Чтение онлайн

Карина фыркнула.

– Вообще-то этот придурок, когда я его в прошлый раз видела, был вполне себе человеком. Да и нам-то с девчонками вампир не страшен. Хотя соглашусь, он занудный. Но как только он выпьет коньяка полуторную норму, то сразу уснет, и он уже близок к этому. А Мишка если за юбку зацепится, то его и вовсе видно не будет. А он уже зацепился… Но вот зачем вы, Ляля, впустили к себе оборотня новообращенного? Эти-то ребята опасны.

– Ой, он забавный, этот оборотень, - отмахнулась Ляля.
– Представляешь, он пришел с человеком!

Глава 25. Саня пошел вразнос

– Сане дайте, пускай он открывает, - скомандовала самая трезвая из гостий Ляли, отбирая бутылку шампанского у другой гостьи, а может и у самой Ляли.

– А чего это?
– пробормотала та, у которой отбирали бутылку шампанского в Новый Год!
– Я и сама могу.

– Да ничего! Вдруг повеселеет, надоело уже на его кислую рожу смотреть! А ведь договаривались же, что девичник будет!

– А где эти самые мальчишки? Почему тут только Саня?

– Одного из них Марго куда-то увела.

– О, это надолго. А другие двое где?

– Оборотень куда-то увел своего человека. Наверное съесть собирается.

– Да никакой он не его. Вы что, Ала не знаете? Это он куда-то ушел со своим оборотнем.

– Ага, оборотень что-то делает с человеком, леший с нашей ведьмой шуры-муры крутит. А нам на всех остался один вампир.

– Да тише вы, - шикнула Карина.
– Он кажется ни о чем не догадывается.

– Что, правда что ли? А я-то думаю, чего он такой… человечный что ли.

Девчонки захохотали на разные голоса.

– Саня, так ты откроешь бутылку?
– спросила Ляля, подойдя ближе.

Саня с той самой кислой рожей преспокойненько сидел в уголке у телевизора и смотрел новогоднее выступление президента, а возможно и слушал тоже. Сидел он в уголке пристыженно, и даже возможно обиженно, правда на коленях его была тарелка с куриными косточками, поэтому обижен он был не очень сильно. А что такое стыд он вообще никогда не знал.

К разговору девчонок он не прислушивался, ведь в это время президент рассказывал что-то именно про Санино будущее, и расчувствовавшийся парень, из левого глаза пуская слезу за слезой, бормотал слова согласия, и так и норовил чокнуться с телевизором. Только вот, так как в правой руке у него была последняя куриная голень а не рюмка или хотя бы фужер, он уже порядком заляпал весь экран. Президент на это не обращал внимания, и продолжал рассказывать Сане, как у него все хорошо, и обещать, что будет еще лучше.

– Саня! Очнись!
– заверещали девчонки, все разом подобравшись к человечному вампиру поближе.
– Открой нам шампанское.

– Да я бы сама открыла, - донесся недовольный голос со стороны стола.

Саня от этих громогласных криков вздрогнул так, что часть куриных костей Ляля потом находила еще полгода за шкафами и на антресолях, и одну даже отыскала под кроватью в другой комнате. Он дернулся прочь и, встретив стену, рухнул рядом с телевизором бездыханным телом. Прямо под елку, по случаю наличия пары тройки кошек подвешенную вверх ногами к потолку. Самый наглый кот этим тотчас воспользовался и, запрыгнув на Саню, попытался залезть на елку.

– Ишь разлегся!
– пропищал самый тоненький голосок.
– Я его сейчас быстро приведу в чувства! А то нашел тут склеп для своего возлежания.

Девичьи пальчики, как показалось Сане, были повсюду, и отчего-то напомнили о разбегающихся от включенного света тараканах у него на кухне на съемной квартире, в одной из прошлых жизней. Виной тому, скорее всего, было переедание, или быть может речь президента. Но уж точно не полторы бутылки коньяка, записанные лично на его счет, и запитые сдуру газировкой. Саня, пусть и привыкший к таким соседям, от их лапоприкладства, завизжал так, что собаки соседних деревень до самого старого Нового Года перегавкивались. Еще бы, голос у Сани ого-го и никакое вампирское преображение не сможет этого изменить!

«Бздынь» оборвало крик. А потом еще послышалось «Псш-ш-ш».

Густая пена шампанского разлилась по полу.

– Между прочим это была единственная бутылка шампанского, - ровным холодным голосом возвестила Ляля.
– Все эти дурни принесли с собой что угодно, но не шампанское. Будто не к женщинам собирались.

– А чего он так завопил?
– оправдывающимся голосом запричитала девица.

– Он еще и не так может, - успокоила ее Карина.

А вдалеке кто-то стрелял из автомата и взрывал бомбы. И дом, кажется, уже окружали. Как жалко так нелепо погибнуть, да еще и совсем молодым. А потом сознание Сани и вовсе померкло.

– А может все-таки не надо?
– один голосок послышался справа.

– Надо! Обязательно надо ему отомстить за разбитую бутылку!
– другой голосок слышался слева.

– Но он, же не специально!
– встал на защиту Сани первый голос.

– Ты еще вспомни, что это было по твоей вине… - увещевал второй голос.

– Ладно, уговорила, но на мой взгляд это перебор.

– Можешь ему потом сказать, что это была моя идея, а ты была против.

– Это и была твоя идея!
– возмутилась первая.
– А я против.

– Тогда можешь сказать, что я тебя заставила. Хотя лучше вообще сделай вид, что очень удивлена.

– Я бы так и сделала, да уже поздно, он кажется приходит в себя.

– Тогда тихо.

Рядом кто-то завозился, захихикал и зашикал на несколько голосов. И было не пошевелить ни рукой, ни ногой. Все-таки его взяли почти без боя. А ведь перестрелка начиналась с весомым преимуществом на их стороне. Да и к ним на подмогу только что прибыла подводная лодка, и как только она приземлилась…

Стоп! Какая подводная лодка? Это же был авианосец с целой эскадрой на борту! И три роты голубых беретов!

– Саня?
– позвал знакомый женский голос.
– Ты как?

– Я?
– прохрипел он в ответ.
– Я ничего вам не скажу. Можете меня пристрелить.

После этого все зашушукались и, судя по звуку шагов, удалились из пыточной. Лязгнул засов на двери, где-то в соседней камере на всю громкость включили проигрыватель. Явно же чтобы заглушить крики. Вот и первые удары. И смех истязателей. Но Саня не сдастся, он будет молчать как партизан. И с этими мыслями он заснул.

И снилось ему, что его куда-то несут. Потом положили на землю, конечно на землю, а иначе разве впивалось бы что-то в спину и в бок. Наверное это корни деревьев или камни. Потом его вновь подняли и потащили. Опять положили куда-то. Точно, в яму. Его решили прикопать тут, в лесу. Может он уже умер?

Саня попытался приподнять голову, но у него ничего толком не получилось.

– Лежи-лежи, мы еще не закончили.

Значит, еще живой, но видимо не надолго. Сейчас они его убьют и закопают. Может и хорошо. А то что-то устал он от забот, которые свалились на его голову. Что за заботы он не помнил, но все же.