Чтение онлайн

Зато у меня есть шанс начать всё заново. Там, в земном мире, я каждое утро просыпалась с мыслью, что впереди опостылевшая работа. Не выдержав рутины, я уволилась только ради возможных перемен в жизни.

А тут внезапно целая усадьба, правда, жестокий муж маячит где-то на горизонте.

Плевать, справлюсь!

Я знаю, что путь будет долгим и трудным. Каждый день будет испытанием на прочность.

Но я готова.

Готова бороться с пылью и разрухой, готова пролить пот и, возможно, слёзы, чтобы вернуть этому месту его былое великолепие.

Киваю, глядя в пустой проём вместо калитки, и спешу обратно в дом. Во мне крепнет уверенность в успехе, когда я пробегаю вверх по ступенькам. Уже решительно, зная, что ни одна не подломится под моею стопой.

Возвращаюсь на второй этаж и бегло осматриваю остальные помещения: хорошие, но не моё. Одна так вообще завалена хламом до потолка, будто её использовали как склад.

Тщательный осмотр обоих матрасов в моей новой комнате выявил лишь один целый. Вот только он был покрыт пылью и пахнет залежалыми тряпками. Да и начинка изрядно прохудилась.

Оконные створки поддаются с большим трудом. Рамы старые, иссохшие, и я обматываю ладони куском тряпки, чтобы не содрать кожу и не нахватать заноз.

Когда у меня получается, в комнату врывается горячий летний воздух, словно дом сделал первый вдох спустя долгие годы.

Юбка мешается, и я заправляю подол за пояс. Поднатужившись, переваливаю матрас через подоконник, а сама спешу на кухню в поисках аналогов стирального порошка.

Надо будет выгрести золу из печи и сделать щёлок, однако он настаивается пару дней.

Но спать-то надо сегодня.

– Чем же здесь стирали бельё?
– задумчиво произношу вслух, рассматривая целую батарею шкафчиков.
– Что бы использовать?

И меньше всего ожидаю услышать за спиной тихое, шелестящее:

– Третий шкаф слева.

– Спасибо!
– радостно отзываюсь и торопливо распахиваю нужную дверцу.

И правда, вот оно, мыло! Передо мной лежит потрескавшийся коричневый брусок с грязно-жёлтыми прожилками, размером похожий на кирпич.

Облегчённо вздыхаю и... замираю.

Стоп.

А кто это сказал?

Голос совершенно не походит на человеческий, вдобавок я не слышала шагов.

Остаётся только…

Судорожно сглотнув, я кошусь вбок, намертво вцепляясь пальцами в деревянную столешницу с облупленными краями.

Вижу странное, расплывчатое пятно и пучок соломы. Медленно, с замирающим сердцем, поворачиваюсь, и мои глаза расширяются от ужаса.

В дверном проёме стоит... пугало?!

То самое, с головой-горшком, дырами вместо глаз и жуткой кривой ухмылкой.

– А-а-а-а!
– из моего горла вырывается пронзительный визг, эхом разносящийся по пустому дому. Отскакиваю назад, с такой силой прижимаясь к кухонной стойке, что её край больно впивается мне в поясницу.

Тело трясётся, как осиновый лист на ветру, мысли превращаются в дикий хаос, а сердце, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

Оно меня сожрёт!

Так вот на что рассчитывал лорд Эллеринг!

Да чтоб этому поганому драконищу икалось как минимум десять лет! А я стану привидением и буду выть по ночам в его чуткое ухо!

К моему удивлению, пугало не торопится полакомиться трепещущей добычей. Вместо этого жуткое создание глухо фыркает: звук, идущий из-под горшка, похож на шуршание сухой кукурузы, а зловещий полустёртый оскал, нарисованный угольком, меняется на ехидный:

– Ну ты и трусиха! Бу-у-у!
– оно нелепо взмахивает непропорционально длинными соломенными конечностями, пытаясь меня напугать.

А я застываю в недоумении. Мозг отказывается воспринимать происходящее.

Это... это что, шутка?

На смену леденящему страху приходит изумление. Пугало сейчас выглядит настолько комичным в своих попытках быть страшным, что мой ужас начинает таять, как лёд под весенним солнцем.С губ рвётся нервный смешок, который я пытаюсь подавить, прикрыв рот рукой.

Ещё обидится и действительно меня сожрёт.

Нет не сожрёт. Рта у него нет, только нарисованная морда. Тогда задушит. Вон какие длинные, плетёные руки. Тот, кто его сделал, постарался на славу.

– А вы… Вы кто?
– спрашиваю я, не решаясь “тыкать” жуткому созданию. Голос всё ещё дрожит. Сбитое дыхание выравнивается, а глаза не могут оторваться от этого невероятного зрелища.

– Домовладыка, - гордо отвечает пугало, неуклюже поправляя свою соломенную шляпу.
– Дух усадьбы, которого переместили в материальное тело, как объяснял милорд. А ты - самая пугливая леди, которую я когда-либо встречал. Серьёзно, ты бы видела своё лицо! Даже пожилая миледи не стала орать, когда я ожил. Правда, побелела чутка и лишилась чувств, но зато не верещала, как сумасшедшая.

“Сам ты сумасшедший,” - едва не срывается с моего языка, но я благоразумно молчу. Не стоит портить отношения с духом дома, в котором я планирую прожить много-много лет.

– Приятно познакомиться, Домовладыка, - говорю, при этом чувствуя себя и вправду сумасшедшей.
– Меня зовут Виктория Эллеринг, я супруга Эйвара.

Подумать только, я разговариваю с живым пугалом! Словно я оказалась в каком-то безумном фильме!

Да ещё и имя такое напыщенное.

Но то, что происходит дальше, окончательно сбивает меня с толку. Пугало с поразительной быстротой снимается с креста-основы и плывёт ко мне по воздуху. В чёрных дырах вспыхивает алое пламя, а в голосе слышна явная угроза:

– Леди, говоришь?

Зажмуриваюсь, не в силах выдержать опасной близости. В нос забивается мелкая травяная пыль и пряный запах соломы. Шелест проникает в каждую клеточку тела, и я едва держусь, чтобы не упасть в спасительный обморок.

– Ты не леди Эллеринг, - слышу я и внутри всё звенит от напряжения.
– Убирайся немедленно!

Нижняя губа предательски дрожит, а глаза против воли наполняются слезами.

Да что мне так не везёт?