Чтение онлайн

– Вот как... Может, что-то дома там произошло?

– А вдруг, ничего...

Она помолчала.

– Ты пел потрясающе, дольше всех и лучше всех. Даже все выпускники признали это.

Я качаю головой и не могу сказать в ответ ничего, комок горечи застрял в горле.

Три дня прошли, как во сне, по моему я отсыпался и не реагировал на телефонные звонки или стук в дверь. Витька умышленно удрал из комнаты и меня все эти дни не тревожил. В понедельник собрался и отправился в больницу на лечение.

После операции, отлеживаюсь в палате. В помещении две койки. На одной лежу я, на другой такого же возраста парень, только он здесь после автомобильной аварии. Мы лежим голова к голове, что позволяет, при нашем немощном положении, негромко перебрасываться фразами.

– Валя, а как ты ее встретил?
– спрашиваю я.

– Случайно, поступал в этом году в институт и вот после первой сдачи экзамена, решил немного подкрепиться. ... Пошел в студенческую столовую, а она там. Подсел за ее столик, а девчонка в это время пила кофе с пирожком. Волосы у нее длинные светлые, глаза, как фары, выглядит, словно королева. Слово за слово, поговорили немного, я узнал, что она приезжая, живет у подруги. Так и начался наш роман.

– А как вы расстались?

– Мы, малость запустили подготовку к экзаменам. Сам понимаешь, все некогда было. Представь, приходит она ко мне домой, математику готовить, да при виде нее у меня все мысли в потолок уходят. Какая математика? Так три дня в постели и провалялись, но мне то повезло. Пришел на экзамен, билет... первый. Первый-то я знал, до десятого билеты знал и ответил, а ей не повезло. Завалила математику и от расстройства уехала к родителям.

– Так больше ее и не увидел?

– Почему не увидел? Недавно встретились. Позвонила ко мне домой, я опять пригласил к себе.

В палате появляется сестра.

– Ну как, красавцы, готовы к приему посетителей?

– Готовы, -за меня отвечает Валька.

В палату входит Варя и толстая женщина. Рядом со мной на стул опускается Варька. Толстая женщина садится на кровать у ног Вали.

– Привет, Коля?
– Валя прикладывается своими губами к щеке.

– Привет.

– Как дела?

– Сделали первую операцию. Теперь надо ждать, чтобы все зажило и организм окреп, тогда сделают вторую.

– Врач-то, что говорит?

– Как всегда, что я молодец. У тебя какие новости?

– Света вернулась.

– Ну и что?

– Ты крепись... Она предала тебя.

В груди что -то защипало. Одно несчастье цепляет другое.

– Я... выдержу...

Ее ладонь опустилась мне на голову.

– Я знаю, ты сильный.

Мы замолчали, а этот момент толстая женщина, сидящая рядом с моим соседом торопливо говорила.

– Ты, Валечка, не переживай, сломанную машину, к сожалению отремонтировать нельзя. Папа обещал купить тебе новую. С милицией все улажено, прав отнимать не будут.

– Ко мне кто-нибудь звонил?

– Звонила какая-то девушка, я ей сказала, что ты здесь.

– Больше она ничего не передала?

– Нет.

– Я хочу тебя обрадовать, - говорит мне Варя.
– Помнишь, ты последний раз выступал на концерте... Там была запись. Все четыре песни записали. Эта кассета досталась и мне...

– А там... Ну, в общем... сохранилось все...?

– Ты хочешь сказать... иллюзия или... гипноз. По моему, да. Я не могла отличить от того, что ты пел на сцене. Здесь кассету все равно проиграть нельзя, аппаратуры нет, но когда ты вылечишься, мы ее проиграем.

– Это здорово.

– Может тебе чего-нибудь принести, там фрукты..., почитать?

– Варя, если сможешь, достань где-нибудь маленький приемник, ну такой, чтобы другим не мешал. Я тебе деньги дам...

– О чем ты? Такой приемничек я тебе достану, ни каких денег не надо.

– Спасибо тебе, Варя.

– Ничего, с каждым может случится такое. Я ведь тоже в твоих страданиях каким-то боком задета.

Когда Варька уходит и палата освобождается от посетителей, Валька мне говорит.

– Я немного разглядел твою подругу. Классная девица, но у меня такое ощущение, что я ее где-то видел..., а может быть и слышал.

– Этого не может быть. Всех своих друзей она мне показала и тебя здесь не признала.

– Это точно. Все равно, что-то знакомое.

– А почему тебя не пришла навестить подруга?

– Не знаю, видно еще не знает, что со мной произошло.

– Ты ее телефон - то знаешь?

– Знаю.

– Так попросил бы кого-нибудь, чтобы позвонили.

– Не хочу мать ввязывать в это дело, еще глупость какую-нибудь скажет, а сестер и других лежачих, не хочу просить, зачем посторонних вмешивать в свою жизнь. Вот буду вставать, сам позвоню.

– Чего тянуть, в следующий раз придет Варя попроси ее позвонить. Поверь, эта девушка никому ничего не скажет.

– Ты ей доверяешь?

– А как же.

– Тогда может быть попрошу.

Варя принесла маленький приемник с микрофоном в ухо. Я включил его и в палату ворвались звуки современного шлягера Пугачевой.

– Потише, - просит Варя.

– Спасибо, Варя. Ты не могла бы помочь моему товарищу по несчастью. Это Валя, он мой сосед. Тоже, бедняга, не шевелится. Ему надо позвонить по телефону к любимой девушке, сказать, что он здесь.

– Конечно, конечно. Валя, - она отодвигается к моему соседу, - так что там у вас? Давайте номер, я позвоню.

– Там в столике - говорит Валя, - в записной книжке вложена бумажка с номером. Возьмите ее перепишите.

Варя копается в тумбочке соседа, находит красную записную книжку и выдергивает из не торчащую записку. Вытаскивает из сумочки свою ручку и обрывок бумаги.

– Ой...

– Что такое?

– Ручка не пишет. Я ее сейчас. Ну, вот.

Записная книжка с запиской возвращаются на место.

Через неделю я почувствовал себя хуже. Ноги и нижнюю часть тела полностью парализовало. Профессор крутит снимки у глаз, перебирает анализы.

– А ты у нас молодцом...

– Профессор, это уже все?

– Не болтай ерунды.

– Я и не болтаю. Не хочу быть Островским.

– Ты еще молодой, ведь еще восемнадцати нет, правда.

– Мне семнадцать.

– Вот видишь, должен организм справиться.

– Он уже не справиться. Значит второй операции не будет и я останусь недвижим?