Чтение онлайн

– Что-то намечается. Ишь как все засуетились.

Вернулись в Бабкин кабинет. Она задумчиво сказала:

– Странные какие-то посещения… Видимо там группы образовались. Эти, как их…

Короткий подсказал:

– Политический расклад неоднороден. Есть, видимо, несколько групп, у каждой из которых свои интересы. И, видимо, у каждой группы есть свой сенс или ментат…

– Да, - согласилась Бабка.

Шило спросил:

– Может всё же стоило сходить к Уфе?

– Я не вижу смысла. Вся информация у нас есть. Что он нам нового сможет сказать?

– Ну, может, есть у него что-то… - настаивал Шило, - он всё-таки - "пахан".

– И из-за сведений, которые только уточняют наши?… Прогибаться?... Нет, так не пойдёт.

– Наша репутация тоже имеет определённую цену, - подсказала Ванесса.
– Пойди мы сейчас к нему, это будет означать что мы не в курсе того, что происходит. А мы - в курсе.

– Ну, так он подумает, что мы испугались.

– Да пусть думает, что хочет.

И Шило прикусил язык.

– Так… Ладно… Не пора ли нам занять места на чердаке? А?... Нет, Аня, конечно, сказала что после часа ночи. Но только мало ли…

И все напялили шлемы и полезли на чердак.

Сидели в полутьме. На Улей опустилась светлая звёздная ночь. Хоть читай. Пахнуло какой-то первобытной свежестью и чистотой природы. Полис постепенно затихал, успокаивая один за другим электрические огни в окнах, пока не наступила естественная, не испорченная цивилизацией полночь.

Ближе к часу, в стороне полицейского участка щёлкнул выстрел. Потом стрекотнула очередь.

– Это у Фукса, - сразу сориентировалась Бабка.

И тут ночь взорвалась.

Сразу в трёх местах загрохотала перестрелка. У отделения полиции, возле административного здания и возле дежурной роты. Патронов не жалели. Несколько раз лупанули из подствольников.

Спустя некоторое время, у казарм гильдии наёмников тоже раздались выстрелы. Там, в ответ, заработал крупный калибр. Здание казармы загорелось. Пламя набирало силу, зловеще полыхая и отправляя в небо крупные искры.

– Это что за херня?
– спросила Бабка.

Савва заволновался в шлем:

– Господа, что у вас там происходит?

– Да тут кто-то войну затеял, - ответила Бабка.

– А кто, конкретно?

– Не знаю, Савва. Понятия не имею… Но воюют здорово. Со вкусом.

– Ага, - подтвердил Шило.
– Развлекаются, за всю эту…

– Доигрались, - огорчился Савва, - видимо кто-то, сильно недовольный, решил исправить ситуацию.

– Может и так…

– Так. Внимание, - перебил Савва, - у нас гость.

– В смысле?

– Снайпер пришёл.

Пашка удивился:

– Что-то рановато. Он один?

– Да, пришёл, расселся как на именинах.

– Снимайте его, - посоветовал Пашка.

Через минуту Дед вскрикнул:

– Да ёшкин же кот!

– Что?!

– Он со стены упал… К нам в ограду…

Шило тоже ткнул пальцем:

– О! И у нас нарисовались.

И, на пару с Коротким, заводили трубами черноты, слегка покачиваясь на сиденьях. А Пашка, на всякий случай, обработал чердак администрации. Хоть там, возможно, никого и не было.

Снайперов глушили намертво. "Поливали" их тьмой минуты две, чтобы наверняка. Шило сказал:

– У меня вроде - всё. Вон, только ноги из-за ящика торчат.

Короткий покивал:

– Аналогично.

Бабка встала со стульчика:

– А пойду-ка я, посмотрю, что с тем, который к нам в ограду шмякнулся. Ага.

И пошла к люку, бормоча:

– Счастье, понимаешь, свалилось на нашу голову…

Пашка и Беда пристроились следом.

Шли рассуждали.

– Надо было выйти на сопротивление, - сокрушалась Бабка.
– Там ведь ребята… Они ведь на нашей стороне… Гибнут…

– Ничего не поделаешь, - отвечал Пашка, - это издержки войны. Войну затевают сволочи, а гибнут нормальные мужики…

– Ну и где этот, бля, акробат?...
– злилась Бабка, - Паша, глянь вон там…

Пашка только отошёл, как Бабка вскрикнула. А следом Беда рявкнула:

– Ах ты сука!

Пашка увидел, как взлетело над Машкиной головой блестящее лезвие и метнулось вниз чавкнув о плоть.

Скорый одним прыжком оказался возле женщин.

Мария ещё раз рубанула куда-то вниз под ногами. А Бабка сидела на траве и зажимала рану на лице. Сквозь пальцы хлестала кровища.

Пашку пробил животный страх за жизнь и здоровье этой женщины. Как бы он к ней не относился, но потерять Милку - упаси Бог. Не чужой же человек.

Он затолкал панику в глубину психики, положил трясущиеся руки на развороченную плоть и остановил кровь.

Подбежала Маша, вытащила из ладанки шприц, вонзила Бабке в бедро, прямо чрез штаны.

– Он её, ножом ударил. Тварь. Она наклонилась над ним, а он её ударил.

– Он там не опасен?

– Нет. Уже не опасен, - отрезала Беда.

Пашка поднял Бабку на руки, чтобы унести в лазарет, та замычала, попыталась отмахнуться от него. Пашка рыкнул:

– Тихо! Не дёргайся!

Потом уже успокаивающе:

– Всё будет хорошо, Мила. Всё будет хорошо.

Успокаивал не столько Бабку, сколько себя. И попёр женщину в Приют.

В шлемах забеспокоились:

– Что у вас там случилось?!

– Бабку ранили, - отвечала Беда.

– Тяжело?
– беспокоился Савва.

– Щёку распороли, - снова отвечала Беда.

Пашка думал, что если бы не шлем, этот гадёныш только слегка покарябал бы Милке лицо. А тут нож вошёл под шлем. Бабка дернулась было уклониться, но сделала только хуже - клинок разворотил левую сторону от губ до виска.

Занесли Бабку в лазарет. Засуетилась Габри. Зашел парень в белом халате, начал осмотр. А Бабка замычала и махнула рукой Беде и Скорому - уматывайте, мол.

Паша поймал эту маленькую ручку, которой эта женщина могла гнуть подковы, и зачем-то поцеловал.

Бабка снова повторила жест.