Чтение онлайн

Страт помог ветхому князю Эйрису спрятаться под стол, и настойчиво пытался запихнуть туда же княгиню Мерай, но та выскользнула из его рук и, внезапно оказавшись за спиной князя Артеса, прижала к его горлу стилет, бывший лишь мгновение назад шпилькой в ее высокой прическе.

— Склоните колени перед драконом-императором, — сказала она.

Кир в очередной раз задрал брови. Тару славился в узких кругах умением вербовать ассасинов и шпионов. Порой шутили, что каждый второй в Империи его человек, а за каждым первым идет слежка. Однако, Кир и не подозревал, что тот настолько хорош в своем деле, раз даже княгиня Мерай в тайне была его соратницей.

Вскоре хаос, поднявшийся в зале, улегся. Все вельможи были обязаны принести присягу дракону-императору и поклясться ему в верности. Те, кто отказывался — объявлялись изменниками. Конечно, казнить сразу их никто не собирался. Их ждало заточение, а затем суд, и, вероятнее всего, ссылка.

Большая часть вельмож, даже тех, кто начал драться с Тайной стражей присягнули. Князь Артес отказался, сказав, что так просто этого не оставит. Его примеру последовали и остальные старейшины, проголосовавшие против предложения Кира, а князь Костер, единственный из всех, воздержавшийся во время голосования, поступил иначе.

Стоя на коленях, он низко поклонился дракону-императору, едва ли не стукнув головой пол, и сказал, что приложит все силы, чтобы исполнить приказ его величества. Он владел весьма обширным торговым флотом и предложил использовать его корабли для спасения жителей Альторы и для защиты города. Князь Костер был хитер и умен, и чуял дуновенья ветра лучше руха, парившего в небесах.

С тремя генералами пришлось тяжелее всего. Кир долго объяснял им, что на Лунном острове зрел заговор, и что туда сумела пробраться шпионка Андалур. Именно упоминание андалурцев подействовало на них сильнее всего. Даже явление морского дракона не вызывало в их сердцах большей ярости.

— Они жгут колдунов. Даже детей и женщин, в них нет ничего человеческого! — заявил генерал Астор и беспрекословно опустился на колени перед драконом-императором.

— Лучше умереть, чем позволить андалурцам захватить наши земли и сделать из них очередные колонии, а из народа Визерии покорных рабов, — согласился с ним генерал Эйран, и тоже принес присягу Андронику Великому.

Следующим был черед генерала Хейни. Кир следил за ним не без толики волнения. Именно участие Небесной стражи было важнее всего.

Опустившись на колени, Хейни задрал голову и без всякого стеснения или страха пялился на Андроника Великого. Тот сидел на столе старейшин, покачивая ступнями в парчовых туфлях с длинными загнутыми носами. Хотя для маскировки он и был в белых одеждах служителей, носить другую обувь он не мог.

— Вы умеете превращаться в дракона? — спросил Хейни.

Кир чуть не крякнул. Он слышал об его безрассудной смелости, и видел ее своими глазами и, когда они учились в Академии и позже в бою, но не мог понять к чему же ближе его отвага — к безграничной наглости или блаженной глупости?

— Почему по-твоему нас называют дракон-император, а не барсук-император или хомяк-император? — вопросом на вопрос ответил Андроник Великий.

— Так вы превратитесь, да? — не унимался Хейни, пока Кир перебирал в уме тех, кто мог бы встать на его место, если с ним что-то случится.

Спрыгнув со стола, Андроник Великий подошел к нему, и опустился перед ним на корточки, так чтобы их глаза оказались на одном уровне.

— Когда придет время, мы встанем на крыло и земля содрогнется, а враги окоченеют от ужаса, — пообещал он.

Кир хотел бы хотя бы на половину разделять его уверенность.

— Куда все ушли? — спросила Агата, сидя на узкой кровати, стоявшей подле окна, и глядя на далекую темную морскую гладь.

Небо разгоралось огненным закатом, из сада доносился сладостный аромат олеандров, слышались тихие шаги служителей. Она могла бы даже насладиться вязким и теплым вечером, если бы не тревога, когтями, сжавшая сердце.

— Отправились на заседание Верхней ложи, — ответила Елена.

Она сидела за столом, опустив взгляд в книгу, и подперев ладонью голову. Крошечные тени, старательно перелистывали страницы.

— И они что взяли с собой дракона-императора?

— Да. Иренеус проболтался, случайно или нарочно, куда они отправятся и его величество тоже захотел.

Агата накрутила на палец локон. Она весь день пробыла возле Андроника Великого, стремясь утешить его после встречи с прародителем. Он был очень расстроен и она могла его понять. Если бы ее матушка… Не мачеха, а настоящая матушка, которая ее родила, объявилась бы спустя столько лет и оказалась бы живой, а не мертвой, то Агата бы, конечно, очень обрадовалась, но и разозлилась и чувствовала бы себя брошенной и обиженной.

Она лишь ненадолго отлучилась, чтобы быстро посетить купальню и привести себя в порядок перед вечерней трапезой, а когда вернулась, оказалось, что дракона-императора уже нет в Святилище, и Кира Аверина тоже.

Последнее, почему-то укололо ее особенно сильно. Они вместе сидели в пещере, думая, что умрут, и она поделилась с ним всем, что знала, а затем они нашли спящего Иренеуса и даже сумели одолеть Фрола Зериона.

Агате казалось, что уж теперь-то надменный генерал больше не будет смотреть на нее свысока, что они стали соратниками и она, что-то для него значит, но, как выяснилось, все было впустую. Он забыл о ней так же быстро, как рыбы забывают о рассвете, когда поднимается луна.

Теперь она коротала вечер вместе с Еленой, сидя в тесной опочивальне, выделенной им на двоих.

— Как думаешь, почему нас не взяли? — тихо спросила Агата.

— Нам там нечего делать, — равнодушно отозвалась Елена, не поднимая взгляда от пожелтевших страниц. — Там и без нас разберутся, а если нет… И если Киру не удастся убедить Верхнюю ложу вывести из города людей и никакие другие методы не помогут… То тогда нужен будет, кто-то, кто остался на свободе, и кто может сделать хоть, что-нибудь.

Агата побледнела. От слов Елены ей стало чуть менее обидно, но куда более тревожно.

Они еще немного посидели, пока небо окончательно не погасло, а щебет птиц не сменился стрекотом цикад.

Елене наскучило читать и она с громким стуком захлопнула книгу.

— Агата, ты же знаешь, что сознание дракона-императора делится на три разных разума? — на этот раз она первой нарушила тишину.

— Да, — тихо и чуть испуганно ответила та.

— И ты знаешь, что сейчас бодрствуют только две головы, а третья спит?