Обратный перевод
Шрифт:
Сейчас Вера взбивала миксером все ингредиенты и вспоминала недавний совместный обед: всем им было тепло и комфортно за общим столом. Вера почувствовала, что они одна семья. На какой-то миг это ей показалось.
А ещё она помнила, как этот миг растаял, когда они с Виктором встретились взглядами. Он ей уже всё же чужой. И… значит она права.
Вера размешивала получившееся тесто — можно ещё ложечку муки добавить…
…Это началось после того, как муж зарегистрировался на «Одноклассниках» и они однажды нашли Ленкину страничку.
Или нет?! Нет!
Всё началось с того момента, как единственная Верина подруга Наташа уехала на ПМЖ в Канаду. А ведь они дружили лет с шести. Больше, чем дружили.
К моменту начала школьной жизни Веры, её родители развелись: сложилось так, что отец уезжал в другой город, а мать осознала, что встретила любовь всей своей жизни. И Вера переехала жить к бабушке, Валентине Эдуардовне.
— Верочка, я и так хотела забрать тебя, чтобы ты пошла в английскую школу, — они уже разобрали все Верины вещи и сели передохнуть: бабушка притянула к себе внучку, обняла. — А тут, видишь, как получилось…
Конечно, в такой ситуации Вере лучше всего было остаться с бабушкой. А тем более девочка в последнее время постоянно находилась в нервном напряжении: отец вёл какие-то переговоры, занимался своим карьерным ростом; мать вообще переживала бурный роман и обрывки её разговоров, доносившихся до Веры, это… было слишком для её неполных семи лет. И живя в такой обстановке Вера жутко тосковала по бабушке! Ей очень хотелось покоя и любви! И так хотелось в Сивцев Вражек! Тем более и подружка у неё там была самая лучшая в мире — Наташка, соседка.
Ко времени поступления девочек в школу соседи, и так жившие дружно, стали практически одной семьёй. Они объединили усилия, чтобы жизнь Веры и Наташи в их школьные годы стала спокойной, стабильной и счастливой. Бабушки договорились, что в будни Наташина, которая уже вышла на пенсию, будет опекать школьниц, а выходные Валентина Эдуардовна брала на себя.
Девчонки ликовали — мало того, что они пойдут в один класс!!! Так ещё и отдыхать будут с Валентиной Эдуардовной! Её, красивую, молодо выглядевшую сорокасемилетнюю женщину, никто не осмеливался назвать бабушкой, и девочки играли в сестёр, а Валентина Эдуардовна исполняла роль их мамы — вместе им было замечательно!
И правда, не зря школьные годы называют чудесными. Они оказались счастливыми в жизни Веры. Потому что помимо душевного окружения, она с удовольствием училась. И училась не только в школе, но и на дополнительных курсах сначала английского, а потом и французского языков. И всё это вместе с Наташкой! Наташкой, с которой они понимали друг друга с полуслова.
А уж выходные!
Подруг не зря отдали учиться в школу с углублённым изучением иностранных языков. Они обе поступили в Институт иностранных языков по её окончании. И стали дипломированными переводчиками-синхронистами с английского и французского.
Только вот личная жизнь их диаметрально отличалась. Вера рано вышла замуж, родила, а Наташа обходилась редкими романами, ей не слишком везло.
Веру это беспокоило. А Наташа вдобавок с удовольствием помогала Вере с малышом. Когда Вера родила, Валентина Эдуардовна наняла няню, чтобы внучка не прерывала учёбу, да ещё мама Виктора помогала. И, конечно же, Наташа с удовольствием возилась и Илюшкой.
Вера однажды попыталась намекнуть подруге, что личная жизнь важнее, на что Наташа только отмахнулась:
— Не волнуйся, Вер, от судьбы не уйдёшь!
— Всему своё время?
— Конечно! Вот у тебя наследственное — рано выйти замуж и сразу родить!
— Ну да, у нас у всех так…
— Вот! Так что не мешай мне наслаждаться крестником!
Наташина судьба появилась, только когда ей исполнилось тридцать. И судьбой её оказался канадец французского происхождения. Профессия, такая обожаемая, развела подруг по разным континентам.
— Вер, если бы не твоя ранняя любовь, мы бы улетели в итоге вместе.
— Наверное, — вздохнула Вера, которой оказывали знаки внимания очень часто.
— Если бы мы тогда не потащились с тобой на ВДНХ…
— Сама же говоришь — у каждого своя судьба. И мне грех жаловаться.
Но мысль о том, что придётся расстаться, приносила Вере невыносимые страдания. Наташе всё-таки было полегче, огромная любовь оказалась мощным обезболивающим.
За несколько дней до отъезда Наташа пригласила Веру и Валентину Эдуардовну в ресторан.
— За самую лучшую компанию, — улыбка у Наташи была грустная, — за то, чтобы мы время от времени собирались!
— Обязательно, — Валентина Эдуардовна звонко стукнула по бокалам своих девчонок. — И всё лучшее у нас впереди!
Конечно, расставаться не хотелось. Но уж как сложилось, поэтому надо отпустить ситуацию, чтобы стало легче.
— И, Вер, не забывай, ты обязательно будешь крестной моего ребёнка!
— Как договаривались, — кивнула Вера.
Они строили осторожные планы на будущее, и главным было — обязательно встречаться!
Наташа наслаждалась мгновениями в обществе Веры и Валентины Эдуардовны. Ведь они были самыми близкими ей людьми, и расставаться тяжелее всего было с ними.
Да и Вера… У неё словно глаза потускнели.
— Верунь, может ты литературным переводом займёшься? — осторожно предложила Наташа. — В институте ты лучше всех делала обратный перевод, помнишь, препод наш говорил, что у тебя стилистически получается лучше, чем у оригинала!
Тренинг в институте был такой: раздавались куски русского текста, их преподаватель любил практиковаться на современных авторах, тексты переводились на английский или французский, а после тасовались и раздавались студентам, чтобы снова перевели на русский. Вот у Веры и получался обратный перевод получше, чем текст оригинала.
— Да, — подхватила Наташину идею Валентина Эдуардовна. — Я обожала Верочкины переводы, когда она ещё в школе училась!
Вера покупала литературу на иностранных языках, чтобы потренироваться в переводе, когда ещё в школе училась: она перевод записывала, а Валентина Эдуардовна читала.
— Вер, тем более ты недавно говорила, что новую книгу твоего любимого француза безобразно перевели!
— Отвратительно, — согласилась Валентина Эдуардовна.
Вера пожала плечами.
— Попробую. Надо только придумать, как свои услуги получше преподнести.