Чтение онлайн

И пускай Кенни ничего не ответила на мое признание в любви, но, во-первых, я сказал ей эти слова по другой причине. Кроме того, она всегда была на несколько шагов позади меня в этих отношениях. Я влюбился в нее три года назад и буду совершенно счастлив подождать, пока она наверстает упущенное.

Но то, что она лишена возможности получить новый жизненный опыт в новом городе, не означает, что я не могу подарить ей его здесь. И пусть Кеннеди не признается, насколько расстроена, мое призвание – смешить людей. Особенно ее.

Постучав в дверь, я жду ответа. Думаю, сотрудница на ресепшене позвонит и сообщит, что я уже поднимаюсь, потому что должна была проверить, есть ли я в списке возможных гостей. Это шикарный дом. Полы выложены белым мрамором. Из динамиков в вестибюле звучит классическая музыка. Консьерж провожает меня на ее этаж.

– Кто там? – спрашивает она из-за двери своей квартиры.

– Кен, это я.

Первое, что я вижу, когда Кеннеди открывает дверь, – полное замешательство на ее лице.

– Что ты здесь делаешь? Я как раз собирала сумку, чтобы переночевать у тебя.

– Можно войти?

Ее взгляд скользит по моему лицу, и я вижу, как судорожно она сглатывает, распахивая дверь в квартиру и впуская меня внутрь.

Здесь безупречно чисто, если не считать нескольких газетных разворотов с незаконченными кроссвордами, брошенных на столике в прихожей. Как будто каждый раз, возвращаясь сюда, Кеннеди понимала, что была слишком занята, чтобы разгадать хоть один, отбрасывала его в сторону и больше никогда не брала в руки.

– Все в порядке? – спрашивает она.

– Да, а у тебя?

– Я в норме, – Кеннеди снова отмахивается от меня. – И не хочу об этом говорить.

Она так и не захотела это обсудить.

– Хорошо.

– Мне сегодня к тебе не приходить?

– Конечно, приходить! Ты думаешь, я смогу уснуть без тебя? Скорее всего, нет, но я даже не хочу это проверять.

Она удивленно улыбается.

– Я подумал, может быть, сегодня ты захочешь развлечься? Есть множество вещей, которые ты не делала ни разу в жизни. Например, ты ведь никогда раньше в День независимости не любовалась салютом над Нэви Пир в компании собственного мужа?

Поджав губы, я наблюдаю, как на ее лице появляетсяулыбка.

– Нет, такого со мной не случалось.

Подойдя к ней, я запускаю пальцы в волосы, слегка откидывая ее голову назад.

– Хочешь? – Я провожу большим пальцем по ее губам. – Но предупреждаю: там будет вся команда.

Она без колебаний кивает в ответ:

– Звучит идеально.

Многоквартирный дом Кеннеди возвышается над Нэви Пир, так что прогулка до него займет лишь несколько минут. На самом деле, судя по виду из ее окон, который я оценил, пока она переодевалась, салют будет виден из ее квартиры не хуже, чем с пирса.

Но после того, как Кеннеди отказали в работе, о которой она так отчаянно мечтала, я хочу, чтобы она повеселилась в компании людей, которые будут в восторге, узнав, что она остается.

Я держу ее за руку, и на ней та самая кепка, в которой она уехала в Калифорнию. Простая серая футболка, шорты из обрезанных джинсов и высокие кеды. Сегодня довольно сыро, хотя солнце только начинает клониться к закату. Прекрасный летний вечер в городе, который я люблю, с девушкой, которую я люблю, в компании команды, которую я люблю. Я счастливчик. Мне чертовски повезло, что она осталась.

Пробираясь сквозь толпу, я первым замечаю брата, который возвышается над остальными. Прислонившись к металлическим перилам спиной к воде, он поднимает руку, чтобы привлечь наше внимание.

– А вот и они.

– Я ничего не вижу, – говорит Кеннеди, приподнимаясь на цыпочки и пытаясь найти в толпе наших друзей.

Я изо всех сил стараюсь сдержать понимающую улыбку. Тщетно – она бьет меня в грудь:

– Заткнись.

– Привет, ребята! – говорит Миллер. Она держит Макса на руках, прислонившись спиной к моему брату.

– Сая.

– Привет, Букашечка!

– Парни у колеса обозрения. – Кай кивает в том направлении.

Я быстро чмокаю Макса в щеку, Миллер опускает его на землю и берет за руку Кеннеди, чтобы не потерять ее в толпе.

Моему племяннику, похоже, пришла в голову та же мысль, и он берет мою жену за другую руку, а затем – свою маму, с гордостью вставая между ними.

Кай посмеивается про себя, обнимает Миллер за плечи, и мы впятером идем вперед, выглядя как одна большая счастливая семья.

– Максик, малыш! – зовет Коди, приседая на корточки, чтобы оказаться на одном с ним уровне.

Мой племянник подбегает – если это можно так назвать – к нему, Коди подхватывает его на руки, и внимание команды сразу переключается на малыша. У кого-то из них назначены свидания, кто-то пришел один, но это не имеет значения: каждый из них улыбается Максу, дает ему пять или пытается рассмешить.

Мне очень нравится, как приняли Макса, когда он появился в нашей жизни. В прошлом году никто не жаловался на то, что с командой путешествует ребенок. Все сплотились вокруг моего брата и он чувствовал их поддержку. Это хорошие ребята, и я невероятно счастлив тому, что у меня такие товарищи.

Миллер берет Кеннеди под руку и уводит к одному из киосков, оставляя меня с Каем.

– Кажется, она в порядке.

– Да, – соглашаюсь я, наблюдая за ней издали. – Лучше, чем я думал.

– Что ты чувствуешь по этому поводу?

– Счастлив, – отвечаю я без колебаний. – Я в восторге, что она осталась.

– А в долгосрочной перспективе? Ты ведь думал, что это лишь на время. Что теперь будет с вашими отношениями?

Я поворачиваю голову в его сторону:

– Вот черт! Теперь я задумался…

Кай усмехается, обнимает меня за плечи и ведет к остальной команде.

– Один совет, братишка. Тебе стоит спросить свою ненастоящую жену, не хочет ли она стать твоей девушкой, раз уж осталась.

К счастью, этот разговор прерывается как раз перед тем, как ее руки обхватывают меня сзади за пояс.

– Здесь расписывают футболки, – говорит Кеннеди, прижимаясь щекой к моей спине.

– Ты думаешь о том же, о чем и я?

– Мы должны подарить Максу футболку с его именем!

– О, – я улыбаюсь. – Я подумал, что нам нужно сделать парные футболки: мне с твоим именем, а тебе – с моим.