Огонь, пепел и ветер
Шрифт:
Княжна Лидия вовсе не была безродной сиротой. Если с ней, что-то случится, то отвечать придется перед княгиней Дуаре, а связываться с ней было себе дороже. К тому же, таинственное исчезновение и гибель еще одной невесты выглядело бы уж совсем подозрительно.
По итогу, Елена, разумеется, поступила по своему, и Кир злился и переживал за нее. Она всегда была слишком самонадеянна и самолюбива. Однажды, она уже переоценила свои силы и из-за этого попала в беду.
Вспыхнув яркой искрой, небо прочертила падающая звезда. Кир проводил ее взглядом.
Поднявшийся ветер, растрепал его волосы и он испытал непреодолимое желание, призвать Арайя, сесть на его спину и взмыть в небеса. Он уже не помнил, когда летал на нем просто так для своего удовольствия.
Кир прижал большой палец к темному осколку скорлупы, оправленному в перстень, и почувствовал, что Арай улетел далеко за скалы за Альторой, и к тому же сейчас он спал. Можно было бы разбудить его и приказать явиться, но это было бы слишком жестоко.
К тому же, Кир и сам был не в лучшей форме для полета. Он устал и был голоден. Его угораздило пропустить обеденную трапезу и с самого утра, он ничего не ел. Следовало попросить служителей принести в его покои трапезу, и отужинав отправиться в купальню, а затем лечь в постель. Завтра его ждал тяжелый день. Насколько тяжелым он будет для невест, не хотелось даже думать.
Услышав за спиной тихие шаги, Кир обернулся. К нему шел брат Коинт. Его длинными белыми одеждами играл ветер, оборачивая их вокруг ног.
— Генерал Аверин, брат Фрол приглашает вас разделить с ним вечернюю трапезу, — сказал он, чуть поклонившись.
— Скорее уж ночную, — ответил Кир.
Он пошел следом за братом Коинтом. Им с Фролом Зерионом следовало многое обсудить, и Кир даже выругал себя, что собрался лечь спать, не переговорив с ним.
Брат Коинт долго вел его по переплетениям галерей и узких лестниц, спускаясь к нижним ярусам дворца. Наконец, они вошли в просторную комнату с округлым зарешеченным окном, под самым сводом. В углу стояла широкая софа и пара кресел, в очаге горел огонь, споря с ночной стужей. Сам Фрол Зерион сидел за накрытым столом, дожидаясь Кира.
Когда они вошли, он чуть привстал, приветствуя его, а затем сел обратно на скамью. Слабый свет свечей не мог скрыть глубоких теней, залегших под глазами и бледности, укрывшей серой вуалью лицо. Кир подумал, что должно быть, и сам выглядит не лучше.
Брат Коинт вышел, оставив их вдвоем и они сами положили себе на тарелки куски окорока с блюда, и налили в чаши вино.
— Выходит, что его величество все же отправит девушек вглубь Драконьего ложа? — спросил Кир, заводя разговор.
— Выходит, что так.
— Неужели, мы ничего не можем сделать?
— Не беспокойтесь. Мы давно приготовили для невест все необходимое: шерстяные плащи, удобные туфли, огненные камни, и медальоны с вещательными кристаллами, которые они возьмут собой.
— Все это неправильно. Слишком рискованно и опасно. Они же живые люди, нельзя так с ними поступать. И почему ему надо заставлять их спускаться в подземелья? Ведь мы же придумали безопасные и разумные испытания, зачем отказываться от них? — рассуждал Кир, нарезая на мелкие куски окорок.
Он и сам понимал, что его вопросы наивны и звучат по детски. Ему скорее хотелось выговориться, зная, что едва ли он уже сможет что-то изменить.
Фрол Зерион задумчиво смотрел на него, подперев ладонью щеку.
— Удивительно, что вы так печетесь о невестах, хотя совсем недавно похитили одну из них, обставив все, как несчастный случай. Даже мертвое тело, где-то раздобыли, чтобы выдать его за нее.
Подняв взгляд на верховного служителя, Кир спокойно дожевал окорок, и запил его вином.
— С чего вы это взяли? — спросил он. — Ваши обвинения беспочвенны и очень обидны.
— Бросьте. Мы оба с вами знаем, что я прав, — ответил Фрол Зерион, катая по тарелке чечевицу. — Вы нарушили правила и подвергли опасности всю Империю поступив так. Повезло, что дракон-император не пришел в неистовство узнав об исчезновении своей возлюбленной фаворитки. Однако, из-за вашей выходки, завтра невесты отправятся вглубь Драконьего ложа, хотя кто знает, когда бы его величество снова вспомнил об испытаниях, если бы потеря госпожи Пинны не огорчила его так сильно.
Кир задумался, стоит ли ему рассказать Фролу Зериону о том, что госпожа Пинна, на самом деле, преступница и воровка, или же лучше и дальше все отрицать.
— Вы обвиняете меня в страшных вещах, но есть ли у вас доказательства своей правоты или же это лишь голые слова?
— Мне не нужны доказательства, если я и так все знаю, — отрезал Фрол Зерион. — Вы не можете больше находиться подле дракона-императора после всего, что совершили. Увы, это и моя вина. Я слишком расслабился и стал вам доверять. Какая фатальная ошибка…
— Вы никогда мне не доверяли.
— Я напишу письмо в Совет с требованием снять вас с должности.
Кир едва не рассмеялся ему в лицо, но сдержал себя и лишь криво усмехнулся.
— Должность гласа дракона-императора дается пожизненно. Разве не так?
— Всегда бывают исключения. Уверен, что Совет не будет со мной спорить.
— Если все так просто, то почему вы с самого начала не избавились от меня?
— Вы не доставляли хлопот. К тому же, вместо вас прислали бы кого-то другого, кто мог бы оказаться еще хуже.
Подняв глаза, Кир задумчиво смотрел в окно, разглядывая далекую луну. Скажи ему, кто-то еще пару месяцев назад, что бремя гласа дракона-императора может быть так легко снято с его плеч, и он бы разрыдался от счастья, а затем сделал бы что угодно, чтобы разозлить Фрола Зериона и, чтобы тот его прогнал. Однако, с начала Отбора многое изменилось.
Теперь Киру казалось, что он не просто так попал на Лунный остров. Быть может сюда его за руки привели семь сестер, чтобы он спас Империю от чего-то темного и страшного, что подступало к ней со всех сторон.
Он не мог уйти и покинуть свой пост сейчас. По крайней мере пока не разберется во всем и не разыщет кольца, он должен будет оставаться подле дракона-императора.
— Нет. Я не уйду, — сказал Кир, переведя взгляд на Фрола Зериона. — Я останусь здесь и вы не сможете меня сместить.
— Как удивительно. Мне всегда казалось, что вы с радостью снимите с шеи золотую цепь гласа дракона-императора. Впрочем, уже не важно, чего вы хотите, важно, что думаю по этому поводу я.
— Разве его величество не расстроится если глас к которому он уже так привык вдруг покинет его?