Обсидиан и чёрный диорит. Книга вторая. Аль-Фазир
Шрифт:
Старик выглядел не совсем удовлетворённым. Конечно, в дневнике про «Алмаз» описание нечёткое. Развеяла чары? Да. Но сама ли?
Исповедь Володи получилась самой краткой. К тому же он с трудом сдерживал зевоту. Виперидус уже вопросов не задавал, всё более и более задумываясь. Затем Алина кратко подытожила общую картину, поведав о пути на южный курорт, а потом о торжестве информационных технологий, приведших в Мексику.
– Кажется, тебя нисколько не удивили наши рассказы, - обратилась Джоконда к Косте. Она, как обычно, внимательно следила за многим, в том числе за выражением лица хозяина дома.
– Будто ты и так всё знал.
– Я знал многое, но далеко не всё, - со вздохом ответил Сверчок.
– И потрясён тем, что вам довелось пережить. Но во мне сегодня сидит приличная доза успокоительного, и эмоции как-то притупились. К тому же время позднее, всем надо как следует отдохнуть. Как и раньше, обещаю всё объяснить. Но давайте лучше завтра, на свежую голову. Мой рассказ может не просто удивить. Боюсь, что шокирует.
– А я после острова уже ничему не удивляюсь, - заявила Таня, встав и слегка пошатываясь от усталости.
– Правда, пойдёмте уже покемарим. Ох, наши вещи в хостеле! У тебя есть запасная зубная щётка?
Все были размещены в отдельных спальнях, но Алина вскоре заявилась к подруге, бесцеремонно подвинув её. Благо, ширина кровати позволяла улечься вдвоём.
– Я сейчас слышала, как Костя со стариком всё ещё разговаривают в той комнате с баром. Они говорят на арабском, представляешь! Во всяком случае, очень похоже.
– Ну и что?
– засыпая, пробормотала Таня.
– Мало ли какая тарабарщина почудится на ночь глядя! Вспомни, какой галдёж порой, когда у нас в спальне собирались десять болтушек! Я порой ни слова не могла разобрать. А мне всё равно! Если хочу спать, так хоть из пушек пали!
* * *
Утром Джоконда проснулась первой. У неё вообще с детства сон был нехарактерный для нежного возраста – относительно недолгий и прерывистый. Она часто просыпалась среди ночи и о чём-нибудь думала под дружное сопение соседок по спальне. Сейчас рядом тихо дышала слегка покалеченная накануне красавица, а настенные часы показывали половину шестого.
Памятуя об оставленных в гостинице личных вещах, Алина растолкала недовольного вторжением хозяина дома и потребовала как-нибудь забрать пожитки трёх участников экспедиции.
– Я в таком виде не могу появиться на улице, - объяснила она.
– А моя одежда слишком… нечистая после вчерашнего. Противно надевать.
– Ладно, я тебя отвезу, - согласился Сверчок, отчаянно пытаясь избежать вывиха челюсти.
– Покажешь ваши апартаменты.
– Ты водишь автомобиль?
– Ну, я же не зря бегал в автосервис, помнишь?
Хостел оказался сравнительно недалеко, но дежурный администратор никак не хотел признавать постоялицу в свисающем до пола розовом халате. Костя пришёл на выручку, применив местные ругательные выражения, и вскоре покатили с вещами обратно, удовлетворённые маленькой победой и посмеиваясь. Однако Джоконда вдруг спросила:
– Мелентьев, это действительно ты? Ты стал другим. Слишком самоуверенным. По-испански вон шпаришь вообще без запинки. Гораздо лучше меня.
– Ну, с кем поведёшься, - засмеялся Сверчок.
– Вы тоже изменились. Заметно, когда долго не виделись. Да, я изменился. Были причины. Но это я, тот самый, перестань сомневаться. Ты делаешь мне больно.
– Прости, слишком много всего случилось.
– Наверное. Только придётся ещё постараться, чтобы ничего не случилось больше.
Компания собралась в полном составе в малой гостиной уже в переодетом виде, только Виперидус по-прежнему щеголял в своём синем костюме. Он смаковал полюбившийся абсент. Явившийся на службу Альдос приготовил лёгкие закуски и салаты, и все отдали им должное с не меньшим энтузиазмом, чем вечером.
Все то и дело поглядывали на Костю. Он долго, что называется, «тянул резину» до момента, когда наступит время напитков. Потом предложил немного запоздалый тост «за встречу» и разлил безалкогольное шампанское. Подняв свой бокал, по очереди задержал на несколько секунд твёрдый и решительный взгляд на лицах, каждую чёрточку которых помнил с детства.
Свер готовил вступление; нужно их встряхнуть для начала. Таня с заклеенным лбом смотрит прямо на него и хмурит брови, словно предчувствует, что сейчас услышит что-то неприятное. Глаза Володи излучают любопытство, смешанное с заранее определённым одобрением и готовностью помочь. Только Алина в характерной для неё манере смотрит слегка в сторону.
– Замечательно, что мы всё-таки встретились.
– Фраза прозвучала на сто процентов искренне и проникновенно.
– Я страшно рад, хотя могло показаться, что я не приложил к предмету нашего тоста никаких усилий. Не обижайтесь, если я всё-таки уточню: почему вы так упорно хотели меня разыскать?
Никто, конечно, такого вопроса не ожидал.
– Ну, ты даёшь, старик, - пробасил Володя.
– А как же могло быть иначе?
– Вначале я вообще ни о чём не думала, кроме как вернуться в Москву, - решилась пояснить Таня.
– Да что я, Алина с Вовкой – тоже. Когда собрались втроём, поняли, что никогда не угомонимся, пока не узнаем, что вообще за дела. Нам не хватало тебя капитально. И как друга, и как… недостающего.
– Как важнейшего кусочка пазла, - добавила Алина.
– Так ведь пришлось пустить обычную жизнь, что называется, побоку, - продолжал своё хитрое вступление Сверчок.
– Полагалось бы доучиться, определиться, как жить дальше…
– Определиться?
– фыркнула Таня.
– Вот мы и определялись. Не водить же хороводы, пока кто-то играет нашими жизнями. Все считали, что нам на время надо заховаться и не высовываться. Только мы всё равно тебя искали.
– Что искали – молодцы. Те, кто играют чужими жизнями, взаправду существуют.
Вопрос повис в воздухе. Но требуемый поворот сюжета уже достигнут. Сверчок сделал глоток и тихо сказал:
– Вам не казалось, что в случившемся есть ненормальное? Волшебное? Мистическое?
Все замерли.
– Казалось, - ответила Алина.
– Но не верилось.
– Напрасно, - так же негромко вымолвил Костя. Он максимально выдерживал эффектную паузу.
Никто не решился задать очевидный вопрос: «Почему?»
Чуть не полночи корректировалась и шлифовалась легенда, которую до прихода запыхавшихся друзей набросали лишь крупными мазками. Милвус настаивал, чтобы любое известное смертным событие было разумно объяснено. А сфабрикованная небылица максимально соответствовала реальному положению вещей.
– Волшебство существует. На Земле живут волшебники. Я узнал о двоих, древних и могущественных. Они терпеть не могут друг друга и желают уничтожить соперника.
Возражений пока не последовало. Друзья прекрасно знали, что на здравый смысл лидера группировки можно положиться. Даже если он несёт что-то несусветное – этому есть разумное объяснение.
– С давних пор соперники жили в изоляции, предпочитая тёплые места. Чтобы обезопасить свои владения, возвели магические барьеры, через которые без должного благословения или умения не могут пройти люди, пролететь птицы. Даже артиллерийский снаряд не в силах пробить загадочную полупрозрачную материю.