Чтение онлайн

Неторопливо, но упорно возбуждение начало нарастать. Дэвид все больше привыкал к тому, что он чувствовал внутри себя член Мёрдо. А спустя дюжину осторожных тщательных движений Мёрдо толкнулся снова, и в этот раз Дэвида пронзило истинное опаляющее наслаждение, словно Мёрдо нажал на то важное таинственное местечко, кое он чувствовал где-то глубоко внутри. Ощущение было настолько впечатляющим, что Дэвид ахнул и вцепился в плечи Мёрдо.

— Господи!

Мёрдо просиял улыбкой, загадочной и очаровательной. Редкой и прекрасной.

— А вот и она.

Он отстранялся чуть дальше и опять толкался, снова и снова нажимая на то место при каждом дотошно точном толчке. Дэвид изгибался и извивался, не в силах сдерживать гортанные умоляющие звуки, что срывались с губ. Слишком, слишком скоро он отдался во власть неизбежной кульминации. Покуда его охватывал освободительный оргазм, он выкрикивал имя Мёрдо и забрызгивал семенем живот.

Через несколько секунд Мёрдо последовал за ним. Мощными руками он вцепился Дэвиду в бедра, ритмичные движения становились все резче и бесстыднее. Выкрикнув нечто нечестивое, он излился и прижался лбом к груди Дэвида.

Они долго лежали молча, ночной воздух остужал влажную плоть. Свеча, испустив тонкую струйку дыма, погасла. Мёрдо прошел к армуару, где налил воды в кувшин и быстро себя омыл.

С мокрой тряпкой он вернулся к кровати, не обратив внимания на протянутую Дэвидом руку, уселся на матрас и сам ему услужил.

Он аккуратно смыл оставшиеся следы масла и семени, поднял с пола покрывало и укрыл лежавшего плашмя Дэвида. Наконец, Мёрдо задул две оставшиеся свечи и, улегшись рядом с Дэвидом, принялся его толкать. Намек Дэвид уловил и перевернулся на бок, позволяя Мёрдо обнять себя сзади.

Дэвиду хотелось что-нибудь сказать, признать то, что между ними случилось, но подобрать слова так и не вышло. Воцарившееся между ними молчание казалось священным.

Спать. Нужно поспать. Время на разговоры и утром найдется.

Мёрдо нежно поцеловал его в шею — это последнее, что он запомнил, перед тем как его сморил сон.

Суббота, 24 августа 1822 года

Разбудили Дэвида щебетание птиц, запах утреннего шоколада... и боль в заду.

Распахнув глаза, он осознал, что лежал в постели в одиночестве. Из соседней комнаты доносились звяканье столовых приборов и тихое бормотание Мёрдо.

Еще один голос. Угодливый, почтительный. Открылась и закрылась дверь.

Несколько мгновений спустя в дверном проеме опочивальни появился Мёрдо, одетый в темно-синий халат, столь же элегантный, как и вечерний костюм Дэвида.

Он улыбнулся.

— Ты проснулся.

Дэвид смущенно улыбнулся в ответ.

— Только что.

— Знаешь, который час?

Задумавшись, Дэвид нахмурился. Он всегда был ранней пташкой — укоренившаяся привычка фермерского мальчика. Ощущение времени никогда его не подводило.

— Половина десятого, — не дожидаясь ответа, подсказал Мёрдо.

Дэвид изумленно разинул рот, а Мёрдо засмеялся.

— Ты меня развращаешь, — усевшись, изрек Дэвид и вмиг почувствовал, как вспыхнули щеки при воспоминании о том, как именно его развращал Мёрдо.

Мёрдо, наблюдая за ним, наклонил голову набок.

— Жалеешь? — нерешительно спросил он, внимательно глядя на Дэвида темными глазами.

— Нет! — воскликнул Дэвид, вопрос почти его оскорбил. — Вовсе нет!

Мёрдо, прислонившись к двери, расслабился. Дэвид подметил, как после озвученного яростного возражения из широких плеч исчезло напряжение.

— Я все гадал, вдруг у тебя возникли сомнения, — сознался он.

— Нет, я... я рад.

— Хорошо. — Он откашлялся и отвернулся. — Почему бы тебе не позавтракать?

Посмотрев ему вслед, Дэвид выбрался из постели и натянул кальсоны, рубашку и брюки, после чего побрел в гостиную. Как и раньше, стол застелили белоснежной скатертью и заставили изысканными блюдами. Прекрасная еда и — да, обоняние его не обмануло, — утренний шоколад. Дэвид попробовал шоколад, но он оказался излишне сладким на его вкус.

— На ферме за завтраком мы пили пиво, — поведал он, отставив шоколад и взяв чайник. — Отец верил, что оно полезно. До сих пор верит.

— Почему не виски? — как бы между прочим произнес Мёрдо, разрезая копченую рыбу. — Мне казалось, это твой излюбленный напиток.

Не услышав ничего в ответ, он озадаченно нахмурился.

— Прости. Я пошутил. Ты пьешь только выдержанный виски, да?

Как ни странно, после возвращения Мёрдо он стал пить меньше. Даже на вчерашнем балу он потягивал винный пунш. Он не знал почему. Вероятно, все дело в том, что по вечерам он бывал лишь в компании мыслей, коим имел склонность потворствовать. В последнее время таких вечеров стало меньше. Даже находясь в одиночестве, он занимался иными делами.

Приятно просыпаться без тяжелой головы и опухшего языка. Приятно здраво мыслить. Возможно, когда Мёрдо вернется в Лондон, он постарается пить поменьше. Только вот стоило подумать, что в скором времени Мёрдо уедет и, может, никогда не вернется, Дэвиду хотелось лишь одного — осушить бутылку крепкого алкоголя до дна.

Наверно, он все-таки должен сожалеть о вчерашней ночи.

— Я тебя обидел? — по-прежнему хмурясь, спросил Мёрдо. — Я не хотел.

Дэвид, пересилив себя, взглянул на взволнованного Мёрдо.

— Нет, вовсе нет.

Он слабо улыбнулся и перевел взор на яйца пашот, но сложно есть, покуда его снедала дурнота. Вскоре он отложил приборы и салфетку.

— И это все, что ты съешь?

— Я не очень голоден, — отозвался Дэвид. — Если честно, мне пора идти.

Это не ложь. Он должен повидаться с Чалмерсом и поговорить с ним насчет Элизабет, а затем обсудить приготовления с Йеном. Нужно выяснить, сумеет ли он добыть билет в Королевский театр. Дел невпроворот.

И возможно, будет полезно побыть вдали от Мёрдо.

Мёрдо вздохнул.

— Дэвид, прошу, не уходи. Я не хотел...

— Ты меня не обидел. Но мне правда пора идти.

Мёрдо поднялся вместе с ним.

— Подожди минуту. Когда мы снова увидимся? — Как только слова слетели с губ, он покачал головой, будто обозлился на себя.

— Не знаю. — Помолчав, Дэвид добавил: — Вряд ли это хорошая идея.

Мёрдо, посуровев лицом, поджал губы.

— Ты сказал, сомнений относительно прошлой ночи у тебя не возникло.