Чтение онлайн

– Можешь остаться?

Эбби засомневалась. Не хотелось терять ни минуты общения с Джеком, но...

– Пожалуй, нет. Папа ждет меня.

– А-а.

Она с удивлением отметила разочарование, прозвучавшее в его голосе.

– С ним что-то творится, он такой смешной стал. Сходит с ума и вспыхивает, чуть я в чем-нибудь оплошаю. Не похоже на него. Может, это из-за того, что я много времени трачу на контору, а может...

– Из-за меня?

– О нет, не думаю.
– Однако она не могла полностью отрицать это.
– Он знает, что мы просто друзья.

Джек изогнул бровь.

– Старые друзья, - поправилась она быстро.

– Так вот что ты ему говоришь?

– А что я должна говорить? Ты же вернешься в Омаху через пару месяцев.

– Я знаю. Но пока...
– Он поставил банку с краской на стол.
– А он не жалуется на что-нибудь, а? Может, ему стоит прийти провериться.

– Папе? Ты же знаешь, он здоров как бык. На ферме вкалывает за двоих и потом не сидит без дела.

– Эбби, он себя загоняет.

– Он не болен, Джек.

– Может, и нет.
– Джек взял Эбби за руку. Этот простой жест тронул ее до глубины души.

В нем не было похоти, не было страсти. Это был жест нежности.

Они помолчали. Сердце Эбби подскочило к горлу. Она сглотнула, боясь нарушить очарование момента.

– Может, ты и права, что это не из-за меня, - сказал он, медленно перебирая ее пальцы.
– Может, это из-за тебя. Он чувствует, что теряет свою маленькую девочку. Ты выросла, а теперь отдаляешься от него. Новое дело, новые заботы отвлекают тебя. Наверное, он не готов к этому.

– Я была рядом почти тридцать лет, Джек.

И теперь он явно не прочь отдохнуть от меня. Джек улыбнулся, рука его сжалась.

– Я так не думаю, Эб.

Впервые Эбби сама пришла в его объятия. Она дрожала, надеясь, что Джек не заметит этого.

– Ты его избаловала, Свистелка.

– Я знаю. Но он это заслужил своей преданностью.

– Да. Без преданности никакие близкие отношения невозможны.
– Джек слегка дернул ее за кончики волос и чуть отодвинулся, чтобы взглянуть прямо в глаза.
– Я это хорошо усвоил.

Кончики губ Эбби приподнялись.

– Спасибо за такие слова.

– Это не слова, я и вправду так думаю. Она уткнулась лбом ему в плечо.

– Знаешь, - сказала она медленно, - даже если ты не прав насчет отца, очень деликатно с твоей стороны сказать, что кто-то любит меня до такой степени, что боится потерять. После ухода матери я утратила веру в прочность родственных чувств.

Эбби не заметила, как губы Джека плотно сжались, а глаза сузились.

В первый же день своей работы в магазине Эбби пригласила Джека на ленч. Вместо того чтобы приводить в порядок выставочный зал, она потратила целое утро на сервировку. К назначенному часу все выглядело замечательно: свежие фрукты в чаше, овощи на блюде, чай со льдом и лимон.

В пять минут первого бронзовый колокольчик на двери звякнул. Эбби высунула голову из прохода, отделявшего мастерскую от выставочного зала.

– Эй, есть кто-нибудь?
– Джек, обычно работавший в белом докторском халате, был одет в ярко-красную рубашку-гольф. Из кармана брюк торчал стетоскоп.

Эбби улыбнулась.

– Конечно. Заходи. На ленч будет мясное филе с рисом, фрукты и овощи. Джек воззрился на нее.

– Не обманываешь? Я ожидал салат из тунца.

– Нужно все делать по правилам.
– Эбби кивнула на пристроенный в эркере небольшой столик, накрытый скатертью цвета фуксии. В центре высилась черная фарфоровая ваза с рисунком из бледно-розовых и лиловых ирисов.

Рядом с приборами красовались затейливо сложенные салфетки. Букет ярко-розовых гвоздик оттеняли листья аспарагуса.

– Эбби, это же настоящий прием, а не ленч!

Ее шея порозовела.

– Мне хотелось чего-нибудь особенного в честь первого дня.

Джек огляделся, ямочки появились снова, как будто она сказала нечто совсем уж смешное.

– Я думал, мы будем есть на лестнице или на заднем крыльце, - сказал он, вытаскивая стул и запихивая стетоскоп поглубже, прежде чем сесть.

– На ступеньках есть неудобно. Разве так не лучше?
– спросила она, ставя кушанья в керамических кастрюльках на стол. Джек был поражен.

– Эбби, это невероятно!

Она польщенно улыбнулась и уселась напротив.

– На десерт будет сырный пирог.

– Ты удивляешь меня! Я ожидал бутылку содовой и бумажные тарелки.

Эбби огляделась, внезапно увидев абсурдность окружающей их парадной обстановки: скатерть, цветы, фарфор и вызывающе экстравагантная снедь - арбуз, сердечки из артишоков и тонкие палочки подсоленной кукурузы.
– Да, немного слишком, - признала она расстроенно.
– Я перестаралась.

Последовала минута молчания, затем Джек погладил под столом ее колено.

– Это восхитительно! Я польщен.

– Договорились. Ты чувствуешь себя польщенным, а я глупой.

– Эбби! Ты здесь. Вот что важно. Только ты можешь создать такую волшебную обстановку.

Эбби моргнула. "Волшебную"?

– Ты смеешься надо мной?

– Смеяться?
– Джек взял ее за руку.
– После такого я никогда не смогу назвать салат из тунца ленчем. Ты, дорогая Свистелка, превзошла все мои ожидания.

– Джек...

Колокольчик звякнул снова, и они обернулись, все еще держась за руки.

Мускулистый блондин ворвался в дверь, уставившись на Джека голубыми глазами.

– Эй, парень, как поживаешь? Так вот где ты прячешься!
– Осмотревшись, он сложил губы в игривую ухмылку.
– Весьма интимная обстановка, ничего не скажешь.

– Эклюнд! Что ты тут делаешь?

– Вот, собрал группу парней на рыбалку в Канаду. Съездим последний раз перед снегопадами. Был тут так близко, что решил заехать посмотреть, как ты.

– Будь я проклят!
– Джек встал, бросая салфетку и вытягивая Эбби из-за стола.
– Я хочу тебя кое с кем познакомить.

Гость фыркнул.

– Так ты наконец нашел ее, а? В добрый путь. Честное слово, она выглядит точно как на тех фото, что ты сжег!

Во рту у Эбби мгновенно пересохло. Было ясно, кого он имел в виду. Никакой ошибки. Натали. Он принял ее за Натали!

Эбби резко выдернула свою руку, полная ревности и боли. Эклюнд, увидевший стол, романтически накрытый для двоих, весело подмигнул Джеку.