Чтение онлайн

Тут, женщина полная, в брючном костюме, встряла в разговор.

– Бабка, будь человеком. Я понимаю, что у тебя рамсы с Ксивой. Но мы-то тут причём.

– Валя, я бы никогда не отключила горожан от энергии. Но у меня дизелька кончилась.

Кекс начал помаленьку наглеть:

– Ну так съезди за дизелькой-то. Вон, Отрадный перезагрузился…

– А почему ты не съездишь за дизелькой?
– задала встречный вопрос Бабка.

– А почему я-то должен ехать?
– возмутился Кекс.

– А почему - я?

– Ну… Ты же, вроде, договорилась с администрацией, что это…

– Я договорилась с главой администрации, с Алмазом. Не с администрацией, не с правительством, а с конкретным человеком. Понял? А для этих уродов я палец о палец не ударю. Всё, разговор закончен.

Но Кекс не унимался:

– Бабка, ты поступаешь некрасиво… Это глубоко непорядочно…

– Кекс!
– Вышла Бабка из себя, - вези соляру, будет тебе электричество. А у меня цистерна пустая. Всё понял? Досвиданья.

Тут толпа расступилась и к воротам подкатился на чёрной "бэхе" приснопамятный Гравёр в сопровождении десятка бойцов на газели. Выскочил, как чёртик из коробочки.

– Чё тут собрались? А?... А ну - разошлись! Нечего!

Ага. Кто-то его прямо послушал.

Сегодня он был уже в форме майора ракетных войск. И трезвый.

Повар безнадёжно махнул рукой и подался в администрацию. А Бабка оглянулась на калитку и повела глазами, пригласила Скорого на выход.

Многие загалдели:

– О! Скорый!

– Точно - Скорый!

– Бабка, ты что - Скорого дублировала?

Бабка покивала:

– Дублировала, дублировала.

А Гравёр вдруг вспылил:

– А чё ты мне своего стрелка показываешь?! Ты чё - думаешь я его испугался?!

– Да мне насрать, что ты там сделал. Испугался ты или обос… обрадовался. Мне - пофигу.

И к городским:

– Народ, а вы чего ко мне?

– Так мы тоже… Про электричество…

– Ну… Я объяснила... Так что - всё. Думаю вопрос исчерпан.

И несколько человек отправились по своим делам. Но основная масса осталась. В городе скучно. Телевизора - нет, кина - нет, интернета - тоже нет. Господи, даже радио - нет. Каждый скандал - развлечение.

А Димка-Гравёр аж подпрыгивал от злости.

– Бабка! У меня тридцать человек из комендантской роты пропали!...

Бабка возмущённо перебила:

– Вы чего, бля, сегодня?! Я вам, что - бюро находок? Или ты думаешь, что я всё брошу и помчусь искать твоих "двадцать человек"?

Гравёр ещё больше нахмурил рожу. Спросилтребовательно:

– А кто ещё приходил?

– Пепел, только что ушёл. Ну его люди - это ладно. Он отправлял их ко мне… - Бабка посмотрела вопросительно на толпу.

Кто-то из передних рядов подсказал:

– Пианино на этаж тащить.

– Ага… Пианино… А вот твои, комендантские… Ты зачем их ко мне послал?

Тот же голос из толпы:

– Да! Вот мне тоже интересно.

Гравёр покраснел, надулся и выплюнул:

– Я, что - перед тобой отчитываться буду? Кто ты такая? Ты… Ты как со мной разговариваешь?

Бабка очень мило улыбнулась. Так, как она умеет. С ямочками на щеках.

– Дима, ты за лечение знахарям сколько вчера заплатил?... И вот - снова. Что же ты так жемчугом-то разбрасываешься?

Гравёр намёк мгновенно понял. Сдул щёки, убрал грудь колесом, сообразил, что переборщил.

А Бабка пытала дальше:

– У меня есть вопросы…

Гравёр оглянулся на толпу, поморщился:

– Давай зайдём в ограду.

– Нее, Дима. Ты позавчера попробовал зайти. Получилось - плохо. Не надо повторять эту клоунаду.

Граждане дружно хихикнули. Умела Милка найти больное место и надавить на него.

– Мы что - злился Гравёр, - так и будем здесь говорить?

– Ну, извини. Пригласить на территорию я тебя не могу. Ты некрасиво себя ведёшь. Так вот… Мои вопросы. Куда ты послал своих бойцов, зачем ты их послал, и когда это произошло?

Гравёр молчал.

– То есть, - продолжала Бабка, - ты не знаешь, куда и зачем они пошли, и не знаешь, когда это случилось? А с претензиями ты припёрся ко мне? Гравёр, ты что - идиот?

Накал ситуации достиг максимума. Пашка напрягся. Расстегнул кобуры, положил руки на рукоятки пистолетов.

Но никто из сопровождающих Гравёра бойцов даже оружия с плеча не снял. Стояли спокойно и с некоторой брезгливостью смотрели на командира.

А Димка-Гравёр постоял, попереминался… Потом резко развернулся и молча ушёл к своему бээмвэ. Солдатики потянулись за ним. Уселись в авто, уехали.

Горожане тоже стояли молча. Все прекрасно понимали и суть дела и его подоплёку. Но совершенно не понимали - что тут можно предпринять.

От толпы отделилась женщина с мальчиком, лет двух, на руках.

– Бабка… Этот, - она кивнула головой в сторону уехавшего майора, - сказал, что муж у тебя…

– Да вы что все?! Тина! Ты что, думаешь - я под кроватью твоего мужа прячу?

Женщина заплакала. Бабка сжалилась:

– Тинка, ты это… Если мужик пропал и если плохо будет - приходи к нам. Тут мы тебе поможем. Всем чем можем.

Потом оглядела притихшую толпу.

– Есть ещё кто, у кого эти твари мужика угробили?

Засхлипывали несколько женщин.

– Вы слышали, что я сказала. Со всеми бедами - ко мне.

А один мужичок, тот, что подсказал про пианино, хитро прищурился:

– Так это… Приходили к тебе комендантские или не приходили? А, Бабка?

– Ячмень, ты же не тупой, как этот - она кивнула вслед бэхе, - ты же разбираешься. Если бы у Приюта был бой, то тут бы всё гильзами было усыпано. И люди бы слышали что стреляют. Это же банально.

Мужик застеснялся, забормотал:

– Ну, да. Ну, да. Это-то и дураку ясно.