Чтение онлайн

– Надеюсь, мне удастся это исправить. Так, что насчёт тебя?

– Мне с мамой никогда не сравниться. Ты расстроен?

– Нет, - насмешливо хмыкнул Твердохлебов.
– Как говорил герой одного известного фильма: «У каждого свои недостатки». Но ты меня убедила,… так и быть, поход в загс отложим… на завтра, нет послезавтра. Мне ещё надо убедить твоего отца, что я не проходимец, и он может мне доверить своё сокровище. Некоторые мужчины в том, что касается их дочерей, ведут себя, как настоящие драконы. Думаю твой отец как раз из такой породы.

– Удачи, - весело подмигнула Галя и взъерошила волосы Глеба.

Глаза мужчины потемнели и твёрдые губы смягчились. Он отодвинул девушке стул и помог сесть.

Мария Васильевна поставила перед дочерью тарелку с ужином и присела напротив. Молодые люди ели молча, время от времени бросая друг на друга жаркие взгляды. И когда их глаза случайно встречались, между ними будто вспыхивали искры. Мария Васильевна подумала, что забыла уже, когда в последний раз видела свою дочь такой счастливой.

А потом, они все вместе пили чай, с брусничным вареньем и домашними булочками, ведя тихий, неспешный разговор. И у всех было чувство, что так было всегда: уютная кухня, приглушённый свет, стол, порытый белоснежной скатертью, темноволосый мужчина, неторопливо намазывающий булочку брусничным вареньем, чтоб потом заботливо предложить её Гале. Твердохлебов удивительно быстро и органично вписался в этот дом.

– Глеб, а кто ваши родители?
– поинтересовалась Мария Васильевна.

– Отец много лет работал в суде, сейчас он на пенсии.

– А мама?

– Мама умерла… давно, я ещё был маленьким.

Галя вздрогнула. Она этого не знала. Девушка осторожно коснулась руки мужчины. Он улыбнулся, и сжал её тонкие пальцы.

– Извините, - растерялась Мария Васильевна.
– Вы скажите мне прямо, если мои вопросы вам неприятны.

– Всё в порядке, - пожал плечами мужчина.
– Это нормально, что вы интересуетесь, откуда на вашу голову свалился тот, кого выбрала ваша дочь. Глеб повернулся и в упор посмотрел на Галю:

– Уверена?
– спросил он, вопросительно приподняв одну бровь.

– Да, - твёрдо ответила девушка и слегка порозовела от выражения его глаз. Как же ей хотелось прильнуть к нему, но она не смела, боясь показаться излишне навязчивой. Мужчина довольно кивнул.

– Спрашивайте.

– Ваш отец так и остался один?

– Нет, через пару лет он женился. Мы не поладили с Марго. Как только я достаточно подрос, ушёл из дома, - мужчина замолчал и покрутил чашку в руках.

– Она была намного моложе вашего отца?
– мягко спросила Мария Васильевна.

– Да, но дело не в этом. В сложившейся между нами ситуации, было больше моей вины, - признался он, - Я поступил в суворовское, дальше военное училище, а потом мотался по гарнизонам. С отцом мы виделись редко. Несколько лет я не был дома и в этот раз решил ненадолго заехать. Когда я был у отца,… - голос мужчины слегка дрогнул.
– У него давно были проблемы с сердцем, но Марго никак не могла заставить его толком обследоваться. Мой отец бывает очень упрямым. Если бы меня не оказалось рядом…

Глеб говорил и сам себе удивлялся. Он терпеть не мог откровенничать о своей личной жизни, а тут всё получалось как-то легко, почти непроизвольно. Женщины этого дома умели слушать, не перебивая, ни на чём, не настаивая, давая возможность собеседнику самому выбрать, что и сколько, он готов рассказать, а взамен дарили ощущение теплоты и поддержки.

— Знаете, пока врачи сражались за жизнь отца, сидел в коридоре и думал, каким же я оказался дураком. Столько лет глупо потратил на детские обиды. Отец единственный, родной мне человек. Кроме него, у меня никого нет, — Глеб нахмурился и сжал губы.

— Но сейчас всё хорошо? — с тревогой спросила Галя. — Вы помирились?

— Да, — Глеб улыбнулся и крепче сжал пальчики девушки. — Мы поговорили. Отец обещал, как только окрепнет, приедет ко мне погостить. Да, и с мачехой, впервые за много лет, мы смогли объясниться. Она любит отца, он для неё смысл жизни, а я просто не хотел этого замечать.

— Главное, что вовремя нашли в себе силы простить и понять, — мягко улыбнулась Мария Васильевна. — Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на такую ерунду, как злость и обида.

Глеб мельком бросил взгляд на часы и вздохнул:

— Тепло у вас… очень… Спасибо вам за всё, дорогие хозяйки, но уже очень поздно и мне пора.

— Глеб, послушай, зачем тебе ехать куда-то на ночь глядя, — остановила его Мария Васильевна, заметив, как сразу погрустнели глаза дочери. — Пока ты до дому доберёшься, пора уже будет вставать. У нас полно места. Отдохнёшь, завтра встанешь пораньше и съездишь домой.

— Нет, — покачал головой мужчина, — не в этот раз. Я машину бросил, припарковав кое-как. К утру её могут раздеть. Да и дома полный бардак. Я даже сумку не успел разобрать. Всё бросил и помчался Галю искать.

Глеб заставил себя встать и выйти коридор, но как же ему не хотелось покидать это гостеприимный дом. Галя вышла следом. Она, пряча глаза, протянула Твердохлебову куртку, боясь выдать своё страстное желание вцепиться в него и никуда не отпускать.

— Цыганочка, в чём дело? — спросил Твердохлебов, ощущая какое-то напряжение, повисшее между ними.

— Почему?

Галя задала всего лишь один вопрос, но мужчина её понял. По лицу его скользнула еле уловимая усмешка.

— Может, это немного старомодно, но я не останусь в доме мужчины, которому не сказал о своих намерениях относительно его дочери.

— Глеб, — фыркнула девушка, — я давно не школьница.

— Какая разница. Если бы у меня была дочь,… — мужчина нежно погладил её по щеке. — Во сколько обычно ты выходишь на работу?

— В полвосьмого.

— Завтра в это время, я буду ждать тебя внизу. И вообще, никаких больше поздних забегов по вашим жутким подворотням. Я буду забирать тебя с работы, и отвозить домой.

— Началось, — девушка закатила глаза. — Ты прямо, как мой папа.

— Спасибо за комплимент, — ухмыльнулся мужчина.

— А если ты будешь в наряде?

— Разберёмся. У тебя права есть?

— Есть. Только не вздумай доверить мне руль. Если конечно не планируешь сдать машину на металлолом. Где газ и тормоз я различаю, но опыта вождения у меня маловато.

— Ты, что не видишь бордюров, или из принципа таранишь все встречные столбы?

— Почти.

— Плохо, товарищ лейтенант. Ладно, это мы позже исправим, а пока, если я буду занят, то тебя будет отвозить кто-нибудь из моих друзей, — Глеб легонько щёлкнул её по носу и направился к двери.