Чтение онлайн

– Мы учтём, - сдержанно кивнул император. Отвернись Савиэль хоть на минутку, Симка не сдержался бы и бросился Повелителю в ноги. За столь многое, вложенное в коротенькое "мы".

– Отлично! Так давай же выпьем за месяц опадающих листьев, за слёзы неба, что завтра подёрнутся льдом, за жаркий камин моего друга, за него самого - трижды и за аватара моего друга. А закусывать кодьяр - кощунство, - расплываясь в улыбке, миролюбиво закончил наследный принц.

Домовой так растрогался, что едва не прослезился, почувствовав себя невероятно тепло и уютно в компании двух монарших особ.

– Батюшка-госуда-арь! Я ж за тебя радел! Сыр-то совссем уж позеленел ровно малахит, шоколад словно инеем покрылся, а выбросить лапа не поднялась! А лимончиком закуссил для дезинфекции!
– решил покаяться Симка.

Силль-Миеллонский принц смерил его долгим-предолгим взглядом.

– Аристан, я действительно не сожалею о том, что Винтерфелл не присягнул нашей Ветви.

– Да, я уберёг фруктовый кефир и оленьи сыры, - усмехнулся правитель Империи.
– Может, сбавите цену по дружбе?

– Какое совпадение! Мы как раз хотим сделать заказ на черепицу: кармин и терракот. И. кстати, о дружбе...

И с этими словами принц Савиэль вытряхнул на столешницу содержимое мешка.

Скрюченные пальцы, сведённые предсмертной судорогой... Побелевшая кожа... Обломанные ногти с сизыми лунками... Прямо на гербовой бумаге, ещё не подписанной, клеймёной ладонью вверх лежала отрубленная человеческая кисть!

Домовой сам не заметил, как оказался в казёнке, полупрозрачный от ужаса, и захлопнул дверцы. Оттуда и заорал дурным голосом. Покойников он боялся почти так же сильно, как мышей.

Повелитель отреагировал не в пример сдержанней, хотя и в его голосе слышалось изумление пополам с отвращением.

– Что это?

– Я хотел спросить об этом тебя, дружище! Чем, демоны подери, занимаются в вашем ЭКЗО?

 ГЛАВА 14

Листопад 1436 года от С.Б., Неверрийская Империя

Домашний дух не любил середину осени, а без улыбчивой Глафирьи и вовсе будто солнышко закатилось.

Новый главный повар стряпал прилично, но без любви к искусству. Петь не умел, беседовать за жизнь не желал, над симкиными розыгрышами смеялся исключительно, чтобы угодить императору. А Повелитель мрачнел день ото дня.

Верно говорят: пришла беда - отворяй ворота. Смерть Глафирьи стала не единственным несчастьем, приключившимся за время отлучки. Бессменный шут Ерошка был пойман на краже драгоценной табакерки. Только государева слова он не дождался, умер в тюрьме. А за пару дней до прибытия императора престарелый управитель летнего дворца, что полвека тому назад выстроили в Еленьем Бору близ столицы, упал с высокой лестницы и разбил голову. Маг-целитель не успел. Последний удар был нанесён с Железного Тракта. В Туманной лощине гномий обоз атаковали разбойники, разграбили подчистую, перебили купцов и наёмную охрану. Самым страшным было то, что в рот мертвецам засунули кошели с чем-то пакостным, а на лбу вырезали: "Подавитесь, нелюди". Ужасные вести, жуткие и тревожные. О подобном вандализме Симка раньше слыхом не слыхивал, даже берберианцы, залившие побережье Себерского перелива кровью аватар, не глумились над мёртвыми.

Повелитель захандрил. Домовой, боясь докучать ему, стал таиться по углам и невидимкой бродить по коридорам.

И сейчас он, притулившись к стене государева кабинета под портретом Лидора Победоносца, дремал сидя, как это умеют делать кошки и старые люди. На туманной улице который день хныкал мелкий затяжной дождик, типичный для первой декады листопада; по окну лениво ползли кривые ручейки; ветер взметнул над карнизом багряный кленовый лист и решительно прилепил к стеклу справа, ближе к зелёной шторе.

В дверь несмело постучали:

– Ваше Величество...

– Свободен, - властно перебил мужской голос. Симка узнал его, хоть и слышал всего пару раз. Не удивительно, что визитёр посмел явиться не в приёмный кабинет, а в рабочий. Таким дозволено многое. Но распоряжаться в чужом доме чужими слугами?

Тем не менее, губы императора тронула улыбка, так редко появлявшаяся на его лице в последнее время. Мимоходом глянув на плотно закрытые ореховые дверцы казёнки, он отложил перо, сцепил руки в замок и выпрямил спину.

– Войдите!

Заинтересовавшись, Симка тишком протрусил к письменному столу и запрыгнул на самый уголок, не потревожив сложенных стопкой бумаг.

Дверь отворилась, не скрипнув. Пришелец был высокого роста и статным; по дорожному тёмно-зелёному плащу сбегала вода, окропляя короткий золотисто-коричневый ворс ковра. Домовой покосился на кленовую звёздочку, налипшую на стекло. Кружевница всегда подаёт знаки, жаль, далеко не каждый способен их видеть.

Мужчины прислушались к звуку удаляющихся шагов. Симка неоднократно шугал слуг, льнувших ухом к замочной скважине, но на сей раз лакей не рискнул подслушивать. Когда в коридоре воцарилась тишина, гость откинул капюшон, обнажив острые уши и золотой венец в виде двух кленовых ветвей; листья на их концах, смыкаясь, удерживали крупный рубин.

– Сав, всегда рад видеть! А я думал, что ты давно уехал!
– Повелитель приветливым жестом указал на кресло напротив.

– Уехал и вернулся, - забросив на спинку плащи и удобно устроившись, хмыкнул наследный принц Ветви Багряного Клёна.
– У вас похолодало...

Кивнув, император без лишних разговоров распахнул дверцы казёнки. На инспекцию содержимого потребовалось ровно два гулких удара симкиного сердца.

И грянул гром.

– Симеон, я знаю - ты здесь!
– взгляд Повелителя, исполненный негодования, остановился на механических часах с кукушкой, присланных скадарским повелителем с предыдущей делегацией.

Кот боязливо поёжился, не рискуя подать голос. Ну да, перенервничав за государя, он незаметно для себя умял сыр и закусил шоколадом с лимонами. Но кодьяр-то заморский не тронул, так зачем сердиться?

– Судя по выражению лица, он раскаивается, - Савиэль пристально посмотрел на домового.

По Симкиному хребту пробежал холодок, шерсть встопорщилась. Эльфийский принц прекрасно видел невидимку. Домовой не замечал подобного за сослуживцами хозяина, но не зря о Королях Силль-Миеллона шептали, дескать, им ведомо недоступное простым смертным.

Чёрный кот решил проявиться, и делать это начал с заискивающей, по-лисьи искренней улыбки.

– Твой новый секретарь?
– насмешливо поинтересовался принц, выложив на стол мешок, который до поры прятал под укороченной коричневой чугой. Домовой принюхался: от содержимого тянуло заклинанием, похожим на то, что сберегало от протухания мясо.

– Вернее, дегустатор блюд, - вздохнул Повелитель.

– Смертельно опассная должность!
– поддакнул Симка.

– Мы можем при нём говорить?
– спросил по-эльфийски Савиэль. Люди обычно таким вопросом не задавались, считая домовых чем-то вроде бессловесной мебели, так что недоверие Симке даже польстило.