Чтение онлайн

– Так надо, Сережа, - шепнул Вороновский, сжав его локоть.
– Слишком многие меня знают, а вы покамест никому не перешли дорожку.

На обратном пути Пузан, наконец-то получивший заветный ключ, без умолку рассказывал седобородые анекдоты и порядком надоел Вороновскому. Сергей сидел за рулем и в зеркале заднего вида не раз замечал гримасы Виктора Александровича.

– Ну, мужики, ни пуха ни пера!
– на прощание заявил Пузан, которого они довезли до улицы Марата.
– Попутного вам ветра и легкого колеса!

– А я со своей стороны желаю тебе купить новую машинку и по крайней мере пару лет не продавать ее, - с чувством произнес Вороновский.
– Увидишь, как это здорово!

Когда улица Марата осталась позади и они проезжали по Невскому через Фонтанку, Вороновский заговорил насмешливым тоном:

– Сейчас наш Пузан подошел к своему супергаражу и с несказанным удивлением взирает на то, что родные дубовые ворота заперты не на два замка, а на один наш. А дальше начнется потеха! Я бы не пожалел ста целковых, чтобы увидеть все воочию.

– Вот ведь к чему приводит жадность, - поддакнул Сергей.
– Как вы представляете себе его поведение?

– Сережа, это уникальное зрелище!
– Вороновский мгновенно пришпорил свою фантазию.
– Открыв калитку, наш клиент, разумеется, не найдет денег в том местечке, куда он их припрятал, и перевернет вверх дном весь гараж, думая, что мы подшутили над ним и перепрятали его драную наволочку. Это будет, скажем так, первый акт. А второй акт произойдет в иных декорациях, в уютном семейном гнездышке. Там Пузаниха в стеганом халатике поджидает своего Ромео, который вот-вот должен притащить в клюве жирного червяка. Стол на кухне давным-давно накрыт чистенькой импортной клееночкой в цветочках, а на ней - селедочка с лучком, сальце, сырок со слезой, студень из свиных ножек, редисочка со сметанкой и, быть может, прошлогодние солененькие грибочки. В холодильнике стынет бутылочка калганной настоечки, а в духовке доходит до кондиции гуляш из нежнейшего кроличьего мяса. Пузаниха волнуется, ходит из угла в угол и отвлекает себя от тревожных дум сладкой мечтой о дачке-пятистенке с участком в пятнадцать соток, где клубничные плантации чередуются с могучими зарослями плодоносящего крыжовника. Ее переживания достигают апогея, и тут в дверях поворачивается ключ и на пороге возникает силуэт ее благоверного. "Наконец-то!
– с визгом бросается к нему Пузаниха.
– Где же ты так долго был? Я уже вся извелась! Небось проголодался, добытчик ты мой! Скоренько мой руки, садись за стол и рассказывай все по порядку. Мне так интересно?" Наш обкакавшийся добытчик тупо шмыгает носом и идет умываться, чтобы хоть чуть-чуть отдалить тягостное признание. А Пузаниха вихрем мчится на кухню, достает калганную, разливает по рюмочкам и мажет хлеб маслом, чтобы угодить хозяину. Она изнемогает от нетерпения, а Пузана нет и нет. Тогда Пузаниха... А вот и наш Леня!

Вороновский на полуслове оборвал трагикомическое живописание, так как они подъехали к платной автостоянке на Исаакиевской площади, где их ждал капитан.

– Виктор Алексаныч, порядок!
– доложил капитан, усаживаясь в "волгу", и мельком кивнул Сергею.
– Держи капусту.

– Обошлось без эксцессов?
– поинтересовался Вороновский, перекладывая деньги из банного чемоданчика в свой портфель.

– Будь спокоен!
– заверил капитан.
– С ихним замком я провозился меньше минуты.

Капитан буквально светился от распиравшей его радости.

Жуткий тип, в который раз подумал Сергей. Форменный обитатель дна. Откуда только берутся такие? Зимой и летом ходит в одном и том же задрипанном костюмчике с пузырями на брюках и в допотопной нейлоновой рубахе, застегнутой на все пуговицы. Галстуков он не признает, носит их только с милицейским мундиром. А какие на нем ботинки! Анекдот! Потерявшие вид, с подковками на каблуках... У него же должна быть куча денег! Он что, набивает ими матрас?

– Превосходно!
– подытожил Вороновский, возвращая чемоданчик капитану. Спасибо, Леня, вот тебе тысяча.

– Так я побегу?
– Капитан сверкнул в улыбке стальными зубами.
– Приветик!

Надежды Сергея на щедрость Вороновского оправдались - его гонорар составил тысячу рублей. Хотелось бы знать, подумал он, сколько же загребет на этой операции сам Виктор Александрович? Мысль о том, что, покупая "волгу" для делового партнера из Эстонии, Вороновский не гнался за выгодой и, наоборот, оплачивал услуги ассистентов из собственного кармана, не пришла ему в голову.

Пока Сергей ставил "волгу" на платную стоянку, Вороновский зашел на почту и отправил телеграмму в Таллин, пригласив Карла Рихтеровича вместе с сыном в Ленинград на субботу и воскресенье для вручения памятного подарка. Затем они пешком прошлись до Красной улицы, сели там в "жигули", заехали на Благодатный за Леной и взяли курс на Псков.

20. СВЯТЫЕ МЕСТА

Как обычно, Вороновский заранее позаботился обо всем, и в Пскове его доброжелатели забронировали для них места в гостинице - двухкомнатный люкс для мужчин и отдельный номер для Лены. За ночь они отлично выспались и ранним утром отправились в Пушкинский музей-заповедник, где провели целый день. Лена без устали любовалась Михайловским парком, аллеей Керн, ганнибаловским "черным" прудом, видом на речку Сороть и озеро Маленец, и Вороновский с Сергеем не без труда увезли ее из Михайловского, чтобы показать Тригорское и Петровское. На скорую руку пообедав на турбазе, они долго бродили по Петровскому парку и едва успели попасть в Святогорский монастырь на могилу Пушкина. Неподалеку от монастыря Вороновский попросил остановить машину, куда-то отлучился и принес пышный букет роз, которые Лена возложила к надгробию поэта.

На обратном пути в Псков Лена и Сергей, все еще под впечатлением, преимущественно молчали. Вороновский попытался развлечь их, довольно-таки удачно пародируя одного из экскурсоводов, патетическим тоном излагавшего прописные истины, но, не ощутив поддержки, вскоре умолк и задремал. На следующее утро, сразу же после завтрака, они снова уселись в машину.

– Куда прикажете выруливать, товарищ начальник?
– шутливо спросил Сергей, так как Вороновский, загадочно улыбаясь за завтраком, не пожелал раньше времени обнародовать намеченную программу.

– На Ригу!
– распорядился Вороновский.

– Слушаюсь и повинуюсь!

– Уверен, что вы об этом не пожалеете.

– Но мы же позабыли взять вещи!
– спохватилась Лена.

– Все правильно, - успокоил ее Вороновский.
– К ночи вернемся в гостиницу.

– Куда же мы едем?
– спросила Лена.

– В Печорский мужской монастырь, сударыня, - наконец открыл секрет Вороновский.
– Осмотрим тамошние святые места.

– Как интересно!
– Лена оживилась.
– А нас туда пустят?

– Разумеется, - заверил Вороновский.
– Разве был случай, когда нас куда-нибудь не пустили?

– Но монастырь ведь мужской?
– все еще сомневалась Лена.

– Да, но как памятник древнерусской архитектуры открыт для посетителей. Имейте в виду, что вчера перед сном я не зря просил вас надеть платье, а не джинсы, и непременно взять с собой косынку - в храмы допускают дам только с покрытой головой...

Увидев стрелку-указатель с надписью "Печоры - 21 км", Сергей свернул направо и помчался по пустынной дороге. Через четверть часа они въехали в маленький холмистый городок, застроенный малоэтажными зданиями на прибалтийский манер.

– Сережа, метрах в ста за площадью сверните налево и еще раз налево, подсказал Вороновский.

Подъездная дорога к монастырю была покрыта глубокими лужами, чередовавшимися с колдобинами, поэтому Сергей направил все внимание на преодоление препятствий.

– Какая красота!
– воскликнула Лена.
– С ума сойти!

Сергей на секунду поднял глаза от дороги и увидел крепостную стену, а еще выше - белокаменную громаду златоглавого собора.

– Перед вами Михайловский собор, построенный сто двадцать лет тому назад, - сказал Вороновский.
– Внизу есть еще один собор - Успенский. Тот древнее и знаменит на весь православный мир чудотворной иконой "Успение Божьей Матери".