Обретение
Шрифт:
– Не знаете, где она сейчас? Мы заходили днем, но лавка была закрыта...
– Знаю, как не знать! – он усмехнулся. – Здесь где-то, веселится вместе со всеми. Поищи в кабачках. Они сегодня открыты всю ночь, может тебе удача и улыбнется.
Я поблагодарил десятника Гёро и влился в поток людей, текущий по центральной улице от лотка к лотку. Признаться, полакомиться чем-нибудь вкусным очень хотелось... И тут я понял, как выманить вора в удобное для меня место: на какой-нибудь деликатес – судя по всему, он любитель редких яств.
Весьма кстати толпа вынесла меня к уличной едальне, торгующей сладостями и вином. Я купил сахарных шариков, разноцветных, как детские игрушки, напиток из хризантем и присел за край длинного стола, установленного под навесом.
– Улыбка твоя мимолетна, она след луны на воде. И снова влачусь я, покорен несчастной судьбе... – донеслась сквозь праздничный шум воодушевленная декламация.
Алхимик Мунх одной рукой обнимал столб навеса, а второй энергично размахивал чашей с вином.
– Уважаемый, – я вежливо указал ему на очевидное, – по-моему, Ваша дама уже ушла...
– Эх, молодо-зелено! Не настолько я пьян, чтобы не заметить, что обнимаю лишь столб. Когда душа полна любовью, наличие дамы даже несколько излишне. Да и где их найдешь в этом квартале?
– А Шая? – коварно перевел я разговор на интересующую меня тему. – Разве она не хороша?
– Бедная девочка... – алхимик растроганно всхлипнул. – Дело всей ее жизни рушится на глазах...
– Вы тоже пострадали от ее неаккуратности? – провокационный вопрос сам сорвался с губ.
– И я, и я... Но в моем случае это было даже неплохо. Именно сейчас я несколько стеснен в средствах и оплатить столь дорогой заказ все равно не смог бы.
Я смотрел, как Мунх с удовольствием разглядывает содержимое чаши и размышлял. Значит, у алхимика не было денег на выкуп необходимых ему ингредиентов... Вполне возможно, что именно он выкрал тигриную печень и корни женьшеня, а чтобы замести следы, совершил остальные кражи. Но почему в подвале присутствовали следы существ изнанки?
– А Вы, уважаемый мастер, можете в своей лаборатории вызвать какого-нибудь духа? – спросил я будто между делом, довольный своей хитростью.
Алхимик гордо выпрямился, отпустив дающий опору столб:
– Что Вы этим хотите сказать, молодой человек? Я не верю ни в духов, ни в демонов! Если они где и существуют, то только в фантазиях шарлатанов, вроде духоборца Мельхиора Железного, – это имя он почти выплюнул с презрением, – наживающихся на невежестве простого люда. Великая наука трансмутации первоэлементов принадлежит знанию сугубо рациональному! Вызвать духов... я никогда не унижу себя даже разговорами о столь вопиющем мракобесии!
Лихо опрокинув в рот чашу, он оттолкнулся от столба и с удивительной для выпившего скоростью растворился в праздничной толпе. А я дожевал шарики и побрел дальше.
Шая обнаружилась в маленькой забегаловке, которую не сразу и заметишь. Она притулилась в углу за кувшинчиком вина... далеко не первым, батарея пустых впечатляла.
– Как дела, Шая? – подсаживаясь к столику, заботливо спросил я.
– А-а-а, – она с трудом сфокусировала на мне косящий взор, – маленький господин... Все! Никаких дел. Нету... Лавка... закрыть. Долги... раздать. В жены... пойтить...
– Неужели так и не нашли вора?
– Ик... Икспиртиза... что нет следов. Не-е-ету следо-о-ов... – пропела она, заваливаясь на бок.
Я попытался усадить ее прямо:
– Шая, а если это злые духи?
– Дак был духоборец. Заклинал чего-то... последние деньги выманил, все до гро-о-ошика, – бакалейщица хлюпнула носом, – велел обку... окурить ладаном и ушел. Ничего там не нашел. О! Стих получился! – она взмахнула рукой. – «Ушел – не нашел»... меня возьмут в школу для богатеньких? Я ведь демнсри... де-мон-стри-рую, – проговорила старательно, по слогам, – небывалые способности к стихосложению. Уф!
– Шая, а какого заклинателя ты приглашала?
– Тю! – она сложила губы утиным клювиком. – Кто ж не знает Мельхиора Ржавого? Врун, болтун и хохотун... подлец, как мой будущий муженек. Они уже спелись... А ты чего тут расселся? – казалось, она чуть протрезвела. – Не видишь – у меня девичник!
– Шая, – осторожно предложил я, – давай провожу тебя до дома? Тебе хватит уже...
– Сначала до дома, потом до кроватки... – она, шатаясь, погрозила пальцем. – Не для тебя такая ягодка созрела! Ты иди себе, иди...
Я поначалу обиделся, что мой искренний порыв был столь превратно истолкован, но потом понял: Шае неприятно, что я вижу ее в столь плачевном состоянии. Пришлось удалиться. Но своей идеи я не оставил и сел на скамейку возле входа, размышляя, как поступить дальше.
Вскоре из двери высунулся кабатчик, я видел его за стойкой. Обозрев веселящуюся на улице толпу, он остановил свой взгляд на мне:
– Эй, парень, это ты разговаривал с бакалейщицей?
Я насторожился, но согласно кивнул.
– Сможешь довести ее до дома? Она уже ни петь, ни свистеть...
– Конечно, господин.
– Только смотри, – с облегчением погрозил он мне пальцем, – без баловства. Девушку не обижать. Мы тут все друг друга знаем, и если что...
– Да я предлагал помощь! – горячо заверил я, радуясь, что мой план начинает срабатывать. – Но ей стыдно стало, отказалась она...
– Ну, теперь не откажется... – захохотал кабатчик. – Пакуй и неси.
Было уже далеко за полночь, даже шум праздника начал потихоньку стихать. Отгремели петарды салютов, отстрелялись хлопушки оберегов, лоточники, успешно расторговавшись, сворачивали столы и загружали в повозки пустые котлы и подносы. Время от времени с гвалтом и гиканьем проносилась ребятня, треща трещотками, но их крики становились все тише, а треск звучал все глуше. У ворот дома Шая безропотно отдала связку ключей и позволила довести до спальни. Через полуоткрытую дверь услышал, как скрипнула ее кровать и стукнули о доски пола скинутые с ног башмачки. Я прихватил висевший у двери фонарь, спустился в подвал и осмотрелся.
Склад заметно опустел: овощи были подготовлены к экстренной распродаже и сложены в пирамиду поближе к выходу, окорока и балыки сняты с крюков, упакованы в пергаментную бумагу и перевязаны для транспортировки. В середине помещения, между стеллажей, были навалены кучей пустые корзины. Они казались подходящим для засады местом – и прятаться удобно, и подходы к самой высокой бочке прекрасно просматривались. Сверху на ее крышку я и положил купленный у уличных торговцев кусок маринованной свинины с одуряюще-пряным запахом, расстелил среди корзин стопку пустых мешков и прикинул, не помешает ли какая-нибудь неучтенная случайность полету боло. Хранитель Сию тоже даром времени не терял, он обходил склад по периметру, надолго задерживаясь в самых его подозрительных уголках.