Чтение онлайн

Штарк неуверенно взял кости, бросил. Выпало две двойки.

— О! «Двойной дубль»! — объявил Сайтама. — Редко выпадает. Ты выиграл. Ладно, иди гладь Камешка.

Штарк, слегка ошарашенный, опустился на корточки и начал неуклюже чесать пса за ухом. Камешку понравилось. Сайтама кинул кости еще раз. Игра продолжалась. Штарк проигрывал с завидным постоянством («Кривая удача у тебя, Штарк»), и вскоре его обязанностью стало не только гладить Камешка, но и приносить Сайтаме воду, поправлять затухшую свечу и выслушивать краткие лекции о преимуществах распродаж в воскресенье. К удивлению самого себя, Штарк не злился. Было даже… спокойно. И Камешку хорошо.

Утро началось с визита к фрау Гретхен. Плащ Сайтамы был почищен, подшит, но сохранил свой поношенный вид и капюшон. Сайтама тут же накинул его поверх комбинезона с видом человека, вернувшего себе часть души. Фрау Гретхен смотрела на это с выражением профессиональной скорби, но промолчала. «Практичность», — вздохнула она про себя.

Задача Фрирен была следующей: узнать о демонах Повелителя Теней и возможных кристаллах Тьмы. Естественно, направились в гильдию магов Лангенфельда — скромное здание с вывеской в виде свитка и звезды.

Внутри царила типичная бюрократическая атмосфера: запах пергамента, пыли и легкого раздражения. Молодой клерк за конторкой едва поднял глаза.

— Да? Заявления на регистрацию магических артефактов — форма 7Б. Жалобы на неконтролируемые выбросы маны — к старшему инспектору Малвину. Поиск пропавших компонентов…

— Нам нужна информация, — четко прервала его Фрирен. — О деятельности демонических культов, связанных с Повелителем Теней. В частности, об использовании кристаллов Тьмы.

Клерк зевнул.

— Культы? Да полно их. «Пламя Асмодея», «Когти Бельзенбуба», «Общество Любителей Темного Пива»… Шучу про последнее. Но про Повелителя Теней… слышно мало. Тихие они. Подпольные. Кристаллы Тьмы? — Он почесал пером за ухом. — Это же легендарные штуки, почти миф. Говорят, они могут погасить источник маны или осквернить святое место. Но где их искать… — Он пожал плечами. — Попробуйте в архивах. Третий этаж, комната 12. Там старый Гарольд копается в пыльных фолиантах. Только он… своеобразный.

Комната 12 напоминала лабиринт из стеллажей, заваленных книгами и свитками. Воздух был густым от пыли. Посреди этого хаоса, на шатком стуле, сидел худой старичок с копной седых волос и очками на кончике носа. Он что-то бормотал себе под нос, листая огромный фолиант.

— Магистр Гарольд? — громко произнесла Фрирен, стараясь перекричать пыль.

Старик вздрогнул, очки едва не упали.

— Кто? А? Информация? Да, да, ко мне! Что интересует? Родословная гномьих королей? Рецепт зелья от перхоти дракона? Или, — он понизил голос до шепота, — может, про Лысого Спасителя?

Фрирен на мгновение остолбенела. Штарк подавил смешок. Сайтама просто поднял бровь.

— Лысого… Спасителя? — переспросила Фрирен.

— Ага! — Старик оживился. — Слухи ходят! Появился ниоткуда! Чихнул — туман развеял! Тыкнул пальцем — валун испарил! Псом управляет, который на самом деле дух гор! И камешками демонов разбивает! Сила неведомая! Говорят, он послан, чтобы очистить земли от скверны! — Гарольд таинственно подмигнул. — Интересуетесь демонами? Так он же их главный враг! Ищите его — найдете и демонов! И кристаллы ихние!

Фрирен закрыла глаза, делая глубокий вдох. Штарк покраснел от натуги, сдерживая хохот. Сайтама посмотрел на старика с искренним недоумением:

— Камешками? Ну, один раз было… И дух гор? Камешек — он просто глупый пес. Туалет во дворе ищет.

Старик Гарольд разочарованно сморщился:

— Пес? Обычный? Ну… может, замаскированный? А насчет силы? Говорят, тыкнул медведя — и тот испарился!

— Был такой случай, — подтвердил Сайтама. — Хотел тушенку сделать, а он весь исчез. Одни клыки остались. Обидно.

Гарольд уставился на него, его энтузиазм слегка поугас. Фрирен быстро вернула разговор в нужное русло:

— Магистр Гарольд, мы ищем конкретные данные: места возможной активности культа Повелителя Теней, упоминания о кристаллах Тьмы в исторических хрониках или отчетах о стычках.

Старик, немного охладев к теме «Лысого Спасителя», все же полез в завалы. Через полчаса копаний он извлек потрепанный свиток.

— Вот! Отчет патруля десятилетней давности. Говорилось о подозрительной активности в старых шахтах к северо-востоку отсюда, у подножия Пика Седого Ворона. Нашли странные символы — похожи на знаки Теневого Круга. И упоминание… «черного камня, что пожирал свет факелов». Больше ничего.

Пик Седого Ворона. Фрирен запомнила название. Это было хоть что-то.

— Благодарю вас, магистр, — сказала она, беря свиток.

Выходя из гильдии, Штарк не выдержал и фыркнул:

— «Лысый Спаситель»! И дух гор Камешек! Вот это слухи!

— Главное, что кристаллы, оказывается, «пожирают свет», — заметила Ферн практично. — Полезно знать.

— А мне понравилось про камешки, — сказал Сайтама, засунув руки в карманы комбинезона. — Звучит… экономно. Не надо меч чистить. Но тушенка все равно лучше. Идемте, пока фрау Хильда ужин не подала. А то опять миска «на каждого», а вы не справляетесь.

Они пошли по улице, Сайтама в своем привычном желтом комбинезоне и подлатанном плаще, Фрирен в новой накидке, размышляя о шахтах и «камнях, пожирающих свет». Штарк шел рядом с Сайтамой, готовый в любой момент напомнить об аккуратности, но пока просто улыбаясь абсурдности только что услышанного. Легенда о «Лысом Чудовище» обрастала новыми, невероятными, но почему-то очень живучими подробностями.

Утро в «Спящем Единороге» началось с плотного завтрака, во время которого Сайтама продемонстрировал мастерство нового уровня: он аккуратно, пальцем, вдавил выпирающий гвоздь в столешницу, не оставив и вмятины, а затем поймал три выскользнувшие из рук Штарка медные монеты, прежде чем они грохнулись на пол. Фрау Хильда, наблюдая за этим, лишь хмыкнула: «Чистоплотный мужик. Ценю».

Дорога на северо-восток, к подножию Пика Седого Ворона, вилась среди предгорий. Воздух становился прохладнее, сосны плотнее. Фрирен шла впереди, ее новая сапфировая накидка мягко колыхалась на ветру, а пальцы время от времени перебирали страницы гримуара — она сверяла местность с описаниями из отчета патруля и своих собственных, куда более древних, записей.