Обманный бросок
Шрифт:
– Привет, Кеннеди! Рад снова тебя видеть, наверное. – В голосе Рио напрочь отсутствуют интонации.
Из кухни доносится смех Зандерса.
– Возьми себя в руки, Рио! – кричит Инди.
– Я так рад, что ты смогла прийти, – поправляется он, прежде чем бросить на Инди убийственный взгляд.
– Что это значит? – спрашиваю я.
– Парень немного переживает из-за того, что он единственный из нас сейчас без пары. – Райан протягивает мне руку. – Привет! Я Райан.
– Кеннеди.
– Я слышал это имя чертову уйму раз, – негромко посмеивается Райан.
– Ради всего святого! – бормочет себе под нос Исайя.
Райан похлопывает его по спине, прежде чем положить в раковину еще один грязный поднос. Судя по продуктам, которые нарезает Зандерс, в доме Шэй сегодня вечер бургеров.
– Помочь тебе с грилем? – спрашивает Исайя.
– Я тоже могу помочь! – кричит Инди.
– Только не ты, – быстро возражает Райан. – Оставайся внутри, Блу. Подними ноги и ничего не делай.
Она закатывает глаза.
– Я тебя оставлю, – говорит Исайя, поворачиваясь и кладя руку мне на бедро. – Все хорошо?
Когда я киваю, он наклоняется, чтобы поцеловать меня в висок, а затем следует за Райаном на улицу. Зандерс и Рио выходят следом.
Я направляюсь к Инди в гостиную и сажусь в одно из удобных кресел напротив нее как раз в тот момент, когда Стиви и Миллер, спустившись, присоединяются к нам. Стиви садится рядом со своей невесткой, а Миллер – со мной.
– Кеннеди, прекрасно выглядишь! Симпатичный блейзер.
– Ты тоже, Стиви. Рада тебя видеть.
Честно говоря, все девушки выглядят потрясающе, каждая в своем стиле. Стиви в свободных джинсах и фланелевой рубашке, завязанной на талии. Инди в сарафане цвета лаванды и высоких конверсах. Миллер в своем фирменном комбинезоне, солнцезащитных очках, сдвинутых на макушку, и босиком.
– Итак, Райан немного…
– Чрезмерно опекающий, – заканчивает за меня Инди. – И не говори! Но нам потребовалось много усилий, чтобы это стало возможным, – она указывает на свой живот, – поэтому я смирилась.
– Это мило. Он заботится о тебе.
Краем глаза я вижу, как парни столпились у гриля, болтая и смеясь. Исайя приподнимает кепку, проводя рукой по волосам и, прислушиваясь к тому, что говорят другие, и искоса смотрит на меня через окно.
Он улыбается своей мальчишеской улыбкой. Его щеки розовеют от того, что его застукали, и я понимаю: это не первый раз, когда он смотрит сюда с тех пор, как вышел на улицу. Исайя бросает на меня еще один беглый взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на разговоре с друзьями.
Очередная вещь происходит со мной в первый раз: кто-то, находящийся в другом конце комнаты, ищет меня, проверяет, как я. Это действие кажется простым, но я могла лишь мечтать о таком. Коннор никогда не искал меня, а я – его, и неважно, было ли в комнате две тысячи человек или только мы. В каком-то смысле мы были лишь деловыми партнерами – представителями наших семей.
Я и Исайя – это нечто совершенно другое. Точно не знаю что, но это приятно, тепло и правильно.
– Ты выглядишь счастливой. – Миллер прижимается ко мне ногой, привлекая внимание.
Я слегка киваю:
– Да. Так и есть.
– Так когда вы с мужем начали заниматься любовью? – выпаливает Инди.
У меня отвисает челюсть, и я поворачиваюсь к Миллер.
Она вскидывает руки, защищаясь:
– Я не сказала ни слова!
– Ей и не нужно было, – говорит Стиви. – Любой, у кого есть глаза, в состоянии это понять.
– Как твоя вагина? – Инди поворачивается к Миллер. – Миллер, ты с его братом, наверное, можешь сравнить. Как думаешь?
Миллер качает головой.
– У нее все болит.
– Боже мой, спустя столько времени! – Инди смеется. – Я не могу припомнить ни одной нашей встречи, чтобы Исайя ничего не сказал о тебе. О том, что совершила нечто впечатляющее на работе или, как ты уложила волосы в этот день.
– Ты единственная, о ком он говорил, – добавляет Стиви. – А теперь только посмотрите на себя! Случайно поженились и нарочно влюблены.
Я хочу возразить – сказать, что мы не любим друг друга, это лишь игра. Но понимаю, что все изменилось, и я не знаю, как это назвать. Я никогда не чувствовала себя так хорошо, как в последние пару месяцев, и тем более – как на этой неделе.
Я снова смотрю на Исайю в окно: он демонстрирует друзьям свое обручальное кольцо. Грудь выпячена, плечи расправлены. Я никогда не встречала человека, который бы так гордился этим украшением, как Исайя Родез. С тех пор, как мы поженились, я ни разу не видела его без кольца. Он снимает его, только чтобы заменить на силиконовое перед тренировкой или игрой. Но в этом-то и загвоздка. Что мы делаем?
Встречаться – это одно. Даже вступать в отношения. Но брак? Настоящий брак? Никто из нас на это не подписывался. Ни когда мы выпили слишком много текилы, ни когда пытались сохранить мою работу.
Да, теперь мы спим и проводим все время вместе, но это вовсе не означает, что наш фиктивный брак внезапно превратился в настоящий.
– Итак, – говорит Миллер, – расскажи нам о собеседовании.
И еще это… Потенциальная работа, которую я получила, ждет меня в трех тысячах километров отсюда.
Миллер знает лишь суть. Все прошло хорошо. Дин пытался свести меня с каким-то парнем, который там работает. Город и стадион прекрасны, но я пока не могу вдаваться в подробности.
– Собеседование прошло лучше, чем я рассчитывала. Все были дружелюбны, добры и радушны. Я познакомилась со многими сотрудниками, и они очень любят свою работу.
– Это редкость, – замечает Стиви.
– Еще удивительнее то, что на стадионе работает множество женщин. Они счастливы, мужчины относятся к ним с уважением. В медицинской службе есть две женщины. Стадион поражает воображение. Все оборудование совершенно новое. А сама встреча была совершенно не похожа на собеседование. Мне казалось, что меня уже приняли на работу и все будут рады, если я приступлю к ней как можно скорее.
– Это так здорово! – с улыбкой говорит Инди.
Миллер ничего не говорит, и я смотрю на нее в ожидании, но она продолжает молчать.