Чтение онлайн

– С ним? – Даяна покраснела. В ее серых глазах снова вспыхнул угасший было гнев. – Думаешь, я не смогу о себе позаботиться?

– Конечно, сможешь, но есть много вещей, которые просто невозможно предвидеть, – Хэлстон сделал шаг к Даяне, собираясь ее обнять, но она отстранилась от него.

– Делай то, что должен делать, Джефри, – сказала Даяна, чеканя слова. – А я буду делать то, что должна делать я.

Около минуты она смотрела Хэлстону в глаза, затем кивнула, убедившись, что спор окончен, и прошла в кабинет Макговерна. Она не знала, слушал он их разговор с Хэлстоном или нет, но что он ждал ее, сомнений не было – выходной костюм одет, медицинский саквояж стоит на столе.

– Мне ехать к Данинджеру? – спросил он, безнадежно сдерживая глуповатую улыбку. Даяна кивнула. Макговерн кивнул в ответ и, подхватив саквояж, спешно вышел из кабинета.

В отель они ехали молча. Хэлстон был сосредоточен и задумчив, тщательно изображая крайнюю занятость и концентрацию на своих внутренних размышлениях. Макговерна это устраивало, потому что всю дорогу он вспоминал доктора Дэя. Вспоминал его предсмертный вопль, и чем ближе они подъезжали к отелю, тем громче становился этот вопль. Если бы Хэлстон решил заговорить, то ничего, кроме рассказов о том, как Макговерн боится услышать еще один подобный крик, не услышал бы.

«Думай о Сьюзен. Думай о Сьюзен!» – говорил себе Макговерн, заставляя вспоминать, как быстро болезнь оставила ее, когда он вколол ей вакцину, но когда Хэлстон остановился и нужно было выходить из машины, руки его вспотели, а голова начала кружиться. На нетвердых ногах Макговерн прошел к отелю. Дверь в номер Данинджера была открыта, но Макговерн постучал, надеясь, что ему никто не откроет или что Данинджер чудесным образом поправился…

– Дверь открыта, – поторопил его Хэлстон.

Макговерн обернулся и посмотрел ему в глаза. «Этот агент ничего не понимает».

– А если с ним случится то же, что и с доктором Дэем? – спросил он.

Хэлстон пожал плечами.

– Если я ничего не путаю, то с доктором Дэем не случилось ничего, в чем бы ты мог себя винить, – сказал он, отстранил Макговерна и сам вошел в номер Данинджера.

Макговерн помялся на пороге и вошел следом. В нос ударил застоявшийся запах пота.

– Уэл! – позвал Данинджера Хэлстон. – Уэл, ты спишь? – он подошел к кровати и тронул свернувшийся под одеялом контур человека. Данинджер вздрогнул.

Яркий, искрящийся сон оборвался. Полумрак окружил его, придя на смену красочных сновидений. Тени застлали мир. Данинджер выглянул из-под одеяла. Теней стало больше. Они расползались по комнате, водили дьявольские хороводы, выискивали жертву, которая лежала на кровати, прячась под одеялом. Данинджер зажмурился, пытаясь избавиться от этого наваждения. Снова открыл глаза. Тени приблизились, склонились над ним, нашептывая что-то своим низким свистящим голосом.

– Уэл? Уэл, ты в порядке? – спросил Хэлстон, но Данинджер не узнал его голос. Для него это была еще одна тень, склонившаяся над ним. Тень, которая вырвалась из лап тьмы и теперь искала жертву. – Уэл? – Хэлстон вытянул руку и тронул Данинджера за плечо. – Уэл, Даяна закончила анализы. Ты слышишь? У тебя в крови тот самый вирус, что был на фабрике. Ты помнишь? – слова показались Данинджеру далекими и чужими, словно тень разговаривала с ним на незнакомом языке. – Уэл? – Да, лишь имя казалось ему знакомым. Его имя. Имя, которое выдавливала тень из своего бестелесного рта. Рта без губ. Рта без языка. Рта без зубов.

– Уходи, – простонал Данинджер, снова пытаясь спрятаться под одеялом.

– Уэл, мы пришли, чтобы дать тебе вакцину, – Хэлстон осторожно попытался стянуть с Данинджера одеяло.

– Уходи! – Данинджер повысил голос, вцепился руками в край одеяла. – Уходи! Уходи! Уходи!

Высвободив руку, он попытался оттолкнуть тень от одеяла. Пальцы ударили Хэлстона в бедро. Данинджер вздрогнул. Осязание вернуло его в реальность. Это произошло так внезапно, что у него закружилась голова, желудок сжался. Данинджера вырвало, едва он успел добежать до унитаза. Пустой желудок сжался еще несколько раз. Немота сковала тело. Легкое покалывание распространилась от ног к голове.

– Уэл? – Хэлстон вошел в ванную. Жалость и отвращение смешивались в сознании, рождая новое, ни на что не похожее чувство. – Уэл, ты в порядке?

– Нет, – Данинджер с трудом поднялся. Подошел к раковине и умылся. Промелькнувшее в зеркале собственное отражение напугало его. Лицо было серым, почти пепельным. Глаза налиты кровью. Виски вздулись. По щекам расползаются красные пятна. Синие губы лопнули, обнажив полоски красной кровоточащей плоти.

– Нужно сделать тебе укол, – осторожно сказал Хэлстон.

Он поманил к себе Макговерна. Шаркающей походкой тот пересек комнату. Данинджер обернулся. Искусственный свет резал глаза. Слезы катились у него по щекам. Макговерн. Макговерн, который уже однажды убил своей вакциной.

– Я не хочу, – Данинджер, пошатываясь, прошел мимо Хэлстона, надвинулся на Макговерна, заставляя того отступить в сторону. – Уходите, – сказал Данинджер, забираясь обратно под одеяло. Видения возвращались. Он еще не спал, но уже видел их блики. Теплые, яркие, цветные. Лучше уж было отправиться в их мир, чем остаться здесь. – Я просто хочу немного поспать, – Данинджер забрался под одеяло.

Макговерн шагнул к нему, сжимая во вспотевших руках медицинский саквояж, но Хэлстон жестом велел ему остановиться.

– Пусть уснет, – произнес он одними губами. Макговерн кивнул, давая понять, что согласен.

Данинджер свернулся калачиком. Дыхание со свистом вырывалось из раскрытого рта. Под одеялом стало тепло и уютно. Данинджер почувствовал, как оно проникает в него, согревает, успокаивает. Мысли стали легкими и чистыми. Сон обещал освобождение, забвение и путешествие в красочную страну грез, где нет ни теней, ни рвотных позывов, ни боли.

Макговерн услышал, как дыхание Данинджера стало глубоким и спокойным. Он обернулся и посмотрел на Хэлстона, спрашивая одним взглядом его решения. Хэлстон качнул головой.

– Нужно подождать еще немного, – прошептал он. Макговерн кивнул.

Мир грез обнял Данинджера, раскрыл свои двери. Данинджер улыбнулся. Теплый ветер уносил его в голубое небо, но он знал, что бояться ему нечего. В этом мире невозможно пострадать, испытать боль. Лишь только бесконечный полет.

Хэлстон и Макговерн подошли к кровати. Свет горел только в ванной, но этого было достаточно. Убрав край одеяла, он высвободил из-под него левую руку Данинджера. Макговерн открыл свой саквояж. Звякнули пробирки. Хэлстон и Макговерн затаились, но Данинджер спал слишком крепко, чтобы обращать внимание на то, что происходит извне.

Макговерн достал ампулу с вакциной, набрал бесцветное содержимое в шприц. Хэлстон расположился так, чтобы можно было удержать Данинджера, если тот проснется, сдавил кисть горячей и влажной от пота руки чуть крепче, проверяя, не проснется ли Данинджер, когда Макговерн сделает ему укол. Данинджер летел высоко в небе, превратившись в птицу, и мир был далеко внизу. Макговерн перетянул ему руку чуть ниже предплечья. Вены вздулись. Макговерн посмотрел на Хэлстона и, получив согласие, склонился, чтобы сделать укол.