Чтение онлайн

— Вы предлагаете мне роль Люцифера. Я думал, эту роль вы приберегаете для себя.

— Ты недопонимаешь меня. У меня есть другие планы, куда более грандиозные, чем обретение власти. Никому из вас не под силу оценить моих амбиций. Я всегда был умнее и глубже тех, кто окружает меня. Простым смертным меня не понять.

— Но зачем вам я? Любой из ваших приспешников может стать Хозяином. Грегори, к примеру. Способностей ему не занимать — какой спектакль разыграл по пути к этой комнате! Наверное, время тянул, чтобы постараться провести со мной агитацию.

— Ты ошибаешься, — покачал головой Грегори. — За исключением потайного входа дом разительно переменился с последнего раза, как я побывал здесь. Но что правда, то правда: я пользовался любой возможностью уговорить тебя.

— Управление силой, заложенной в Краеугольном Камне, оказалось очень трудным, — признался анархист. — Эвенмер избирает Хозяев, но и этот Дом, как выяснилось, тоже. Мы испробовали… других Хозяев. Результаты отрицательны. Думаем, тебя этот Дом примет, если ты дашь согласие служить ему.

— Понятно, — сказал Даскин, мысленно содрогнувшись от смысла, который Человек в Чёрном мог вложить в слово «отрицательны». — Ваше создание обрело собственный разум. А тернии тоже вы задумали?

Верховный анархист мрачно скривился.

— Мы — не чародеи, мы всего лишь люди, пытающиеся создать Вселенную, которая зиждется на научном, рациональном подходе к вещам. А тернии — побочный продукт психики Лизбет. В её полном распоряжении западное крыло дома, и мы не способны управлять всеми её порывами.

— Значит, она — ваш катализатор? Человек в Чёрном пожал плечами:

— Да. Мы знали, что вы это заподозрите. Мы направляем силу Краеугольного Камня через неё. Этот дом — не только наше создание, но и её. Мы держали её в одиночестве в пустом доме, чтобы из Нового Творения ушли все страсти. Единственным учебником жизни для неё стала книга «Грозовой перевал», дабы она познала тщетность человеческих страстей.

— И вы используете её как орудие для создания вечной зимы?

— Да. Я не стану просить у тебя за это прощения. Мы пользуемся любыми средствами для борьбы с лордом Андерсоном, дабы отвлечь его, пока наш труд не будет завершён. Жаль, что должны страдать невинные.

— Став Хозяином, я уподоблюсь механическим мутантам, что стоят на равнине?

— И да, и нет, потому что они не всегда будут оставаться такими, как сейчас. Признаю: они страшны и отвратительны, но они — всего лишь шаг на нашем пути, шаг к победе над смертью. Этого мы должны добиться прежде всего, ибо жизни одного поколения мало для достижения окончательного совершенства. Мутанты, которых ты видел на равнине, как бы ни были они отвратительны, — бессмертны, если только не станут жертвой несчастного случая. Впоследствии мы избавимся от любых случайностей. И когда их изменения свершатся в полной мере, они будут прекрасны. Прекрасны! Я говорю о полной метаморфозе, подобной той, что происходит с бабочкой, появляющейся на свет из кокона.

— Вы говорите об ограничении свободы выбора.

— Да! — Голос Человека в Чёрном зазвучал страстно, увлечённо. — Никто не станет выбирать Зло и Смерть. Какой человек не избрал бы для себя только Добро, если бы знал как? Все, что мы совершили, мы совершали ради высшего блага.

— Вот видишь, кузен, мы вовсе не чудовища, какими ты нас себе представлял, — вступил в разговор Грегори. — Анархисты во все времена были воинами-интеллектуалами в борьбе за благородное дело.

— А мой брат в таком случае кто? — прищурившись, спросил Даскин, думая о том, что Картер скорее всего уже в доме. — И какую судьбу вы уготовили ему?

— Он — человек непросвещённый, — небрежно отозвался Человек в Чёрном. — Однако со временем мы готовы и его принять в наше братство. А теперь Грегори проводит тебя в отведённую тебе комнату, там ты и подумаешь обо всем, о чем мы здесь говорили. В комнате ты найдёшь книгу под названием «Культ сопротивления», написанную основателем анархического движения Людвигом Принном. Может быть, тебе захочется полистать се.

— Может быть, — неохотно проговорил Даскин. Человек в Чёрном проводил Даскина и Грегори до двери, за которой стояли двое вооружённых анархистов.

— Прежде чем мы уйдём, брат, — обратился Грегори к Человеку в Чёрном, — мне хотелось бы узнать, каково положение дел? Почему в доме так пусто? Ведь из Шинтогвина полным ходом отправляются строительные материалы. Куда их отвозят? Когда я вернусь в Эвенмер, я должен что-то сообщить нашим товарищам, которые озабочены отсутствием сведений.

— Материалы складируются на будущее. Что же до вновь прибывших людей, то их я отправил на равнину, — ворчливо отозвался Человек в Чёрном.

Грегори от удивления ахнул.

— На равнину? Ты… и их подверг превращению?

— Так они послушнее и ближе к совершенству. То, что сделано с одним, впоследствии будет сделано со всеми. Я не видел нужды в том, чтобы они томились в ожидании своей очереди.

Глаза Грегори гневно сверкнули.

— Что это значит? И это — человек, которому я присягнул на верность? Неужто от здешней тьмы у тебя помрачился рассудок?

— Мои планы более глубоки, чем ты думаешь. Ты должен доверять мне, если я веду мир к совершенству.

Грегори, сжав кулаки, шагнул к своему предводителю. Казалось, в следующее мгновение он ударит Человека в Чёрном.

— Я требую объяснения!

Даскин ждал такого момента. Грегори оказался между ним и пистолетами анархистов. Помог опыт, накопленный во время охоты на гнолингов. Как только Грегори шагнул к Человеку в Чёрном, Даскин выхватил из внутреннего кармана пальто нож, обхватил другой рукой Грегори и прижал лезвие ножа к его горлу.

— Назад! — вскричал Даскин, когда к нему метнулись анархисты. — Я любил его, как брата, но убью его ради блага Эвенмера!

— Брось нож! — приказал Верховный Анархист, однако своим подручным, взмахнув рукой, велел отойти подальше. — Тебе все равно не убежать отсюда.

При обычных обстоятельствах Даскин ни за что бы не смог так легко захватить Грегори в плен. Ему помогло замешательство кузена, вызванное разговором с Человеком в Чёрном. Даскин, не отпуская Грегори, стал, пятясь, отходить по коридору. Человек в Чёрном и двое охранников застыли в дверях. Дойдя до угла, Даскин отпустил Грегори и со всех ног бросился к следующему повороту. Позади он слышал топот ног и выстрелы.