Чтение онлайн

Стоит заметить, что современники ученого – Э. Морган и Ч. Кларк, в своих рассуждениях были еще ближе к взглядам Дж. Бентама, и утверждали, что подавляющее большинство правил, связанных с доказыванием, должны быть вовсе отменены, а разрешение превалирующей части вопросов следует отнести к судебному усмотрению [100] .

Несмотря на то что детальные положения, регулирующие оценку доказательств, на сегодняшний день в английском праве практически отсутствуют, множество разрозненных норм, закрепленных в законодательстве или сформулированных на уровне прецедентов, прямо или косвенно влияют на оценку доказательств, что не позволяет определить оценку исключительно как мыслительную деятельность за рамками правового регулирования.

Таким образом, проведенный анализ позволяет сформулировать следующее понятие оценки доказательств в английском гражданском процессе – это осуществляемая в ходе доказывания мыслительно-процессуальная деятельность суда и иных участников процесса, направленная на определение относимости, допустимости, достоверности, доказательственного веса и достаточности доказательств в целях установления вероятности существования или отсутствия спорных фактов и разрешения дела в соответствии с применяемым стандартом доказывания.

«Критерий» означает в русском языке «мерило оценки, суждения» [101] . Следует отметить, что английские варианты перевода данного слова (test, measure, standard и прочие) традиционно не употребляются в процессуальной терминологии Англии одновременно по отношению ко всем выделенным ранее в настоящей работе критериям оценки доказательств – относимости, допустимости, достоверности, доказательственному весу и достаточности. Однако причина, скорее, кроется в особенностях юридической терминологии, а не в том, что перечисленные категории не являются именно мерами, на соответствие которым должно быть оценено доказательство.

Исследование института оценки доказательств в английском гражданском процессе требует подробного анализа сформировавшихся в законодательстве Англии и судебной практике правил, регулирующих определение относимости и допустимости доказательств [102] , оценку их доказательственного веса [103] . Данные понятия, рассматриваемые в качестве общих норм, фундамента доказательственного права, как правило, последовательно описываются в английской литературе [104] . Из характерных особенностей англосаксонской правовой семьи в первую очередь небольшого количества кодифицированных актов и значения прецедентов как источников права [105] , проистекает тот факт, что правовые предписания не упорядочены, напротив, они рассредоточены в законодательстве и многочисленных судебных прецедентах.

Классическим в английской доктрине считается определение относимости, сформулированное в XIX в. Дж. Стефеном в работе «Краткое изложение доказательственного права» [106] . По мнению автора, два факта являются относимыми, если один из них, взятый в отдельности, доказывает или воспроизводит существование или отсутствие в прошлом, настоящем или будущем второго факта. Относимость может быть проверена с помощью силлогизма [107] .

Спустя почти столетие правило относимости доказательств Лорд Саймон в деле Director of Public Prosecutions v. Kilbourne изложил следующим образом: «Доказательство является относимым (т. е. логически доказывающим факт), если оно логически подтверждает или опровергает факт, который нуждается в доказывании». Относимое доказательство, cогласно Лорду Саймону, способно оказать влияние на мнение суда о вероятности существования определенного обстоятельства. «Я не буду останавливаться на анализе понятия “логическое обоснование”, – рассуждал судья, – только отмечу, что определение относимости включает в себя значительную опытную составляющую, которая важна не только в праве, но и где бы то ни было. Относимое доказательство (то есть то, которое логически обосновывает или опровергает что-либо) – это доказательство, увеличивающее или уменьшающее вероятность в выводе о существовании или отсутствии обстоятельства, нуждающегося в доказывании» [108] .

В начале XXI в. схожим образом высказался Лорд Стейн в деле R v. Randall, указав, что судья, определяя относимость, должен решить вопрос о том, каким образом доказательство влияет на вывод о вероятности существования устанавливаемого факта – увеличивает ее или уменьшает [109] .

Относимые доказательства могут быть подразделены на те, которые имеют отношение непосредственно к разрешению дела, и другие, используемые с целью доказать какие-либо элементы в предмете [110] . К первым, например, относятся доказательства, содержащиеся в документе или свидетельских показаниях, с помощью которых возможно установить наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию, ко вторым – информация о честности свидетелей или правдивости их показаний [111] . Относимые доказательства второй категории, если рассматривать их отдельно, не способны убедить суд в наличии или отсутствии каких-либо обстоятельств, однако они выполняют вспомогательную роль в процессе установления главных фактов.

Дж. Теер утверждал, что суть понятия относимости доказательств можно выразить в следующих основополагающих принципах: во-первых, любая информация, которая не имеет логической связи с обстоятельствами дела, не должна признаваться судом относимым доказательством; во-вторых, любая информация, которая такую связь имеет, может быть признана относимой, если закон не предусматривает иное [112] . Вместе с тем, по мнению ученого, определение относимости является предметом логики, право не может вмешиваться в законы логики [113] .

Как поясняет В. Твайнинг, в данном случае логическая сторона относимости проявляется не только в необходимости следовать логическим законам, которым посвящен отдельный раздел философии, но и в способе мышления суда и лиц, участвующих в деле, на основе сформировавшихся у них ранее убеждений и обобщений – то, что в английской праве принято называть «здравым смыслом» (common sense) [114] . Автор предостерегает от буквального толкования, на первый взгляд, категоричных суждений Дж. Теера. Предполагается, что акцент на логической стороне относимости преимущественно делается для того, чтобы продемонстрировать – данное понятие следует рассматривать не только в правовом измерении. Категория относимости, так или иначе, подвергается правовому регулированию, что в первую очередь проявляется в наличии правового определения относимости доказательств. Однако потребность в обращении к логике и «здравому смыслу» возникает в тот момент, когда на основе правового определения, требуется непосредственно установить относимость какого-либо доказательства к обстоятельствам дела. Иными словами, метод мышления (курсив мой. – В.Р.), к которому надлежит прибегнуть, разрешая вопрос об относимости того или иного факта, не поддается регулированию правовыми нормами [115] .

Дж. Вигмор, критикуя теоретические взгляды Дж. Теера, утверждал, что относимость является прежде всего правовой категорией. В подтверждение данной позиции ученым приводились следующие два аргумента: 1. Для того чтобы информация была признана относимой в юридическом контексте, требования к ее доказательственной ценности должны быть значительно выше, чем требования, которые предъявлялись бы к доказательственной ценности данной информации при установлении аналогичных обстоятельств вне судебного разбирательства. Необходима так называемая добавочная доказательственная ценность, которая препятствует возникновению ситуации, при которой присяжные (или судья. – В.Р.) будут довольствоваться и считать достаточной малозначительную информацию [116] ; 2. При решении вопроса об относимости того или иного доказательства во многих случаях судьи связаны существующими прецедентами. «До тех пор, пока суды продолжат высказываться о содержании понятия относимости, будет увеличиваться и количество правовых позиций, которые следует учитывать» [117] .

Свой второй аргумент Дж. Вигмор иллюстрирует решением по делу State v. La Page [118] , в котором указывается, что вопрос относимости тех или иных доказательств к обстоятельствам конкретных споров столько раз становился предметом обсуждения судов различных инстанций, что говорить о правовом регулировании определения относимости вполне оправданно [119] .

Обращает на себя внимание то, что Дж. Вигмор, как следует из изложенного, отмечал значение прецедентов в раскрытии правового содержания критерия относимости, однако сам являлся критиком прецедентного регулирования данного вопроса. По его мнению, поскольку информация, для того, чтобы соответствовать критерию относимости в юридическом значении, должна обладать «добавочной доказательственной ценностью», суду надлежит противопоставить: с одной стороны – доказательство, вопрос об относимости которого разрешается, с другой – временные и иные ресурсы суда, которые необходимо потратить на получение и исследование доказательства, возможные риски, связанные с тем, что данное доказательство способно ввести присяжных в заблуждение, и пр. Учитывая сказанное, оценка доказательственной силы и, как следствие, относимости доказательства в правовом смысле сильно обусловлено обстоятельствами конкретного дела. Таким образом, сложно представить, как судебное решение по одному спору способно повлиять на оценку относимости доказательств в другом деле [120] .