Однажды, однажды, может быть
Шрифт:
– Несомненно, оживлённее.
Джейн обвела взглядом зал, заполненный молодыми парочками и семьями с маленькими детьми.
– У меня такое ощущение, что все люди по соседству одновременно решили завести детей.
– Помнишь, когда мы сюда только переехали?
– Здесь были лишь студентки-лесбиянки в удобной обуви, - вздохнула Джейн.
– И старики.
– Ты ведь не думаешь, что он когда-нибудь изменится?
– Ты имеешь в виду, превратится в район с по-настоящему хорошими ресторанами?
– И магазинами, в которых продают настоящие украшения, а не хэнд-мейд?
– Боже, надеюсь, нет. Не могу представить. Вы с Джеймсом уже были здесь?
– Нет... ещё нет.
– А в китайском ресторане?
– Неа.
– А куда вы, ребята, вообще ходите?
Мне уже приходило в голову, что мы нигде не бываем, по крайней мере, не ходим никуда на ужин. Обычно мы ходим туда, где продают кубинский кофе, за острым эспрессо, и в закусочную на углу, в которой пахнет прогорклым жиром. А потом в постель.
– Мы в основном заказываем еду на дом. Суши, - добавила я, словно он мог бы получить дополнительные очки за это.
– Кстати, он пойдёт со мной на свадьбу Кэти.
– Да? Здорово!
Я лишь слегка приукрасила разговор, который был у меня с Джеймсом, когда я попросила его пойти со мной на свадьбу Кэти Финнеган:
ДЖЕЙМС (изучает сценарий, рассеянный): Оу, так мило.
ФРЭННИ (с надеждой): Так... да?
ДЖЕЙМС: Хорошо, я попробую. Проверю своё расписание.
ФРЭННИ: Там будут мои любимые кузины. Мы по-настоящему близки. Они очень весёлые.
ДЖЕЙМС: Да?
ФРЭННИ: Ага, они просто... сумасшедшие... и... ахах, ахах (смеётся, словно вспомнила что-то по-настоящему смешное), очень весёлые. Сейчас мне ничего...э ... не приходит в голову.... Это сложно описать. Но поверь мне на слово.
ДЖЕЙМС: Хорошо, как я уже сказал (встаёт, гладит её по голове), если я не буду занят тогда.
ФРЭННИ: Значит, может быть?
ДЖЕЙМС (выходит, возможно, чтобы покурить): Да, детка.
– Он идёт... наверное... да. Если не работает.
– Он идёт или, возможно, идёт?
– спросила Джейн, сузив глаза.
– Джейн, он же снимается в фильме.
– А что люди, которые снимаются в фильмах, не ходят на свадьбы?
– Люди, которые снимаются в фильме, снимаются.
– Хорошо, я пойду с тобой, если что-то произойдёт со Старым Шарфом. Я всегда получаю удовольствие от приколов Финнеган.
– Джейн, нет, пожалуйста. Он не всегда носит шарф.
– Всегда. Я видела его.
– Один раз. Ты видела его всего лишь один раз, когда мы репетировали.
– Я нутром чувствую.
– Нельзя давать ему прозвища. Он живой человек, а не объект для шуток.
– Это ты мне будешь рассказывать? Только живой человек будет пытаться обменяться рукопожатием с ногой моей лучшей подруги.
– Джейн, ты всё коверкаешь. Это было очень романтично, и...
К счастью, прибыл наш дымящийся горшочек со светло-жёлтым расплавленным сыром с вкраплениями зелёного чили.
– Послушай, - сказала она, опуская чипсы в сливочные глубины.
– Это ты тут у нас человек с новой личностью. А я всё та же старая добрая Джейн.
– Выпьем за это, - сказала я. И наши посыпанные солью бокалы с маргаритой со звоном встретились.
19
У вас три сообщения.
БИИИП
Фрэнсис, это твой отец. Я возобновил подписку на "Нью-Йоркер". Ещё, я не хочу надоедать, но позвони мне по поводу свадьбы. Ты поедешь на поезде? Мы начали читать "Преступление и наказание" на этой неделе, как ты знаешь, одну из моих любимых книг. Перечитай её, если тебе нужно напоминание, что всё может быть ещё хуже. Ты не в тюрьме, всего лишь в шоу-бизнесе.
БИИИП
Здравствуйте, сообщение для Фрэнсис Бэнкс. Я звоню из "Временных секретарей". Мы изучили ваше резюме, и сожалеем, но в этот раз мы не можем устроить вас. Кажется, у вас нет необходимых офисных навыков, к тому же мы не принимаем сейчас рецепшеонистов. Не стесняйтесь перезвонить нам через несколько месяцев или если вы наберётесь необходимого офисного опыта в Виндовс 95, или если напечатаете своё резюме.
БИИИП
Привет, детка. Вау, что за ночь! Я просто сидел и думал о тебе... Чёрт, девочка. Так (затяжка сигаретой) я заберу тебя позже, ок?
БИИИП
Я улыбалась с тех пор, как я очень быстро выяснила, что "Заберу тебя позже, ок?" значит почти с 100 процентную вероятность увидеть друг с другом позже. По крайней мере, с девяносто процентной вероятностью. Таков был способ планирования Джеймса.
Единственное, что, пока я проводила все эти легкомысленные, головокружительные сексуальные вечера с ним, когда я ложилась поздно, а вставала после полудня, кажется, все вакантные места обычными официантами на Манхеттене исчезла. Временные работы, за которые я бралась в прошлом, чтобы заполнить бреши, плюс у меня было несколько коммерческих прослушиваний, но не было приглашений на работу, и я уверена, что Ниагара окончательно перестала выходить в эфир. Мне отчаянно была нужна работа. Не было даже свадеб, чтобы наняться официанткой, посему я снова взялась обслуживать обеды, но оплата в обед минимальна, потому что никто не оставляет чаевых, а почасовая оплата малюсенькая, потому что смена короткая.
Но всё же это лучше, чем ничего, посему я стирала свою форму, белую рубашку на пуговицах и чёрные штаны, каждый вечер, и звонила каждое утро, одновременно надеясь, что и получу смену и не получу, потому что смены, которые проходили в основном в бездушных, замшелых конференц-залах, были ужасно жалкими. Они всё обещали пригласить меня, когда начнётся свадебный сезон в июне, но перемены мне нужны сейчас.
Пока не буду звонить отцу, чтобы попросить денег, но к тому времени я была уже близка к этому.
Я в прямом смысле скрестила пальцы, пока ждала, чтобы проверили, какая работа есть сегодня, надеясь, даже не знаю, на что. Наверное, что это будет не самый худший сценарий.
– Фрэнни?
– Да?
– Всё, что у нас есть это обед в буфете в Юнайтед Электрик в центре города. Две официантки. Просто расстановка, нарезка и напитки. Берёшь?
Это было почти самое худшее, но не совсем. На одну ступень выше, чем помощник официанта. Вам нужно установить гигантские кастрюли, наполненные коричневыми помоями, чтобы офисные работники смогли сами наложить себе еду, на манер шведского стола, и принять заказы на напитки, затем стоять в задней комнате и ждать, пока они не закончат, и помыть посуду. Это даже не обслуживание. Есть только одно, что может сделать всё это ещё хуже.