Обыкновенные неприятности
Шрифт:
Мужчина разводит руками.
– Ашотыч, но люди которые его слушают, не знают, что он обладает этим даром. Им это нравится, они потрясены. Если это правда, что ты говоришь, я сам не знаю, что с ним делать.
– Ашотыч, - это вступила в разговор женщина.
– Чтобы убедится в правильности твоей теории, нужно отправить его к медикам, пусть выяснят правда это или нет. Если это правда, мы его отчислим, если нет, то будем учить.
– А что, верно говорит Марина, отправим к медикам, - облегченно вздыхает мужчина.
Ашотыч махнул рукой.
– Отправляйте. Все свободны.
Валяюсь на койке в своей комнате в общежитии и перевариваю то, что услышал на прослушивании. Значит я совсем урод, тяжести таскать нельзя, учиться нельзя. Что же делать? В комнату врывается Светка.
– Коля, собирайся быстрей.
– Что ты задумала?
– Коля, давай быстрей, некогда, потом скажу.
Неохотно одеваюсь, Света помогает мне застегнуть рубаху.
– Вот так. Ничего.
– Она прижимается ко мне и целует.
– Теперь пошли. Веди только себя паинькой.
На улице нас ждет такси. Мы забираемся в машину и Светка командует шоферу.
– В Вороний переулок, пожалуйста.
– Куда мы едем?
– шепотом спрашиваю я.
– Сюрприз.
Дверь открывает девушка с огромной копной каштановых волос. Что-то знакомое в ее лице.
– Варя?
– Колька.
И тут она повисла на мне.
– Варька, боже ты мой.
Девушка прижалась ко мне и ласково лупит по спине.
– Колька, черт, ни одного письма, ни одной весточки. Убить тебя мало.
Она отрывается и отпихивает рукой, мешающие ей, волосы за спину.
– Варя, мы тебя поздравляем, - за моей спиной голос подала Света.
– Светочка, здравствуй, радость моя.
Она также обнимает ее.
– Ребята, заходите. Вы не представляете, как я рада.
– Мы тебя поздравляем с днем рождения, - все же заканчивает Света.
– Спасибо, дорогие.
– Она толкает нас в спину.
– Да идите же. У меня там гости.
За столом сидят гости человек десять, в большинстве молодые. При виде Светы, большинство закричали приветствия. Видно ее неплохо знали. Варька представляет меня.
– Это мой самый лучший друг. Звать его Николай, прошу любить и жаловать.
Пожилая женщина встала из-за стола, подошла ко мне и прижала к своей груди.
– Здравствуй, Коля. Очень соболезную в связи со смертью мамы.
Это тетя Маша, мать Варьки. Мы ее в поселке хорошо знали.
– Здравствуйте, тетя Маша. Я поздравляю вас с днем рождения дочки.
– Спасибо, Коля. Идите садитесь.
Нас рассаживают за праздничным столом и веселье продолжается. После второй рюмки, Варя поднялась со своего места.
– Внимание, - шум стих.
– Большое вам спасибо, что пришли поздравить меня, но вот Светочка мне сказала, что Коля приготовила мне особый подарок. Он подарит мне песню. Так, Коля?
Я растеряно гляжу на Свету, та кивает головой.
– Хорошо.
– Я встал, - Я спою. Но только одну, больше не просите.
Последнее замечание вызвало улыбку гостей. И я начал.
– В лунном сиянье...
И пошло, пошло, опять мои грезы ворвались в комнату. Страдание любви застывает в нашей крови, остается плачущее звучание колокольчика, разрывающее тишину надежд.
В комнате тихо. Гости застыли в своих позах. На лице Варьки смесь восхищения и удивления. Ее мама ошалело смотрит на меня. Светка сжала пальцы до белизны. Гости тоже онемели, тишина необыкновенная, но вот кто то из них тяжело вздохнул и тут все взорвались аплодисментами.
– Браво, - орал пьяный парень.
Варька подошла и поцеловала в губы.
– Коля, это самый дорогой для меня подарок. Я не ожидала. Мне Света говорила..., но такого... в первый раз слышу.
Ближайшие гости потянулись ко мне с рюмками и поздравлениями, а мне стало вдруг грустно. Неужели я их тоже загипнотизировал?
У Варьки продолжается веселье. Под магнитофон, часть гостей танцует, кто курит на лестнице, а я вышел на балкон и застыл, глядя на яркие звезды, в пугающей черноте небесного свода.
– Так вот ты где?
– на балкон вышла Варя.
– А где Света?
– На кухне, помогает тете Маше мыть посуду.
– Как у тебя дела, Коля?
– Плохо, Варя. Тот взрыв принес мне много несчастья. Мало того, что я, по- видимому, получил в подарок неизвестное будущее со своим здоровьем, но я еще скоро буду безработным.
– Поподробней не можешь?
– После той трагедии, я уже успел проваляться в больнице второй раз и доктор не обещает мне радужных надежд. А по поводу пения, то похоже меня скоро вышибут из консерватории.
– Почему?
– Преподаватели говорят, что меня учить нельзя, я от этого буду петь хуже.
– Первый раз такое слышу.
– Вот, бывает.
– Света знает об этом?
– Нет.
– Я так и знала. Дурачок ты, Колька. Тебе надо ей все рассказать.
– Не могу.
– Зря.
В балконные дверь просунулась лохматая голова.
– Варя, с трудом тебя разыскал. Пошли танцевать.
– Шурик, отвали, дай поговорить с другом.
Шурик разглядывает меня, как неандертальца.
– Ишь, какой друг. Чуть запел соловьем, так сразу лучшим стал, не то, что мы... быдло.
– Шура, прекрати. За что ты оскорбляешь человека?
– Я оскорбляю? Да таких... таких выскочек давить надо.
– Пошел вон, я тебя видеть не хочу.
Варька подходит к Шурику упирается рукой в его голову и отталкивает в, потом с грохотом захлопывает дверь.
– Ну вот, все хорошее настроение испортил, - расстроилась она.
– Он тебя ревнует.
– Но нельзя же ревновать по свински.
– Смотри, какая ночь.
Мы уставились на звездный купол и тут небосвод прорезала светящаяся полоса и тут же погасла.
– Звездочка, Колька, загадай желание, быстрее.
В моем мозгу брешь, ничего хорошего в голову не пришло, но я соврал.
– Загадал...
– Я тоже.
– Вот вы где? С трудом вас нашла.
На балконе появилась Света.