Обнаженная с Копакабаны
Шрифт:
Он положил трубку. Да Силва медленно опустил свою на рычаг телефонного аппарата и откинулся назад, машинально нащупывая в нагрудном кармане рубашки сигарету.
Радиоактивный ботинок... Что бы это значило? Где можно подцепить эту гадость?
Комиссар достал спичку, некоторое время пристально смотрел на нее, словно не понимая, что это такое и зачем, вынул изо рта сигарету, отложил её и швырнул спичку на стол.
Радиоактивный ботинок... Неплохое название для какого-нибудь авангардистского балета, исполняемого под электронную музыку, ну а в жизни?
Куда обратиться, чтобы получить сведения о возможностях радиоактивного заражения обуви? Лучше всего в НКАЭ - Национальную комиссию по атомной энергии. У него даже где-то валялись информационные бюллетени этой комиссии.
Да Силва встал и подошел к книжному шкафу. К его удивлению, нужные документы стояли на полке под рубрикой "К". Он взял их, решив при случае поблагодарить Дону Долорес, свою заботливую секретаршу.
Разложив бумаги на письменном столе, он снова сел и взялся за один из отчетов. В этой области он вообще ничего не понимал, но это было совсем неважно: он открыл последнюю страницу, провел пальцем по списку фамилий, выпрямился и наморщил лоб. Доктор Жайме Николи... Не тот ли это доктор Николи, чья фазенда располагалась рядом с фазендой его дяди в Дуке де Каксиас? Если он не ошибается, того звали Жайме... Именно Жайме впервые взял его с собой в самолет и до смерти напугал фигурами высшего пилотажа. И теперь этот шутник стал членом НКАЭ? Ну, это легко проверить.
Комиссар заглянул на первую страницу бюллетеня, нашел там нужный номер телефона и снял трубку.
Как обычно, понадобилось немалое время, прежде чем он услышал высокий женский голос.
– Алло? Национальная комиссия по атомной энергии.
– Алло!
– да Силва придвинул кресло поближе к столу.
– Говорит комиссар да Силва из криминальной полиции. Не могли бы вы соединить меня с доктором Николи?
Высокий голос помедлил с ответом.
– Сожалею, комиссар, но доктор Николи только что вернулся с конференции в Вашингтоне и отдыхает в Терезополисе. Всю неделю, включая праздничные дни. Он будет только после Нового года. Может быть, вам поможет кто-нибудь другой?
– Хм...
– Да Силва опять взял список и пробежал взглядом фамилии. Лучше бы поговорить с кем-то знакомым, но не хотелось ждать целую неделю. Раз нет доктора Николи, можно начать с самого верха. Он выбрал фамилию председателя.
– Тогда я поговорю с доктором Жаиром.
– Искренне сожалею, - огорченно сообщил голос.
– Его тоже нет на этой неделе. В Сантосе...
У да Силвы зародилось смутное подозрение.
– А есть в городе вообще хотя бы один член комиссии?
– К сожалению, нет!
Кого же она тогда имела в виду, предлагая помощь?
– в ярости подумал он, ледяным тоном поблагодарил и положил трубку.
К кому ещё обратиться? Минутку...Вильсон как-то говорил, что в посольстве США теперь есть атташе по науке, специалист по минералогии. Хоть какой-то шанс. Он опять снял трубку, набрал знакомый номер и стал нетерпеливо ждать.
Наконец послышался голос Вильсона.
– Да?
– Привет, Вильсон! Это Зе. У меня проблема, можешь мне помочь. Не ты ли мне как-то рассказывал, что в вашем посольстве появился минералог?
– Верно. Уже несколько лет, если быть точным. Его зовут Джек Гренделл. А в чем дело?
– Можно договориться с ним о встрече? Если да, то прямо сегодня? У меня есть несколько вопросов, в которых он мог бы помочь.
– Я не знаю, где он. Он отдыхал на родине и, кроме всего прочего, собирался на встречу однокурсников в Колорадо Спрингс. А вот вернулся ли он обратно... Подожду у телефона, я узнаю.
В ожидании да Силва достал сигарету и с трудом прикурил её одной рукой. Вскоре Вильсон объявился вновь.
– В его отделе мне сказали, что он уже здесь, но эту неделю проводит в своем загородном доме в Петрополисе. У него ещё не кончился отпуск.
– Черт возьми!
– вскричал да Силва.
– Да вообще тут хоть кто-нибудь работает?
– Только мы с тобой, - успокоил Вильсон.
– Но к концу недели Джек наверняка вернется. Именно он устраивает новогодний вечер, и уж там-то он появится.
Да Силва вздохнул.
– Ну что же, это лучше, чем ничего. Думаешь, он сможет уделить мне несколько минут? Ты ведь говорил, я приглашен, верно?
– Верно. Но на серьезный разговор на этом вечере я бы не рассчитывал. Там слишком живая обстановка, спиртное льется рекой. Тем более на Новый год.
– Вот как? Почему же это исключает разговоры? Думаешь, он напьется?
– Не он, - строго поправил Вильсон.
– Ты.
Да Силва рассмеялся.
– Постараюсь воздержаться. Тем не менее, большое спасибо. Если не увидимся раньше, то до встречи там.
– Я заеду за тобой, - Вильсон глубоко вздохнул.
– По крайней мере, хоть за кем-то я могу заехать. Кроме того, ты не знаешь, где он живет.
– Вообще-то знаю, - ухмыльнулся да Силва.
– Джилл называла адрес. Но все равно можешь за мной заехать. До скорого!
Он положил трубку, и улыбка тут же погасла.
Проклятие!
Просто не следовало ожидать, что в рождественскую неделю люди будут сидеть за своими письменными столами. У кого ещё можно справиться? Университеты закрыты - каникулы. Пожалуй, не остается ничего другого, как дождаться вечеринки. Правда, есть ещё брат Джилл Ховард, этот Дон... Кажется, Вильсон говорил, что он геолог? Но и тот должен вернуться только через неделю...
Он собрался было позвонить Рую, чтобы сориентировать того на компанию "Сапатолан", как вдруг застыл на месте. Если в Бразилии на неделе между Рождеством и Новым годом университеты закрыты, то почему они не закрыты в Соединенных Штатах? А если закрыты, тогда кто там принял телеграмму мисс Хоуард с названием её отеля в Рио, чтобы передать потом адрес её брату? И почему телеграмму брата пришла не через университет, а из какого-то бразильского города с длинным непроизносимым названием?
И если брат знал, где она находится, почему не позвонил вместо того, чтобы давать телеграмму? Ведь где есть телеграф, там есть и телефон.
Комиссар пожал плечами. Слишком много вопросов, слишком много ответов. Может, в телефонной кабине было слишком жарко, или у брата не было мелочи, или же он пытался дозвониться, но не получилось, - в таких отдаленных местах для разговоров по телефону нужно запастись невероятным терпением.
Наверняка и на другие вопросы можно найти столь же логичные ответы, будь у него время ими заняться; но временем комиссар не располагал и потому нажал на кнопку, вызывая Руя.