Чтение онлайн

– Раз вы так решили, - развела руками Мария Васильевна, - пусть так и будет.

Сквозь микрофон Королёвы услышали, как где-то в глубине квартиры хлопнула дверь.

– Глеб пришёл, - просияла Галя и вскочила.
– Не отключайтесь, подождите немного, он точно захочет с вами поздороваться.

– Здравствуйте, - перед экраном появился сияющий Глеб.
– Рад вас видеть.

– О, смотри мать, сияет, как начищенный чайник, - весело хмыкнул Григорий Иванович.

– Мы тоже рады тебя видеть, - ответила Мария Васильевна и озабоченно нахмурилась, разглядывая его лицо.
– Глебушка, по-моему, ты похудел и осунулся.

– Во глазастая тебе тёща досталась, - восхищённо заметил Григорий Иванович и похлопал жену по плечу.
– Галчонок, ты, что мужа совсем не кормишь? Смотри, не доползёт до загса.

– Я, даже будучи при смерти приползу, - заверил Твердохлебов.

– А вот это нам совсем ни к чему. Какой нашей дочке толк от полудохлого жениха.

– Прекратите этот странный разговор, - нервно передёрнула плечами Галя.

Глеб притянул девушку к себе на колени и крепко обнял.

– Прости, мы просто шутим.
– Глеб повернулся к экрану.
– Со своей стороны заверяю, Галя меня отлично кормит. Работы сейчас много. Калории не успевают толком усваиваться. Мария Васильевна, Григорий Иванович, у меня тут проблема одна образовалась и без вашей помощи не знаю, что и делать.

– Рассказывай, - буркнул Григорий Иванович, - что мечешься вокруг да около, как телёнок на привязи.

– Мне сегодня отец позвонил прямо из поезда. Он решил устроить сюрприз - без предупреждения приехать ко мне в гости. Вот только не знал, что я в Москве. Он завтра утром, вместе с моей мачехой, будет в нашем городе. Вы не могли бы их встретить.

– Конечно же, встретим, - заверила Мария Васильевна.
– Заодно познакомимся. Отец, чего ты сидишь? Давай скорее собирайся. Надо сходить в магазин. У меня муки мало осталось, а надо успеть пироги замесить.

– Да погоди ты, со своими пирогами. Слушай, Глеб, а что они у тебя будут делать? Телевизор смотреть? Как ты смотришь на то, чтобы они у нас пожили. Мы пообщаемся, город покажем.

– Если это вас не стеснит.

– Ну, ты тоже скажешь. Диктуй, каким поездом и номер вагона.

Глеб продиктовал, и вдруг раздалась трель телефона. Глеб глянул на экран, нахмурился и, извившись, вышел, чтобы ответить.

– Галочка, вас-то, когда ждать? На Новый год или Рождество. Что ты качаешь головой?

– Прости, у нас не получится. Глеб скоро уезжает в командировку.
– Девушка на несколько мгновений прикрыла глаза, но родители успели заметить промелькнувший в них страх. Справившись с эмоциями, она продолжила:

– Мы же не гражданские, нам каникулы не положены. Иван Васильевич скоро заканчивает свои дела, и возвращается домой. Я с ним передам для вас подарки, - голос девушки дрогнул.

– Что ж, дочка, ты там это, держись, - тяжело вздохнул отец, - раз не захотела жить с пентюхом, а выбрала воина. За подарки спасибо, но лучшим подарком для нас будет ваш приезд. Вы как с делами своими разберётесь, - приезжайте. Будем ждать.

– Галочка, солнышко, мы все так скучаем. Мальчишки замучили всех вопросами, когда вернётся их тётя Галя.

Девушка придвинулась ближе к экрану и с глазами полными слёз тихо сказала:

– Я всех вас люблю и тоже очень скучаю.

В какую бы позу не поставила жизнь - стой красиво!

Автор неизвестен

Первое время, после исчезновения Гали, генерал впал в буйство. Он начал пить и совершать разные глупости, отчаянно пытаясь выведать, куда она исчезла. Но все его попытки заканчивались ничем, наталкиваясь на глухую стену секретности. Наконец, Решетников не выдержал и пошёл к родителям Гали. Разразился страшный скандал. Отец девушки его даже на порог не пустил, пригрозив ружьём, но они наделали столько крику, что местным кумушкам хватило для пересудов на неделю. Совсем отчаявшись, генерал при помощи одного офицера, соблазнённого щедрыми посулами, сделал попытку влезть в личные дела сотрудников ОВРА.

Герман Арнольдович весь вечер, проторчавший в кабинете с нетерпением ожидая звонка, так его и не дождался. Ни через день, ни через два, а потом в его кабинет пришёл офицер из особого отдела и полчаса отчитывал, как провинившегося мальчишку. Этот разговор мгновенно отрезвил генерала. Он каким-то звериным чутьём почуял, что на сей раз зашёл слишком далеко, и над ним начинаются сгущаться тучи, поэтому бросил пить, притих и затаился. Если Решетников вроде как отделался нотацией, то неудачливый взломщик, попавшийся на месте преступления, мгновенно был уволен из армии с волчьим билетом. Чудо, что не посадили. Когда прошёл почти два месяца, и за совершённую глупость, не последовало никакого серьёзного наказания, генерал невольно выдохнул и расслабился, решив, что и на этот раз всё обойдётся. Но, тем не менее, начал потихоньку приводить дела в порядок, а главное, спешно сплавил дочку замуж.

Сначала Ирина от идеи отца была не в восторге и всячески противилась навязываемому браку, но постепенно прислушалась к доводам Германа Арнольдовича, чему немало способствовал перевод на новое место службы Твердохлебова. Майор не оставил ей никаких надежд, а отец с его «жить, как королева», «блистать в столице» и так далее, плюс дорогими подарками совершенно очарованного её прелестями жениха, постепенно сломили сопротивление капризной красавицы.

Конечно, жених был не молод и далеко не мачо, но с другой стороны, ни старик, ни урод, к тому же, ещё достаточно энергичный мужчина, чтобы самостоятельно управлять весьма преуспевающей компанией. Отец мягко ей намекнул, мол, пусть ты его совсем не любишь и не хочешь, зато, благодаря замужеству, автоматически взлетишь на верхушку пищевой цепи и сможешь вести светский образ жизни не где-нибудь, а в столице. Да и подруги откровенно завидовали. Вздыхали, мол, какая Ирка везучая. Вот Решетникова и согласилась. Сыграли грандиозную свадьбу, человек на триста. Сначала в родном городе, а потом для родственников мужа, близких друзей и деловых партнёров в столице. Генерал ради дочки раскошелился, выполнял любые, самые сумасшедшие её фантазии, да и жених от него не отставал.

Вернувшись после свадьбы из столицы, Решетников с головой окунулся в повседневные дела. Быстро, почти незаметно пролетали дни и недели, складываясь в месяцы. Как-то незаметно прошли Рождественские и Новогодние праздники с их весёлой суетой и неразберихой. Традиционный новогодний бал, вместо обычно приподнятого настроения, вызвал в генерале лишь грусть и глухую тоску. Ириша отказалась приехать, слишком была занята, а Галя… О ней генерал приказал себе пока не думать, надеясь, что рано или поздно, но она вернётся в город. Тем более, её родители остались здесь и, по его сведениям, никуда уезжать не собирались.

Не успел Решетников после целой череды праздников толком втянуться в работу и тут, как обухом по голове, приказ об его увольнении в связи с уходом на пенсию по состоянию здоровья. Генерал было дёрнулся, попытался возмутиться, но один телефонный звонок и он понял: не забыли и не простили его самовольства. Кабы не его связи и знакомства на самом верху, давно бы спровадили, а тут он сам подставился. По случаю ухода Решетникова на пенсию, организовали банкет. Приехало много высоких чинов, были представители даже из Москвы. Говорили много красивых слов, типа, какой он прекрасный человек, отличный офицер, опытный руководитель… Решетников слушал, кивал с лёгкой улыбкой на губах, а в душе всё переворачивалось от злобы и ненависти. «Гады, сволочи, лизоблюды, лицемеры проклятые», - костерил он всех про себя. И чем больше хвалили, тем цветастее была ругань.

После увольнения Решетников закрылся на даче и запил. Друзей не хотел видеть, боялся, что будут жалеть, а прихлебатели, исчезли сами. Ириша наотрез отказалась приехать, чтобы хоть немного утешить сломленного отца. Она только-только начала завоёвывать свое место среди столичного бомонда и бросить всё, чтобы мчаться утирать слёзы бывшему генералу, а теперь простому пенсионеру, категорически не желала. Вот и сидел Решетников на даче, как сыч, один. Пил день и ночь без просыпу, выбирался в город только чтобы продуктами и спиртным затариться.