Чтение онлайн

Ворон сказал, чтобы я, по возможности, не оставалась одна. Увы, но до вечера мне ничье общество не грозит: родители в деревне у деда с бабушкой картошку сажают, сестра в свадебном путешествии под жарким солнцем... не помню, какой именно страны. Когда вернутся домой родители, я не знаю. А животных мы не держим: у мамы аллергия на шерсть. Из этого следует, что несколько часов я проведу в полном одиночестве. Может, в гости позвать девчонок из группы? Особо близких друзей у меня нет, а, если честно, то друзей у меня нет вообще, общительной меня нельзя назвать даже с натяжкой. Я вдруг поймала себя на том, что пытаюсь лихорадочно сообразить, кто из моего окружения может быть черным магом. После разговора с Вороном у меня, кажется, начинается паранойя. Да и не хочется никого видеть, как не хочется говорить или делать что-то. Вот и хорошо, вот и славно, последую совету Ворона: приму душ и лягу спать, а ночью сяду у окна в кухне, и буду смотреть на звезды. Вот только, боюсь, мысли мои на этот раз будут окрашены совсем не в розовый цвет.

Однако планам моим не суждено было сбыться.

Включив свет в прихожей, я вдруг поняла, что не одна в квартире. В воздухе висел слишком сладкий аромат духов, от которого немедленно закружилась голова. Модный парфюм, моя сестра его просто обожает, обливается с ног до головы, а я в это время громко чихаю. И Аня капризно надувает умело подкрашенные губы и говорит, что я ничего в жизни не понимаю. Сегодня утром я окончательно убедилась, что так оно и есть. Еще я успела подумать, что мир не всегда то, чем кажется, а потом сделала шаг по направлению к кухне и неуклюже растянулась на полу, споткнувшись о какой-то странный предмет, которого - я уверена - ночью тут не было. Приняв вертикальное положение, я смогла рассмотреть коварную штуковину. Ей оказалась ярко-розовая босоножка на элегантной шпильке с кокетливым бантиком. Потирая ушибленные колени, я оглядела прихожую в поисках пары коварной штуковины, но розовая босоножка, казалось, существовала в единственном экземпляре. Так, похоже, Аня дома, причем одна, без мужа, потому как мужских ботинок в прихожей не было. Ну не в уличной же обуви топать по ковру! И что так рано? За плотно прикрытой дверью в кухню послышались нетвердые шаги. Я облизнула губы, отставила босоножку в сторону и на цыпочках прокралась в спальню, чтобы переодеться. Аня знает, что утром меня не было дома, поэтому нужно срочно придумать правдоподобное объяснение разбитой вазе и своему отсутствию. Но на внешнем виде она меня точно не подловит!

Натянув джинсы и трикотажную кофту, я двинулась на кухню. Так ничего и не придумав, я приоткрыла створку и сунула нос в кухню. Увиденное заставило меня забыть и о необходимости что-то соврать, и о ноющем виске. Аня стояла у распахнутого окна, пила вино прямо из бутылки. На подоконнике лежала разломанная на кусочки шоколадка. Так, вчера вечером ее в холодильнике не было, то есть с магической точки зрения она безопасна. Тем временем Аня поняла, что не одна в кухне и обернулась ко мне, и мне пришлось очень постараться, чтобы не измениться в лице. Такой я сестру никогда не видела! Косметика размазалась по лицу, волосы небрежно стянуты в хвост, платье измято, от подола оторван кусок ткани. И, похоже, этот кусок она раздраженно накручивает на палец, при этом, не выпуская полупустую бутылку из рук. Вторая опустошенная бутылка валялась под столом.

– О! Дарка вернулась!
– выкрикнула она, приветственно всплеснув руками, и шагнула ко мне, но тут же начала падать. Ей пришлось схватиться за холодильник, чтобы удержаться на ногах.
– А где ты была? И не вздумай врать, я знаю, что тебя с семи утра нет!

Я, прекрасно понимая, что рассказ о попытке злого колдуна отнять мое тело и о спасшем меня маге со странными друзьями, непривычным именем и, предположительно, темным прошлым даст ей лишний повод поупражняться в остроумии, брякнула первое, что пришло в голову:

– За хлебом ходила, - я сделала честные глаза и в мнимом недоумении пожала плечами. И запоздало вспомнила, что в семь утра ни одна из ближайших к дому торговых точек не работает. Что делать, менять легенду уже поздно, но теперь надо придать ей налет правдоподобия, - вчера не ела весь день, проснулась около шести от зверского голода, решила сбегать в круглосуточный.

– А-а, понятно, - сочувственно протянула Аня и сделала большой глоток из бутылки.

– Вчера электричества с утра не было, - продолжила врать я - жара, все продукты испортились. Вот, думала, хоть хлеба купить, а в круглосуточном учет... А ты почему так рано вернулась? И без Павла...

Павлом звали новоиспеченного мужа моей сестры. Лощеный красавец с машиной, квартирой и блестящими карьерными перспективами, одним словом, тип с глянцевой обложки. Мне, почему-то, никогда не нравился. Однако Аня его любит, поэтому свое мнение, да и свою настороженность приходиться держать при себе.

– Все они сволочи, Дарка!
– выкрикнула Аня и вновь приложилась к бутылке, по щекам ее потекли слезы - не забывай об этом, если соберешься замуж... или просто влюбишься.

Аня всхлипнула и посмотрела на меня взглядом незаслуженно обиженной собаки, так, что мне захотелось расцарапать самодовольную рожу этого (воздержусь от непарламентских выражений) Павла, а потом сварить кастрюлю какой-нибудь неотстирываемой гадости и выплеснуть тому на модный дорогущий костюм.

– Ой, Дарка, что же теперь будет?!
– всхлипнула Аня, вытирая глаза тыльной стороной ладони, - Паша... он не любит меня. И, кажется, никогда не любил...

Я порывисто шагнула вперед и обняла сестру. Не знаю, что говорят в таких случаях, да и нужны ли слова вообще.

– Он сказал мне, что не любит...
– плакала Аня, крепко вцепившись в мои плечи, - когда... когда... Ой, больно!

Она отпрянула назад, уронила бутылку и со страшным хрипом осела на пол.

– Ань, ты чего?
– я склонилась над сестрой и увидела, как в одночасье почернел ее рот и мутную полоску белка меж неплотно прикрытыми веками.
– Аня!

Я, чувствуя, как ноги превращаются в манную кашу, изо всех сил потрясла сестру за плечи и, поняв, что ничего тряской не добьюсь, опрометью бросилась из квартиры на лестничную клетку. Только б Валера был дома! Забыв про звонок, я отчаянно колотила в дверь соседа. В ответ раздался нервный песий лай, и тяжелые шаги прогрохотали по полу. В тот же миг дверь распахнулась так, что, не успей я отскочить, меня бы впечатало в стену. На пороге появился всколоченный Валера с горящим взором и сжатыми кулаками, однако, увидев меня, вмиг успокоился и, коротко цыкнув на Шерлока, привалился к дверному косяку.

– А, Дара. Я уж решил, что опять коробейники промышляют. Вот, чем хочешь, клянусь: увижу еще одну дуру с чудодейственным китайским средством от перхоти или магическими тапками от кариеса - живьем в мусоропроводе закопаю, - и сосед выразительно хрустнул пальцами.
– Шастает тут одна, симпатичная, конечно, но приставучая что жвачка на самом неожиданном месте. Ты девочка неглупая, поймешь, какое именно место я имею в виду. А ты-то, кстати, почему в такую рань соскочила? Сестра разбудила?

Я отметила краешком сознания, что Валера знает о возвращении Ани, но мне было не до выяснения источника осведомленности соседа.

– Мне нужна помощь!
– выпалила я и вцепилась в заляпанную кетчупом майку соседа - Там...

Валера мигом посерьезнел и внимательно уставился на меня.

– Ты какая-то... Даже словами описать не могу какая. Тебе плохо, да?

Отвечать я не стала, а еще крепче вцепилась в его майку и, остервенело шипя, как рассерженная кошка, потащила его в свою квартиру.

– Ты чего, Дарка?!
– от удивления Валера даже не пытался сопротивляться, он только смотрел на меня круглыми непонимающими глазами, и мысль о том, что он может попросту отшвырнуть ополоумевшую соседку и спастись бегством, не приходила ему в голову.

Я, запыхавшись и молясь, чтобы не было слишком поздно, втащила-таки соседа в кухню и жестом указала на лежащую без сознания сестру. Надо отдать должное Валере: врач по призванию, он мгновенно оценил ситуацию и склонился над Аней. А я, прижав к груди руки, прислонилась к стене и боялась пошевелиться.