Чтение онлайн

Таким образом, определение относимости доказательства требует от суда не только осуществление мыслительной операции по установлению логической связи между доказательством и обстоятельствами спорного дела. Помимо простой логической связи необходимо выявить связь, которая может быть охарактеризована как непосредственно логико-правовая – потенциальную доказательственную ценность данного доказательства по отношению к обстоятельствам спора, т. е. наличие того, что Дж. Вигмор называл «добавочной доказательственной ценностью». В данном случае не подразумевается определение окончательного доказательственного веса, речь идет, как представляется, об установлении возможности того, что в дальнейшем данному доказательству может быть придан определенный доказательственный вес. Тем не менее отмечается, что оценка относимости доказательства находится в прямой зависимости от оценки его доказательственного веса [121] .

Нельзя не согласиться и со вторым тезисом Дж. Вигмора. Действительно, несмотря на то, что прецеденты не предустанавливают относимость конкретных доказательств при доказывании тех или иных фактов [122] , судебная практика придает деятельности по оценке относимости содержание, которое выходит за рамки определения простой логической связи. Так, в деле Veron v. Bosley Лорд Хофман указал, что идея правовой относимости включает, в том числе необходимость учитывать соотношение доказательственной деятельности стороны по спору с публичными и частными интересами [123] . Например, в любом процессе интересом государства и процессуальных оппонентов является уменьшение срока рассмотрения дела и судебных издержек. Судья, защищая указанные интересы, должен признать неотносимыми доказательства, представленные в обоснование фактов, которые, возможно, и имеют потенциальную относимость, но не в той степени, которая способна оправдать временные и финансовые затраты, требуемые для их исследования [124] .

Отмечается, что если бы решение вопроса об относимости сводилось исключительно к осуществлению логической операции (установлению наличия или отсутствия логической связи), то в правовом употреблении отсутствовали бы такие выражения, как «не очень относимый» (“not very relevant”) или «незначительно относимый» (“marginal relevant”), которые могут использоваться не в завершении процесса оценки, но на пути к окончательному выводу об относимости того или иного доказательства. Следует учитывать, окончательная оценка относимости доказательства сводится только к двум возможным выводам – доказательство либо относимо, либо нет. Вместе с тем до момента окончательной оценки относимость одного доказательства может пребывать в зависимости от определения относимости другого доказательства. В связи с этим используется понятие «условная относимость» (“conditional relevance”) – доказательство принимается как относимое, однако, если связанное с ним доказательство в итоге не будет признано относимым, первое также не учитывается судом при установлении доказанности спорных фактов [125] .

Адвокаты в заключительной речи подчеркивают относимость представленных доказательств с целью убедить суд в необходимости прийти на их основе к определенным выводам [126] .

При оценке относимости доказательств судами учитывается не только их потенциальный доказательственный вес, но и иные факторы: например, как данное доказательство согласуется с другими доказательствами по делу; приведет ли его приобщение к необоснованному затягиванию процесса; представляется ли доказательство с целью затягивания процесса и пр. [127]

В литературе можно встретить критику широкого понимания относимости и выделения понятия «правовая относимость», поскольку содержание последнего понятия точно установить невозможно. Негативным образом оценивается и возможность прецедентного регулирования относимости, поскольку в таком случае какое-либо доказательство, имеющее логическую связь с обстоятельствами спора, будет тем не менее признаваться неотносимым, пока прецедент не установит его относимость [128] .

Специфика подхода английских судов к определению относимости доказательств проявляется в разрешении вопроса об относимости так называемых схожих фактов (similar facts) [129] – фактов аналогичных тому, который должен быть установлен при разрешении спора [130] . Как указал Лорд Филлипс, вопрос схожих фактов чаще рассматривается в уголовных делах, нежели в гражданских [131] . В то же время и в гражданском процессе стороны могут попытаться прибегнуть к помощи схожих фактов.

В деле Helcombe v. Hewson истец, владелец паба, отказался закупать пиво у ответчика, пивовара, чем нарушил соглашение, существовавшее между ними. Причиной отказа стало низкое качество поставляемого товара. Ответчик в целях обоснования того, что он производит продукт высокого качества, просил суд вызвать в качестве свидетелей других владельцев пабов, которые могли бы подтвердить, что ранее ответчик поставлял им напиток высокого качества. Суд признал подобные свидетельские показания неотносимым доказательством, указав на то, что отношения между ответчиком и другими владельцами пабов, имевшие место ранее, не могут способствовать установлению качества пива, поставленного истцу. Как высказался Лорд Эленбороу: «Суд в данном случае не должен устанавливать качество пива, поставленного другим покупателям. Конкретное соглашение было заключено между истцом и ответчиком, а не между истцом и другими лицами» [132] .

В другом гражданско-правовом споре Holligham v. Head ответчик, покупатель, стремясь доказать достигнутое между ним и истцом соглашение о цене товара, ссылался на договоры, заключенные истцом с другими контрагентами, которые содержали аналогичное условие о цене. В то же время договоры, заключенные истцом с другими покупателями, были признаны судом неотносимыми доказательствами, поскольку они не способны однозначно привести к обоснованному выводу о том, какое условие о цене содержалось в договоре между истцом и ответчиком [133] .

Как в первом, так и во втором случае суд пришел к выводу об отсутствии относимости представленных доказательств, поскольку их доказательственная сила по отношению к установлению обстоятельств дела недостаточна, и они не относятся к фактам, входящим в предмет доказывания.

Однако не во всех случаях схожий факт признается неотносимым доказательством. Так, в деле Mood Music Publishing Co Ltd v. De Wolfe Ltd требования к ответчику было предъявлено на основании того, что последний нарушил авторские права истца. Ответчик признавал, что произведения искусства, созданные им и истцом, похожи, однако возражал: причина схожести – обычное совпадение. Суд апелляционной инстанции указал, что в данном случае будет являться относимым факт того, что ответчик ранее нарушал авторские права третьих лиц и, следовательно, необходимо признать относимыми доказательства, подтверждающие указанный факт [134] .

В решении по делу O’Brien v. Chief Constable of South Wales Police установлено – чтобы схожий факт был признан относимым, он должен соответствовать двум критериям: иметь доказательственное значение и признание судом данного факта относимым не должно вступать в противоречие с принципом справедливого руководства процессом (fair case management). По словам Лорда Карсвела: «Когда суд разрешает вопрос о приобщении доказательства, подтверждающего схожий факт, он должен в первую очередь определить, какое отношение имеет данный факт к обстоятельствам рассматриваемого дела. Вторым шагом следует ответить на вопрос, не будет ли иметь место, в случае доказывания схожего факта, затягивание процесса и увеличение судебных издержек» [135] .

Таким образом, вопрос об относимости схожих фактов в каждом конкретном деле разрешается исходя из потенциальной доказательственной силы схожего факта, обстоятельств дела и принципа справедливого руководства процессом. Кроме того, как отмечает Н. Эндрюс, информация о поведении лица, которая не имеет непосредственной связи с обстоятельствами дела, может быть рассмотрена судом и в целях проверки достоверности других доказательств [136] .

Возможно предположить, что в российском суде информация о том, что ответчик ранее нарушал авторские права третьих лиц (как в деле Mood Music Publishing Co Ltd v. De Wolfe Ltd) или информация об ином схожем факте, вероятнее всего, была бы признана неотносимым доказательством и точно не была бы положена в основу решения. Однако в данном случае причина различной оценки, как представляется, кроется не в разном наполнении понятия относимости, а в особенностях правоприменительной практики в целом и определения предмета доказывания в частности.