Чтение онлайн

Луиза закрыла дверь в комнату брата и вышла на улицу. До отеля было чуть больше четверти часа пешком, и она шла по пустынной улице, думая лишь о том, что скоро осложнение после гриппа пройдет и ей придется извиняться, замаливая вину перед Регом. Он был неплохим парнем, и если оставаться в Форестривер, то почему бы не остаться с ним? Подобные мысли развеселили Луизу. Она планирует свою семейную жизнь, направляясь навестить человека, которому в этой жизни никогда не найдется свободного места. Если бы профессор из Филадельфии видел ее сейчас, то, должно быть, одобрил бы подобный подход к жизни. Сказал бы, наверное, что теперь она стала достаточно взрослой и независимой женщиной в отличие от той девочки, которая признавалась ему в своих чувствах. Да. Теперь бы он заметил ее, обратил на нее свое внимание.

Луиза вошла на территорию отеля, увидела припаркованное «Шевроле». Генри Уиллер сидел у окна в своей конторе, наблюдая за всеми, кто входит и выходит из отеля. «Он что, никогда не спит?» – подумала Луиза. Тот факт, что управляющий позвонит ее брату и расскажет, что она навещала Данинджера, не волновал ее. Почему приезжий адвокат не может быть ее другом, за которого она беспокоится и переживает? Кроме того, Рег даже не объяснялся ей в своих чувствах. Они провели пару веселых вечеров и близких ночей, но ни одного слова о любви.

Луиза поднялась по деревянным ступеням и постучала в дверь с номером 7. Белая дверь, за которой она провела как-то долгую ночь. Зачем и почему? Луиза не знала. Просто сделала то, что хотела сделать, и все. Она постучала еще раз, прислушалась. Никто не шел открывать. Никто не говорил: «Подождите». Луиза осторожно повернула ручку. Дверь оказалась открытой. Застоявшийся воздух ударил ей в нос. «Наверное, так же здесь пахло, когда мы провели в этой комнате ночь», – подумала она, перешагивая через порог. Данинджер лежал в кровати. Одеяло натянуто к груди. Глаза закрыты.

– Уэл? – осторожно позвала его Луиза. Глаза под опущенными веками вздрогнули. – Уэл, ты спишь? – она подошла ближе к кровати.

В комнате господствовал полумрак, но страх увидеть еще одно обезображенное тенями лицо не оправдался. Лицо Данинджера было самым обыкновенным. Такое же, как и в тот день, когда он пришел к ней и представился агентом ФБР. Ничего страшного. Ничего отвратительного. Широкая челюсть, прямой нос, спутанные темные волосы, по которым давно плачет расческа. Острый подбородок. Луиза улыбнулась. Лицо показалось ей более привлекательным, чем в ту ночь, когда она осталась здесь. Бледное и изможденное, но что-то в нем было живого и… родного. Последнее слово напугало и развеселило Луизу одновременно. Она сделала еще один шаг и осторожно взяла Данинджера за руку. Пальцы его вздрогнули.

– Давай просыпайся, – велела ему Луиза.

Голос ее был далеким и странно знакомым. Снов не было, по крайней мере, тех ярких и сочных снов, к которым Данинджер успел привыкнуть. Тяжелые веки нехотя подчинились ему. Он открыл глаза, моргнул пару раз, прогоняя пелену.

– Луиза? – его сухие губы раскрылись. На мгновение ему показалось, что сейчас перед кроватью он увидит Даяну. Кажется, они вчера провели здесь ночь и она лежала в кровати рядом с ним. Дальше наступала тьма.

Данинджер поднял тяжелую голову. Мир задрожал, но боль отступила. Не было и тошноты. «Значит, они все-таки сделали мне укол», – подумал Данинджер и сел в кровати. Улыбка Луизы светилась в полумраке, придавая сил.

– Я услышала, что ты болен, и решила зайти, – Луиза улыбнулась шире, села на край кровати. – Но кажется, тебе уже лучше?

– Кажется, – Данинджер зажмурился.

Рука Луизы была теплой и влажной. Как и те далекие поцелуи, которые она дарила ему в этом номере. Только сейчас она начала казаться ему более красивой, чем прежде. Ничего особенного, но теперь к симпатичному лицу добавилась какая-то подкупающая доверчивость и открытость.

– Ты очень красивая, – сказал Данинджер первое, что пришло ему в голову.

– Красивая?! – Луиза удивленно подняла брови. – У тебя, должно быть, жар, – она рассмеялась и, вытянув руку, потрогала его лоб. Жар был, но не сильный. Луиза вспомнила, как сама поднялась с кровати после перенесенной болезни. – Тебе нужно принять душ, – сказала она, сморщив нос, и потянула его за руку, заставляя подняться с кровати. – Ну же! Не бойся, я сама через это прошла.

– Ну раз так… – Данинджер подчинился. Затекшее тело болело, но чувство, что силы возвращаются, воодушевляло и вселяло странное, нездоровое веселье. – Знаешь, наверное, хорошо, что ты первая зашла ко мне после того, как болезнь отступила, – сказал Данинджер, направляясь в ванную. – Так, по крайней мере, я могу не чувствовать себя белой вороной, – он закрыл дверь, но Луиза все еще смотрела ему вслед. Белой вороной. Что ж, кажется, он прав. Она тоже чувствовала себя белой вороной. Особенно если учитывать эти странные обманы зрения. Глаза подводят и будоражат сознание противоестественными фантазиями. Нужно будет рассказать об этом Данинджеру. Предупредить его. И заодно посмотреть, будет у него нечто подобное или же это просто то, что случилось только с ней.

Луиза огляделась и, чтобы не тратить время даром, собрала постельное белье и бросила в корзину. Горячая вода обожгла кожу, но Данинджер сделал ее горячее. После болезни тело казалось грязным и липким. Но грязь отступала, скатывалась по раскрасневшейся коже и завихрениями уходила в дренаж. Зеркала в ванной запотели от пара. Данинджер выключил воду, протер рукой одно из зеркал и посмотрел на свое отражение. То, что он видел в последние дни, оставило его. Не было ни вздувшихся вен, ни уродливо исказившихся форм. Самое обыкновенное лицо. Может быть, немного усталое, но лицо, которое всегда принадлежало ему. Данинджер вытер волосы и причесался. Набросил на плечи халат и вышел в комнату. Луиза сидела на кровати. Глаза ее светились нескрываемым интересом.

– Что-то не так? – растерянно спросил Данинджер.

– Да нет. Все так, – она улыбнулась. – Просто…

Желание рассказать о своих видениях стало настолько сильным, что ей с трудом удалось сдержаться. «Не сейчас, – сказала она себе. – Еще слишком рано. Если он выйдет на улицу. Если начнет видеть что-то похожее на то, что вижу я. И если удастся это заметить. Но не раньше». Она демонстративно отвернулась.

– Я так понимаю, тебе нужно переодеться? – голос у нее был веселый и задорный.

«Из нее мог бы получиться хороший друг», – подумал Данинджер, сожалея, что Луиза не живет в Вашингтоне. Он переоделся и подошел к ней так близко, что ощутил едва уловимый запах духов. Сладкий и цветочный.

– Ты ведь пережила нечто подобное? – спросил он, бездумно разглядывая извилистые локоны волос, сбегающие по плечам к спине.

– Подобное? – Луиза обернулась. Они оказались так близко друг к другу, что возникло неловкое смущение.

– Я говорю о болезни, – Данинджер предусмотрительно сделал шаг назад. Девочка не строила относительно него никаких планов, и это ему нравилось, это повышало ее котировки в его глазах. – Думаю, мы переболели одним и тем же.

– То есть… – Легкий румянец залил щеки Луизы. – То есть ты обвиняешь меня в том, что заразился?!

– Обвиняю тебя? – губы Данинджера растянулись в усталой улыбке. – Не думаю, что здесь есть твоя вина. К тому же был еще голубь. Да и то, что было между нами, произошло по обоюдному согласию, а значит, никого и обвинять не имеет смысла. Если, конечно, ты осознанно не умолчала о своей болезни.

– Нет, – Луиза не поняла шутку и решительно замотала головой. – К тому же я, по-моему, уже выздоровела и…