Чтение онлайн

Скат, развернувшись, зашагал на прямых ногах, а знахарка уселась на ведро и подперла подбородок кулачками. Вот влипла!

Желудок скрутило в узел, так что через пятнадцать минут ведро оставалось пустым, но на палубу идти пришлось. Встречали её двумя молчаливыми шеренгами, хлопая по очереди глазами, а в конце парадной дорожки ждал, скрестив руки, Китобой, капитан и корабль. Неспешно прошествовав к нему, знахарка протянула руку:

– Алесса Залесская, профессиональный лекарь. Плыву в Скадар изучать заморскую лекарственную флору!
– это было единственное мудрёное слово, которое Алесса запомнила без тетрадки с картинками, поэтому звучало с особой гордостью.

– А морскую изучить не желаете?
– с ехидцей поинтересовался капитан Ориен, но знахарка уже поняла, что бояться нечего.

Она кивнула за борт:

– Глубоковато здесь, только рыб фосфорических и найду. А это - уже фауна!

– Кхм, фауна... Ну, добро пожа... Хотя вы и так на борту, госпожа профессиональный заяц!

Ободрившись, Алесса взмахнула руками с намерением доказать собственную платежеспособность:

– Ну-с, больные, увечные, прошу в очередь!

– Так он что, девка?!
– послышался робкий голос из левой шеренги.

– А ваш недуг, увы, неизлечим...

Тут капитан захохотал, а следом - и остальные.

Так и открылись ей прелести путешествия юной девы в компании полного корабля мужчин, оказавшихся, вопреки россказням северингских знатоков, отнюдь не неотёсанными. Напротив, лекарь на палубе считался существом полезным, а поэтому ценным. Нашлись больные уши, ноющие спины, а моряки помоложе зачастили поскальзываться на отдраенной палубе и путать косяки с дверьми.

Правда, о природе знахарки знал только Ориен Китобой. Не допрашивал - сама сказала в первый же вечер.

И это было верным решением. Каюта капитана перешла в полное распоряжение водоплавающей кошки.

В одном из южных городов Алесса зашла в лавку готового платья, но отнюдь не за юбкой. Главное для морячки - шляпа! Такую и купила: широкополую, тёмно-коричневую и с белым пером, а уже в тон к ней подбирала одежду. Когда она вышла из лавки, облачённая в женскую жилетку поверх рубахи, высокие сапоги и такие узкие штаны, что казалось, одно лишнее движение - и они треснут по всем швам, кто-то из ошеломлённых прохожих бросил вслед: "Ба! Пиратка!" А то! Впрочем, когда мимо проскакала всадница в почти таком же одеянии, только богаче, радость от фурора поутихла. Обидно!

Когда Раздел остался далеко позади, зашли в лагуну пополнить запасы пресной воды, и там моряки искали для Алессы жемчуг, а сама она охотилась на акулу. Пыталась, вернее. Попасть-то попала, но не хватило сил вогнать гарпун достаточно глубоко, так что подраненную лекарем зубастую рыбину добивали всё те же матросы. Ну и ладно, зато не промахнулась!

Всё бы хорошо, но четыре дня назад Алесса внезапно повалилась на палубу и, заломив руки за спину, в голос заревела.

– Что случилось? Чем помочь?
– спрашивала наперебой обеспокоенная матросня, но знахарка заливалась пуще прежнего.

– Бо-ольно!

К вечеру она отлежалась, даже смогла подняться, но всё равно ощущение оставалось таким, словно кто-то ломал оглоблю об её позвоночник. И не безрезультатно. С тех пор несколько раз она просыпалась с замершим криком на губах, и не помнила. Не могла вспомнить ничего. Следом за яростью волнами накатывало чувство полной беспомощности. Кое-кто из матросов стал обходить припадочного лекаря стороной, что оптимизма не прибавляло. Оставалось надеяться на заступничество капитана.

И на то, что эти скачки настроения не передаются каким-то образом от Вилля. Либо ему плохо, либо ей - третьего не дано. Жара могла подействовать на здоровье северянина, несмотря на регенерацию, равно как просоленный воздух и постоянная качка - на её собственное. Если Вилль приболел, то ничего страшного нет, всё лечится. О худшем думать не хотелось.

Нечего беду навлекать.

Между тем, время шло, а Скадар приближался.

На корабле о сроках рейдов запрещалось говорить вслух, но знахарка чертила угольком крестики с обратной стороны капитанского стола, пока её не обнаружили на месте преступления и орудие призыва беды не отобрали. Несмотря на морские суеверия, к берегу они пристали день в день.

А за полнедели до этого приступы, наконец, прекратились, и Алесса немного успокоилась.

Какой бы страшной ни была сама мысль об этом, смерть друга она почуяла бы наверняка.

***

Однажды в новогоднюю ночь случилась в Северинге такая история. На городскую ярмарку привезли южные фрукты - гранаты. Из всей солдатской братии их пробовали только Берен да Прокопий, которые в голос уверяли, мол, вкусно. Стражники вскладчину купили целый ящик, решив, что полакомятся, когда закончится праздник. В ту же ночь капитан стражи Прокопий напился и едва не сгорел вместе с сараем, поэтому на ярмарку пьянчугу позориться не пустили, а значок прицепили к парадному мундиру обалдевшего Вилля. Начальник на подчинённых обиделся и в отместку решил слопать гранаты сам. А как съесть целый ящик брызжущих соком фруктов, да не изгваздаться? Когда утром в караулку вернулись стражники, то картина была следующей: на полу в одних подштанниках сидел капитан и усердно грыз последний гранат. Сам с головы до ног красный, на полу под ним натекла лужа, все стены забрызганы. Предусмотрительно снятая одежда висела рядом на стуле, но и с неё капало. Дядька Темар тогда сказал: "Наш Прокопий - пьющий впрок. А теперь ещё и жрущий!"

Эту историю Алесса вспомнила, когда увидела багровые, точно гранат, лица стражников, охранявших малые ворота - те, что вели в Катарину-Дей со стороны материка. Какой-то изверг заставил их надеть латы, блестящие на солнце как зеркало, и бедняги чувствовали себя примерно так же, как в кипятящемся самоваре.

– Ориен, каким ветром?!
– тот, чья "щётка" на шлеме показался знахарке чуть шире, направился к ним широко раскинув руки, точно собрался обнять за компанию и всю полуверстовую очередь.

– Случайным, Альт!
– мужчины захлопали друг друга по спине. Гудело ого-го как! В результате капитан, посмеиваясь, затряс отбитой рукой.

Действительно, случайным. "Китобой" не собирался бросать якорь у Скадарской столицы, а плыл южнее, но капитан решил переброситься парой слов с владельцем гостиницы "Три кита" - старым знакомым. А заодно устроить там Алессу. Скат и Налим пошли за компанию.

– С чем на этот раз?
– обменявшись кивками со Скатом и одноглазым Налимом, поинтересовался привратник.

– С китовым усом для прекрасных дам!

– Дам? Те дамы будут изгаляться, но нам не "дам"!
– захохотал его сослуживец.

– Как всегда! Но у тех, что нам "дам" крючков на платьях меньше!

– Га-га-га!

Алесса слушала этот разговор, молясь всем богам разом, чтобы щёки не запылали. Хоть один, да откликнется! Видела она скадарских дам, наряженных в полупрозрачные сорочки на бретельках. Да такую срамотищу можно только родному мужу показывать!

– А мальца что-то не припомню!
– отсмеявшись, знакомец капитана перевёл глаза на девушку. Та в ответ воинственно шмыгнула носом.