Чтение онлайн

С тяжёлым вздохом Лира откинула одеяло. Ирнис бережно помог ей сесть, повернуться набок, подложил под спину ворох мягких подушек. Простое движение отняло последние силы. Она прикрыла веки, судорожно вдохнула и тут же закашлялась, острая, нестерпимая боль сжала грудь. На глазах выступили слёзы.

— Осторожно, не торопись, — прошептал принц, поднося к её лицу пузырёк с целительным снадобьем.

Знакомый аромат ударил в нос, наполнил лёгкие живительной силой. Лира жадно вдохнула.

— Сердце-цветок? — прохрипела она.

— Да. Он тебя и спас. Кинжал угодил в медальон, разрубил его, и порошок впитался в рану. Если бы не он… даже представить страшно.

— Но что произошло? Мы с Санитой были в подземелье. Мантикора вырвалась из клетки, потом вспышка света, удар… и я очнулась здесь.

— У тебя рана в груди, задето лёгкое. Кинжал был отравлен.

— Как? Кто?

— Служанка Санита. Можно?

Ирнис потянул на себя белое одеяние, в которое была запеленута девушка. Лира покраснела до корней волос, но кивнула. Он тур за туром начал разматывать ткань, придерживая девушку под спину. Она чувствовала его теплые ладони на обнаженной коже и думала вовсе не о своем беспомощном положении. Какой-то внутренний трепет пробегал по напряженным сосудам, обдавая все тело жаром.

Это было настоящее наваждение. Никогда в своей жизни Лира не испытывала подобного. Она боялась пошевелиться, задерживала дыхание каждый раз, когда Ирнис касался ее, и мечтала, чтобы эта сладостная мука наконец-то закончилась.

Даже в самом безумном сне ей не могло привидеться, что наследный принц-дракон окажется здесь, рядом с простой деревенской травницей. А уж то, что он лично, с трепетом в глазах, будет за ней ухаживать…

Разум плавился, как воск на солнце, Лира захлебывалась в волнах непонимания и благоговейного шока.

— Я ничего не понимаю, — встряхнулась она и вернулась в реальность. — Зачем Саните меня убивать?

— По приказу своей хозяйки.

— А кто ее хозяйка? Аврора?

— Да… но не совсем она.

Принц обошел кровать с противоположной стороны и сел на край. Теперь он был очень близко. Так близко, что Лира и вовсе забыла, как дышать. И сразу боль ушла, испарилась, словно ее и не было, по телу разлилось тепло, а в животе затрепетали крыльями феи.

Ирнис тоже замер, его пальцы остановились на последнем слое ткани. Лира видела, как напряглись его плечи, как сжались губы в тонкую линию. Он поднял на нее взгляд, и в его глазах плескалась такая буря эмоций, что Лира судорожно вздохнула.

— Аврора — лишь марионетка, — глухо произнес принц. — За ниточки ее дергала та, кого мы все считали погибшей.

— Аэра?

— Да, это она.

— Не может быть! Она же…

Но взгляд Ирниса не лгал. В нем была не только боль, но и какая-то обреченность.

— Она воспользовалась тем, что дочь министра не покидала дом, завладела ее личностью и внешностью.

В груди у Лиры словно взорвалась бомба. Аэра, возлюбленная Ирниса, жива? И она хочет ее, Лиры, деревенской травницы, смерти? Невозможно. Это какая-то чудовищная ошибка. Кто такая Лира на пути могущественной принцессы драконидов?

— Р-разве я представляю опасность для вашей возлюбленной? Вы ее так долго искали, теперь воссоединитесь. И вообще, я в полной растерянности, — Лира всхлипнула. — П-почему леди Аэра пошла таким сложным путем? Гораздо проще было предстать перед вами.— Я тоже не понимал, зачем все эти сложности, пока не сопоставил все факты. Подброшенный ребенок, появление Аэры под чужим лицом, участие в отборе, провалы участниц — все наводило на мысль, что у принцессы есть какая-то цель.

— И какая? Я не понимаю, почему вы здесь, со мной, а не с ней?

Ирнис не ответил. Он снова коснулся ткани, но не отдернул ее, а наоборот, медленно сдвинул вниз, открывая белую кожу и нежные полушария груди. Лира зажмурилась, не в силах вынести его взгляда. Ей казалось, что он видит ее насквозь, читает все ее потаенные мысли и желания.

Перевязка, казалось, длилась бесконечно. Мысли вихрем кружились в голове девушки, то сплетаясь в толстый шнур, то распадаясь на отдельные нити. Почему Ирнис с ней? Зачем прячет в незнакомой пещере?

«Он что-то скрывает от меня», — наконец догадалась она.

Но едва она успела подумать об этом, как перед глазами всё поплыло, и сознание ускользнуло в бездну.

В следующий раз Лира проснулась вечером. Она лежала неподвижно, скованная страхом. В другом конце пещеры слабо мерцал светильник, а над её ложем царила кромешная тьма.

Вдруг послышался шорох, чьи-то шаги. Лира быстро притворилась спящей.

— Лира, — тихо позвал голос принца, и в его голосе слышалась такая нежность, что девушка невольно открыла глаза. — Я же знал, что ты проснулась.

— Но… откуда?

— Мы связаны с тобой судьбой.

— Что? — растерялась девушка. — Как? Мы познакомились совсем недавно.

— Это судьба нас и свела, такой вывод по звездам сделали предсказатели. Не зря я весь год провел в горах.

— Вы искали свою возлюбленную.

— Да, так я думал. Оказалось, ошибался. Звезды вели нас навстречу друг другу. Можно, я присяду?

Лира кивнула. Она чувствовала, как кружится голова от новостей, как сознание готовится отключиться еще на какое-то время, чтобы не принимать реальность.

Принц молчал. Он лишь смотрел на Лиру с такой любовью и тревогой, что у нее перехватило дыхание.

— Но… у вас сын, Ваше Высочество, и Аэра… — брякнула она, лишь бы что-то сказать.

— Аэра… да, я любил ее. Сильно! Буквально сходил по ней с ума, а когда надел твой пояс с утками...

— С павлинами…

— С утками! — Ирнис положил палец на ее губы, не давая сказать ни слова. — И не спорь со мной! Более безобразной вещицы в моем гардеробе нет!

Лира обиженно дернула головой, принц засмеялся. Но она тут же забыла об обиде и спросила, сгорая от нетерпения:

— И что сделал мой пояс?

— Он показал истинную суть моего положения. Ребенок, которого я считал своим сыном, не принимал меня. Он нападал на меня, кусал. Помнишь, синяк на носу?

— Д-да. Это он?

— Агу. И в своих покоях мне становилось плохо, я чуть не умирал. А как только я надевал твой пояс, ранка затягивалась, отек пропадал, я мог жить.

— Но это не нравилось ребенку?

— Да.

— Это не младенец, а демон какой-то.

Лира передернулась всем телом, вспомнив пережитый ужас и свое отчаянное пение.