Чтение онлайн

– -- Она слабоумная, --- с сомнением проговорил Тайбай. Люциферус похоже пребывал в том же мнении.

* * *

Три часа ночи. В комнату Клауса Тигера тихо открылась дверь и пропустила внутрь Тецуя Рюйодзаки. Тому предшествовало посещение родимой комендатуры и прослушивание целого вороха сногсшибательных сплетен. Оказывается Хенрик изнасиловал фрейлину королевы...

(Тецуй даже догадывался какую).

– -- Больше никого не поимел?
– -- Спросил Рюй, помятуя о лимонаде и понаптоле...

– -- Ничего такого не слышно... А что? Есть кто-то ещё?
– -- С любопытством спросил его собеседник.

– -- Не знаю, я же в отпуске...,--- ушёл Рюйодзаки в отказ.

Рассказчик продолжил.

... У него (Хенрика) отобрали Клауса. А Артура сначала хотели пороть публично, но потом просто заставили принять присягу...

(Эта новость была приятной)

... А Шитао теперь уже не телохранитель Хенрика! Папаша перевёл его в патрульные! Куда? В западную комендатуру!

(Так!)

Перегруженный новостями, Тецуй поднялся в гостиницу. Он всего лишь хотел убедиться, что Клаус вернулся и не сильно пострадал. Завереньям Хокки, что Тигер остался нетронутым, Рюй не верил.

Клаус не спал. Едва Рюйодзаки подошёл к краю его кровати, как он сел и уставился на него блестящими глазами.

– -- Привет, --- Хрипло сказал Рюй.

Тигер вздрогнул и скривился как маленький ребёнок.
– -- Только не т-ты, --- прохныкал он.

– -- Перестань... я хотел узнать: как ты себя чувс...

– -- Нет... нет ... я не хочу! Только попробуй тронуть меня!

Тецуй прыгнул коленями к нему на кровать, сгрёб мальчишку за плечи, прижал к своей груди его голову и зажал ему рукой рот. Прошипел.
– -- Не кричи-и! Я просто пришёл узнать: ты повреждён или нет?! Если да, то кивни.

Тигер отрицательно замотал головой.

– -- Хорошо-о..., --- Рюй испытал облегчение. Медленно убрал руку.

– -- Шитао меня спас, --- прошептал фаворит Хенрика.

Тецуй стиснул челюсти. Передышал ненависть. Сказал.
– -- Я пригнал твой скутер, он в ангаре. Больше не делай так. Ты не можешь ездить один. Тебе нужна защита!

– -- Хенрик меня защитит, --- пролепетал Клаус.

Тёцуй откинул Тигера на руке и сам наклонился над ним так близко, словно собирался влепить ему страстный поцелуй.

– -- Через три дня будет бал невест,--- прошипел он.
– -- Твоего Хренника женят, а тебя отправят назад в театр, где любой состоятельный зритель даст охране денег и загнёт тебя в гримёрке. Будешь принимать по десять почитателей и обожателей за день! Пока задница не отвалится! А охрана сделает на тебе состояние! И тоже будет навещать в качестве благодарности! Скажи спасибо рабскому циклопу! Понял? Если не хочешь так жить, будь со мной. Я буду тебя защищать!

– -- Только не ты, --- Клаус, содрогаясь от отвращения, вывернулся из под руки Рюйодзаки, перекатился по кровати и вместе с одеялом упал на пол с другой стороны.

Тецуй поморщился.

Над краем ложа высунулась взлохмаченная голова Тигера с сердито сверкающими глазами. Голова сказала.
– -- Я тебя ненавижу! Ты маньяк! Только попробуй ко мне подойти!

Тецуй философически пожал плечами, слез с матраса и пошёл к дверям. Прежде чем уйти он сказал с явной угрозой.
– -- Кроме меня, тебе никто не поможет.

– -- Я всё расскажу Хенрику!
– -- Выкрикнул Клаус.

глава 27

Бал

Королевский бал невест - событие выдающееся, но не особо радостное. При короле Гасе Одноглазом бал проводился четырежды. Папаша Хенрика очень любил это мероприятие. При нём на бал приглашались девы в возрасте... э-э-э... нераскрывшихся бутонов. То бишь от двенадцати до четырнадцати лет. Понятно, что родители потенциальных невест были не особо-то счастливы. Тем более, что помимо похотливых глазок короля, на девиц пялились ещё и драконьи даньщики, которые отбирали девушек для отправки их на гору к Закарии. Так что у птопайцев от предсвадебных балов остались самые мрачные воспоминания.

Элишия собралась в корне изменить представление о бале невест. Видоизменённый Закария жил теперь во дворце на строгой диете, а Хенрик был юн, недурён (по крайне мере не урод) и перспективен. Его будущая жена, благодаря приобретённому статусу, могла быть уверена в собственной моральной и физической неприкосновенности. То есть в неофициальных приглашениях Элишия намекала родителям девушек, что несмотря на сложный характер принца, его невеста, а потом и жена будет ограждена от высочайших выходок. Мол, не бойтесь родители дорогие присылать своих дочерей на смотрины!

Инцидент с Лукрецией Боской объяснялся, как несчастный случай спровоцированный самой Боской, а интерес Хенрика к Клаусу преподносился, как некий юношеский закидон, произошедший в силу гормонального всплеска на фоне длительной половой неудовлетворённости. Мол, Хенрик ещё молод, отсюда и все его глупости..., но при уравновешенной, зрелой и рассудительной деве он непременно повзрослеет и остепенится!

Как приятное отличие предыдущим балам, приглашения были отосланы только для девиц в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет. Элишия решила женить Хенрика на более возрастной деве. Разумеется, королева тщательно проверила роды избранниц, их внешность и умственный потенциал.

Приемлемых дев набралось около сотни... Не очень много... А на конкретно бал ожидалось ещё меньше, ибо не смотря на милый тон в письмах, Хенрик в глазах мамаш и папаш невест оставался не самым замечательным женихом.

Малый бальный зал дворца был рассчитан на две тысячи безудержно танцующих пар. Понятно что около сотни девушек и один Хенрик будут смотреться в нём довольно жалко.

Элишия предусмотрела и это. Она разослала приглашения недостающему количеству народа - с одной единственной просьбой: не использовать в одежде белый цвет. Белые платья будут только на невестах.

А за день до бала Артур без всякой помпы и шумихи принял присягу историков-информаторов. На церемонии присутствовали родители, главы библиотек и архивов, и семь магистров цеха. Ни Элишия, ни Хенрик прийти не изволили.

Уложились в полчаса. Артура торжественно раздели до нижнего белья, он произнёс несколько слов клятвы, обязуясь отныне и навеки не вмешиваться в происходящие события, а только наблюдать их и фиксировать, после чего его торжественно одели в новенькую форму историков-информаторов. Собственно говоря, и всё.