Чтение онлайн

Его трудно было сбить с толку. Ульрики, впрочем, тоже. Ну, профессор, это ведь не твое на самом деле. И фамилия слишком британская для небританцев. Мне больше нравится Курт. Она задумчиво расковыряла свой блин вилкой, нашла в творожной начинке ягоду и переложила ее на край тарелки. — Хорошее имя, сильное. Кстати, а почему Курт, если Конрад?

Просто так нравится или причина есть? — Что еще ты успел ей выболтать, кретин? Мысль Шелтона была такой резкой и злой, что у Марцеля кусок встал поперек горла. Это даже на обычное хреновое утреннее настроение не тянуло. — Стоит тебя выпустить из поля зрения, как ты начинаешь все портить. «Следи за языком, бесполезная, болтливая, тупая тварь!»

Марцель почувствовал, как кровь от лица отливает. Шелтон продолжал улыбаться, но его разум ощетинился такими острыми ледяными иглами, что даже дышать стало больно. «Мне не нужен напарник, на которого я не могу положиться!» Давление стало невыносимым. Уже не заботясь о том, что подумают Вальц и Ульрике, Марцель вскочил из-за стола и, ухватив Шелтона за руку, потащил в коридор, а там пихнул к стене, упираясь ему рукой в грудь и прошипел, захлебывая словами.

— Шелтон, чем хочешь, клянусь, это совпадение, я не говорил ей ничего, это Гретта про тебя уже сказала, сосед Курт Шелтон, молодой профессор, а так никто не знает ничего, ни что ты имя менял, ни откуда ты, я же не дурак совсем, ну правда, успокойся уже. Мартель осёкся, груди колотило, воздуха не хватало.

Не дави на меня, я после вчерашнего весь как со снятой кожей. Это типа специфика телепатов. Ты же знаешь. Ты же сам объяснял мне, ну… Стратег на секунду прикрыл глаза. Ледяные иглы стали будто бы внутрь втягиваться. Обжигающий холод постепенно сменялся привычной успокоительной прохладой. Марцель перевел дыхание. Злился Шелтон редко, но каждый раз это было почти невыносимо.

— Хорошо… — тихо произнес он, глядя в сторону на дверь кухни в конце коридора. Видимо, это действительно совпадение. — Прости. Ты можешь прослушать ее и узнать, почему она это говорила? Ее слова звучали как намек. — Не могу, — честно сознался Марцель. — Она картинками думает, и звуками, и образами, такой типичный творческий фрик.

Могу залезть поглубже, конечно, но это бесполезно будет, скорее всего. Вряд ли она из тех, кто за тобой охотится. Хорошо следы замели. Сократили имя, взяли фамилию его бабки и прибавили к возрасту несколько лет. И вот никто уже не может связать Курта Шелтона с канадским студентом Конрадом, который вполне официально сдох в Шельдорфе. И семью его никто не найдет. Никаких связей, никаких рычагов давления. Все, что теперь действительно важно, содержимое головы Шелтона. Остальное, начиная с любимых мягких водолазок, заканчивая ноутбуком и даже им, мартелем, легко можно отбросить, если прижмёт.

Идеальная схема. — Верю, — коротко произнёс стратег. — Возвращаемся тогда. И сделай что-нибудь со своим лицом, Шванг, иначе они подумают, что я тебя здесь пытал. — А ты пытал, — он кисло улыбнулся. — Ну ладно, как скажете, сэр.

Так-то лучше. Шелтон вернулся на кухню первым. Марцель заскочил наверх и ополоснул лицо холодной водой. Оттон на смертельно бледную рожу и впрямь смотреть было тошно. Когда он спустился, то Гретта с мужем уже, видимо, получили свою порцию лапши на уши от стратега и потому о причинах странного поведения Марцеля спрашивать не стали. Ульрике в просторной мужской рубашке и джинсовых шортах по-прежнему сидела, поджав под себя одну ногу и продолжала методично потрошить свои блины, выкладывая ягоды редком по краю тарелки.

Скопилось уже прилично. «А, так вот, про Курта и Конрада». Невозмутимо продолжила она, точно специально дождавшись Марцелля. «Я тут подумала, что Конрад тебе больше подходит. Знаешь, что это означает? Смелое решение. Ты человек, способный на невероятные поступки Курт Шелтон. Но, с другой стороны, такое значительное имя нужно еще заслужить, я так думаю».

Она запихнула блин в рот целиком и потянулась за стаканом с молоком. «У тебя великое будущее, похоже. Ну, если потянешь его». Воздух точно уплотнился резко и начал завязать в горле на вдохе. «Что она несет?» «Не стоит судить о характере, по внешности и имени», — мягко рассмеялся Шелтон, покачивая вилку в пальцах. «Вот взять, к примеру, шванка.

Кроме прямой интерпретации слова, вернее, термина, «Короткая шутка или назидательная история? Есть еще значение, неустойчивый». «Сих, что ли?» — пробубнила Уйрики с набитым ртом. Гретта взглянула на нее с неодобрением. «Хм…» — интеллигентно кашлянул Шелтон. «Так вот, значит, она неустойчивый. Но более надежного человека в моей группе просто нет. Шванг, несмотря на юный возраст, проявляет большой интерес к науке.

Он очень усидчив, и, думаю, в конце концов пойдет по моим стопам в преподавание. Он с безупречно изображенной гордостью посмотрел на Марцеля. «Ну…» Ульрики провела по краю стакана, собирая белые капельки и облизнула палец. «Я бы не сказала, что это его имя. И Марцель тоже. Хотя она чуть получше, поближе к истине».

Молча сидеть, изображая пай мальчика и гордость университета стало совсем невозможно. Какой такой истине? А, одно из толкований, тот, кто посвящен богу войны, Марсу. Боец, воин. Ульрики быстро-быстро наколола на вилку ягоды из начинки, лежавшие на краю опустевшей тарелки. Ммм, люблю самое вкусное оставлять на десерт. Бойцом меня еще никто не называл. Интересно, а есть имя, которое переводится как истеричка?

«Мне бы подошло». «Ну, ты просто ходячая энциклопедия, — хмыкнул он, — где учишься, кстати? — Нигде. Книжки читаю, всякие интересные. Говорю с людьми и с книжками». Ульрики была сосредоточена на еде и напряжённой атмосферы вокруг вообще не замечала. В мыслях у неё мелькали сюрреалистические, но объёмные и яркие образы.

Ночь, костры, хоровод, глиняные маски, вытоптанная земля под босыми ногами, огонь, крики, дым, гроза, молнии, вспыхивающие ежесекундно, струи воды, темно-красные и густые, небо, словно в разводах голубой золотисто-розовой акварели, намокшие от росы подол, прилипший к коленкам, долина чаша, сплошь в дурманных синих цветах, пустой амбар, окошко под самой крышей, солнце, что льется сквозь

него медом и рассыпаются блики тончайшими пластинками янтаря, и отполированные временем доски пола источают тепло, и на тёплых досках сидит в позе лотоса Шелтон, полностью обнажённый, на ногах у него ноутбук, и край упирается в живот, а по чёрному экрану бегут зелёные столбики цифр. Мартель поперхнулся глотком молока и закашлялся. Ульрике улыбнулась, точно знала.

Глаза у неё блестели. — Ты странная. — Есть немного. «Я говорила, что у тебя очки клёвые?» «Ага». «Только вчера они вроде жёлтые были, а сегодня синие». «Ну, у меня их несколько», — деликатно напомнил о своём существовании Шелтон. «Спасибо за завтрак и интересную лекцию Ульрике». «Знал бы он, в каком виде она его представляет».

«Да пустяки, всегда обращайтесь». Ульрики перегнулась через стол, поймала руку Шелтона и крепко ее пожала. Улыбка у него застыла. «Кстати, Корт, ты вроде говорил, что вы хотите город посмотреть. Можно с вами? Я много чего могу интересного про округу рассказать. Про людей, такого, чего в справочниках нет». Шелтон уже открыл рот, чтобы вежливо отказаться, но тут Марцеля как током дернуло.

У девчонки в голове зажглась первая с момента знакомства словесно оформленная мысль, четкая и уверенная. — Хорошая, хочу помочь. — Да, — выпалил Марцель и с сумасшедшими глазами обернулся к Шелтону. — Так лучше будет, да? Стратегу хватило полсекунды, чтобы сориентироваться. — Благодарю, ваше любезное предложение весьма кстати.

Шванг, кажется, в вашем багаже был термос. Непринужденно осведомился он и, немного помедлив, как в раздумьях, сам же себе и ответил. Да, конечно, был. «Фрау Гретта, вы не возражаете, если мы себе сделаем кофе в дорогу?» «Можно будет пикник устроить», — азартно подхватила Уйрике и почему-то подмигнула Марцеллю. В её мыслях промелькнула картинка, он в смирительной рубашке лежит на целом ворохе алых лепестков и сладко жмурится.