил, особенно, свою жизнь, — честно признался он. — Я чувствую, она может предать в любой момент.

— Что?! — опешил Хонор. — Но ты защищал ее! Ты был на ее стороне даже тогда, когда она была явно не права! Как можно быть таким лицемерным?

— Не ищи лицемерия там, где его нет, — спокойно сказал Таддеус. — Вечный Сапфир выбрал ее. Вечные Сапфиры выбирают правильных людей, тех, кто нужен Королевствам. Она — моя правительница, и мой долг — быть на ее стороне, даже если она будет самой последней гнусной тварью на этом свете.

— Нет, ты прикрываешь долгом свое лицемерие, — прорычал Хонор.

— Ты чтишь долг перед правителем Клементом, но ведь ты не считаешь себя лицемерным, — напомнил Таддеус. — У меня то же самое.

— Но ведь ты не веришь ей! — Хонор вцепился обеими руками в воротник капитана. — К черту такой долг!

— Тогда кем мы будем? — спросил Таддеус, все также спокойно глядя в фиалковые глаза Старшего Советника. — Убери долг, и наша честь уйдет вместе с ним. Ты растерялся, Хонор. Твой идеализированный правитель на деле оказался ужасен, и ты растерялся. Я не виню тебя.

Хонор резко отпустил воротник Таддеуса и двинулся к двери, ощутимо толкнув капитана плечом.

— Ошибаешься, — бросил он через плечо и скрылся за дверью.

Зарина выпила второй стакан лимонной воды и с удовлетворением почувствовала, что послесонная пустота окончательно ушла из ее разума, а голова варит с приемлемой ясностью. Жак, будто учуяв, что его госпожа пробудилась, примчался на всех порах, таща на подносе еду. Через его руку было перекинуто пышное платье, которое Зарина наотрез отказалась надевать.