Чтение онлайн

– Без помех добрались? – спросил Хонна, отступая вглубь дома.

Джон прошел внутрь.

– Благодарю, – сказал он. – Отличная у вас аллея.

Хонна степенно кивнул.

– Липы еще при отце сажали, – сказал он. – Отец уж тридцать лет как почил. А липы – стоят.

Убранство холла было строгим. Пара картин, глядящих друг на друга с противоположных стен; развесистая люстра под потолком, разрисованным облаками; задумчивые женские статуи по углам. Из холла на второй этаж вела лестница шириной с хорошую дорогу. Фернакль поднимался, касаясь рукой перил.

– Служанки в город отправились с утра, по магазинам, – сообщил он, преодолев верхнюю ступеньку. – Прошу простить, хозяин из меня никакой…

– Ну что вы, – сказал Джон.

Вслед за Фернаклем он прошел по узкому коридору, отделанному шелковыми красными обоями. В конце коридора Хонна тростью распахнул дверь, и они вошли в маленькую комнату. Обои здесь были весёленькими, в мелкий синий цветочек.

– Мой кабинет, – сообщил Хонна. – Берлога, так сказать, холостяка…

Первое, что увидел Джон – жаркий камин. Напротив камина раскинулись массивные кожаные кресла, а между креслами стоял утлый журнальный столик, накрытый для чаепития. Вдоль стен до самого потолка высились шкафы, полные книг. Когда-то мать учила Джона, что, войдя в чужой дом, прежде всего надо смотреть на книжные полки: так быстрей можно составить мнение о хозяевах. Библиотека Хонны Фернакля стоила того, чтобы на неё взглянуть. Здесь были древние фолианты с облезлыми золотыми литерами на лохматых корешках; рядом, как гвардейцы на параде, теснились собрания классиков в одинаковых мундирах-обложках; строгие университетские издания соседствовали с разукрашенными сериями беллетристики. Отдельный шкаф занимала периодика: стопки подшивок с хитрыми шифрами.

– Изволите чаю? – спросил Хонна. Он стоял у столика, держа в руках пузатый фарфоровый чайник.

Джон оторвал взгляд от частокола корешков с золотым тиснением.

– У вас тут «Энциклопедия оружейного дела», – сказал он. – Редкая вещь, особенно в наших краях. Чай буду, спасибо.

Хонна улыбнулся. У него было лицо, будто слепленное на заказ талантливым скульптором – породистое, с крупными чертами. Если он улыбался, то получалась настоящая улыбка, широкая и щедрая. Никаких кривых ухмылочек, никаких усмешек.

– Это из Национальной библиотеки Твердыни, – сообщил он. – Работал у меня один эмигрант. Профессор, образованный человек, а занимался… – он сделал паузу, словно подыскивая слово, – подёнщиной. Тогда, после войны, с материка бежало много людей. У них начался голод, думали – здесь преуспеют. А что здесь? Богиня умерла, в стране разруха. Ученые и вовсе оказались не у дел... Я нанял его садовником. Так вот, из всего имущества этот изгой взял с собой за границу только энциклопедию. Двадцать пять томов. Предлагал за бесценок. Мне жаль стало: ученый муж, всё-таки. Но книги-то хороши! В общем, договорились: он мне – книги, а я ему снял комнату в пригороде на первое время. Сейчас читает лекции в Дуббинге. До сих пор переписываемся.

Джон покивал. Что ж, меценат – это не только тот, кто вкладывает деньги в науку, но и тот, кто об этом много говорит. Кому охота быть анонимным благодетелем? Он еще раз присмотрелся к осыпавшимся золотым буквам на корешках, а, когда повернулся, Хонна уже разлил чай по чашкам.

– Присаживайтесь, – предложил меценат. – Стоя лишь… (опять пауза) приказчики беседы ведут.

Джон погрузился в кресло, сделал глоток и приготовился слушать. Все-таки надо снять нормальную контору для встреч с клиентами, подумал он мельком. Не дело вот так шататься по чужим домам. Впрочем, нынешний заказчик – важная птица, вряд ли согласился бы куда-то ехать… Хонна, держа чашку, медленно сел напротив. Он не спешил пить, а только хмурился, ощупывая чашку, будто пытался найти трещину в фарфоре. Наконец, заговорил:

– История моя непростая. Начну вот с чего. Я – человек, сочувствующий науке. Даже готовый на некоторые денежные траты, если таким образом можно… поспособствовать научному прогрессу. Абсолютно безвозмездно.

Он поднял брови, ожидая, что скажет сыщик. Джон сделал каменное лицо и кивнул, ожидая продолжения.

Хонна пригубил чай и поставил чашку на столик.

– Лет десять назад я созвал группу молодых ученых. Меня, видите ли, интересовали некоторые изыскания в области медицинской химии. Что то были за изыскания – сейчас неважно, да и объяснить будет трудновато.

«Чего там объяснять, – подумал Джон. – Старость подкатила, захотелось пожить подольше. Занялся поиском омолаживающего зелья. Или с потенцией были трудности, возжелал былой силы. А теперь рассказать-то неловко».

Вслух он ничего не произнес, а только кивнул еще раз.

– Они долго трудились, – говорил Хонна. – Я их не понукал, тем более что результаты были, м-м… впечатляющие. Средства вложил немалые, но результаты… да. Словом, у них начало получаться.

«Поди ж ты, – подумал Джон, – Получаться начало. Может, он поэтому таким здоровяком выглядит?»

– Ни в чём им не отказывал. Лабораторию устроил прямо здесь, на цокольном этаже. Вложил действительно немалые деньги. Весы, анализаторы газов, вакуумные насосы, экстракторы… Да что там, всего не перечислишь. Пришлось брать лицензию – на холодильник, к примеру. Обычного ледника им не хватало, пришлось заказывать магический… (пауза) хладагент. Без лицензии владеть такой диковиной– преступление.

Джон снова кивнул. Хонна взял чашку и в три глотка допил чай. Со стуком поставив чашку, он закончил:

– А три дня назад мои подопечные исчезли. Сбежали вместе с лабораторией.

– Как это – с лабораторией? – нахмурился Джон.

– Забрали приборы, – пояснил Хонна. – Ночью, как грабители. Прихожу с утра – а подвал пустой. Унесли всё, до последнего фильтра. Подозреваю, что добились, наконец, решительного успеха… и решили не отдавать мне конечный продукт.

Джон прочистил горло.

– Как я понимаю, моё дело – найти ученых и передать в ваши руки?

Хонна нахмурился:

– Прежде всего – приборы. И, конечно же, результаты опытов. Журналы, записи экспериментов, отчёты. Полагаю, смогу найти энтузиастов, которые завершат начатое. Прежним своим, гм… сотрудникам… я больше не доверяю. Так что главная цель – узнать, куда они увезли лабораторию.

Джон покачал головой.

– Это всё очень любопытно, – сказал он, – но, чтобы найти лабораторию, надо найти людей. Боюсь, если вы не скажете, чем занимались ваши сотрудники, искать их будет весьма сложно.

Хонна долго молчал, задумчиво трогая подбородок.

– Нет, – ответил он наконец. – Сказать этого не могу. Видите ли, господин Джонован… Знание предмета исследований вам не поможет. Верней, поможет, но только в том случае, если воры попытаются кому-нибудь продать… то, что получилось. В таком случае они, разумеется, обнаружат себя, и вы сумеете взять след. Но они не будут ничего продавать. В этом я уверен. Больше того: уверен, что они постараются сохранить исследования в тайне.

Джон открыл было рот, но Хонна подался вперед и положил на стол широкие ладони.

– Они оставят открытие себе, – сказал он негромко, – потому что не захотят ни с кем делиться.

Джон позволил себе вежливо улыбнуться:

– Что же у них там? Эликсир долголетия?

– Лучше, – сказал Хонна без улыбки.

Джон негромко хмыкнул.

– Давайте так, – предложил он. – Вы покажете, какие у вас есть зацепки по делу, а я решу, браться или нет.

– Достойные слова, – с удовлетворением сказал Хонна – Там, рядом с вами, на полке лежат бумаги. Можете ознакомиться.