Чтение онлайн

Кроме всего изложенного присутствие наших судов в Порт-Артуре и возможность их выхода заставляло и заставляет большую часть японского флота держаться около Порт-Артура, и этим до некоторой степени облегчались операции Владивостокскому отряду» {136}.

Вывод контр-адмирала был таков: «Всякая попытка прорыва во Владивосток обречена на неудачу».

После этой телеграммы наместник уже больше не требовал выхода в море. Таким образом, после сражения 10 августа в Желтом море корабли эскадры не были использованы для активных операций против японского флота, хотя состояние их позволяло сделать еще одну попытку вступить в бой с неприятелем. Броненосцы «Ретвизан», «Победа», «Пересвет» и крейсер «Паллада» находились в исправности и были готовы к бою. Броненосец «Полтава» и крейсер «Баян» заканчивали ремонт повреждений, и только «Севастополь» требовал длительного ремонта. Японский флот в это время имел в строю всего три броненосца: «Шикишима», «Фуджи» и «Асахи». «Миказа» после боя 10 августа чинился и перевооружался в Японии.

С 28 августа по 5 сентября корабли эскадры ежедневно обстреливали японские позиции. За эти дни только «Пересвет», «Ретвизан», «Победа» и «Паллада» выпустили до 250 крупнокалиберных [157] снарядов. Огонь корректировался и был эффективен.

Крепость, значительно усилившись за счет сил и боевых средств флота и использовав перерыв в боях, смогла исправить разрушенное и восстановить свою боеспособность главным образом в артиллерийском отношении. Перед вторым штурмом она была не менее сильна, чем перед первым.

Генерал Ноги, получив подкрепления людьми и артиллерией и приблизившись на сотни метров к некоторым укреплениям крепости, а также имея приказ главной ставки о скорейшем захвате Порт-Артура, решил вторично штурмовать русскую твердыню.

План второго штурма крепости, разработанный в штабе армии генерала Ноги, предусматривал прорыв в глубину обороны через Водопроводный и Кумирненский редуты на севере и в направлении гор Длинная и Высокая на западе, при отвлекающих атаках на остальных участках. Решение прорываться в крепость через редуты объяснялось тем, что на этом направлении, по мнению японцев, оборона была слабее. Кроме того, прорыв в глубину давал японским войскам возможность сразу выйти в тыл русских основных укреплений на восточном участке. Захват редутов облегчался еще и тем, что японские параллели к тому времени находились от них на расстоянии не более 100 шагов. Направление Длинная — Высокая, по данным противника, было слабо укреплено. Это отвечало действительности.

Для атаки Водопроводного и Кумирненского редутов нацеливалась 9-я дивизия, а против Длинной и Высокой — 1-я дивизия с приданной ей 1-й резервной бригадой.

На передовых позициях Северного фронта крепости к началу штурма находилось 16 рот из разных полков, 12 отдельных взводов и три охотничьи команды. Из них на главном направлении, т. е. на Водопроводном редуте, оборонялись три взвода и справа от редута в траншеях тоже три взвода; в траншеях между редутами — одна рота, охотничья команда и отдельный взвод; на Кумирненском редуте — рота; в траншеях слева — две охотничьи команды и полторы роты. В резерве передовых позиций было две роты, одна из них морская.

На Западном фронте Длинную гору обороняли пять рот из разных полков, 5-я рота Квантунского флотского экипажа и охотничья команда. Из огневых средств на горе были два 6-дюймовых, семь малокалиберных орудий и два пулемета. Гора Высокая оборонялась тремя ротами из разных полков и 6-й ротой Квантунского экипажа, огневые средства которой составляли четыре пулемета, два 6-дюймовых, два батарейных и три малокалиберных орудия. Дивизионную гору защищали шесть рот и охотничья команда 5-го полка, имея три пулемета и четыре орудия [158] Барановского. Кроме того, в тылу Высокой и в резерве фронта находилось до восьми рот и 14 полевых орудий.

Общий резерв крепости составляли 10 рот, из которых шесть были десантными с кораблей и одна — Квантунского флотского экипажа.

Следовательно, людские силы неприятеля на главных направлениях предполагаемого удара превосходили силы обороны примерно в 3 раза, а на отдельных участках и в 10 раз.

Утром 19 сентября позиции Восточного фронта подверглись сильному артиллерийскому обстрелу. В двенадцатом часу начался огонь по Северному фронту и главным образом по Водопроводному и Кумирненскому редутам. Одновременно стреляли 40 осадных и 48 горных орудий: гаубицы били по внутренним частям укреплений, морские орудия — преимущественно по брустверам, а полевые пушки поражали шрапнелью войска.

В течение шести часов обстрела в районе Водопроводного упало до тысячи снарядов, которые превратили его в груду камней и балок: брустверы и блиндажи были срыты, разбиты две пушки и пулемет, порваны телефонные провода. Гарнизон понес серьезные потери.

Во время бомбардировки на подступах к редуту сосредоточилась бригада неприятельской пехоты с четырьмя полевыми орудиями и 24 пулеметами. После того как смолкла артиллерия, в атаку бросилась пехота. Ее встретили огнем с форта № III, укрепления № 3, с Курганной, Перепелиной и других батарей. Японцы немедленно укрылись в траншеях.

Следующая атака началась в 6 часов вечера. 100 человек, оставшихся на Водопроводном редуте после артиллерийской бомбардировки, отбивали противника огнем и штыком. От пулеметного огня в упор три батальона противника залегли, но скоро японцы, подтянув полевое орудие, подбили русский пулемет и взобрались на бруствер редута. Оставшиеся в редуте 30 человек под командой унтер-офицера Трофима Бирюкова бросились в штыки и сбили японских солдат в ров. В это время на усиление подошли две роты из резерва. Они сразу же пошли в контратаку, намереваясь окончательно очистить ров от противника, но сделать этого им не удалось. Тогда ввиду серьезности положения командование крепости направило на редут новые подкрепления.

В течение вечера и ночи русские еще несколько раз ходили в контратаки, чтобы уничтожить противника, охватившего редут справа и слева, но безуспешно. Положение было критическое: от редута остались лишь груды развалин. Защитников с каждым часом становилось меньше. В одной из рот, в которой было 84 человека, осталось в строю только шесть солдат, от полуроты пограничников — пять человек.

Подполковник Бутусов, руководивший обороной участка, обратился к генералу Кондратенко за разрешением оставить редут. Кондратенко ответил: «Если есть какая-нибудь возможность [160] держаться с надеждой на успех, то представляется вашему усмотрению остаться на занимаемой теперь позиции» {137}.

Но надежды на успех не было, и Бутусов, забрав с собой поврежденные пушки, патроны и проч., с остатками рот отошел. Оставление Водопроводного предрешило падение Кумирненского редута, который был занят противником утром 20 сентября после кровопролитнейших боев.

На направлении Длинной и Высокой гор наступали войска 1-й пехотной дивизии и 1-й резервной бригады, которым были приданы 30 тяжелых и 60 полевых орудий, 24 пулемета и 8 скорострельных пушек. В артиллерийской подготовке перед атакой участвовали также пять дальнобойных морских батарей, находившихся на Волчьих горах. Артиллерийский огонь начался в середине дня; крепостные форты и батареи энергично отвечали; канонада длилась свыше трех часов. Японцы стреляли очень плохо, и им удалось только повредить на Высокой несколько блиндажей, подбить одно орудие и два пулемета.

Под прикрытием артиллерии японские войска сосредоточились для броска; в шестом часу полк пехоты атаковал Длинную. На горе был получен приказ Кондратенко держаться до последнего. Безуспешные атаки противника продолжались весь вечер, а ружейная перестрелка и орудийный огонь не прекращались всю ночь. Отдельные группы японских солдат подошли на 70–80 метров к русским траншеям.

20 сентября бой продолжался непрерывно в течение всего дня; в ротах, оборонявших гору, осталось по 10–20 человек, которые вынуждены были отступить. 5-я рота Квантунского экипажа и взвод 6-й роты, прикрывая отход, залегли на открытой местности и вели залповый огонь. Японцы просочились в тыл: под угрозой полного окружения матросы отошли, потеряв в бою более половины своего состава.