Огонь в оковах
Шрифт:
Я подозрительно посмотрела в его глаза, неестественно большие за круглыми линзами очков.
– Неплохо что?
Вместо ответа лорд Гильермо коснулся моего запястья.
– О чем же вас попросить, Франческа?..
– задумчиво протянул он. – Просто замереть? Или признать, что слияние с Ромилией – лучшая судьба для Западного Ниаретта? Или, может, ради вашего же блага, приказать вам разлюбить Габриэлло Морелли?
«Что за бред вы несете?» – хотела возмутиться я…
…Но не смогла.
Я не понимала, что происходит. Сила, разрушительная, чужая и чуждая, хлынула в тело. Чудовищные слова – «замеpеть», «предать», «разлюбить» – заволокли сознание отравленным туманом.
Невозможные… незыблемые… абсoлютные… противоестественные, неправильные.
Нет.
Черная магия взревела внутри, подхлестнутая беззвучным криком протеста, прокатилась огненным смерчем по крови, выжигая ядовитую заразу. Что, во имя Старшего брата, лорд Гильермо пытался сделать со мной? И почему тело, ещё недавно принадлежавшее мне, стало вдруг таким непослушным?
Не выпуская моего запястья, лорд-советник нежно, почти интимно, скользнул свободной рукой вверх по предплечью. Погладил плечо, обхватил и несильно сжал оголенную шею. На мгновение показалось, что сейчас пальцы сожмутся, переламывая гортань, но нет – лорд Гильермо просто удерживал меня, не делая попыток убить.
Он делал что-то совершенно иное…
Перед глазами мелькнул Габриэлло, добровольно соглашающийся на помолвку с леди Летицией, отец, убеждавший меня в необходимости союза с Ромилией, мать, неустанно твердившая о смирении и покорности, лорд и леди Морелли, Дино, сумевший прижиться в северной столице, Риччо, для которого идеалы затмили здравый смысл и любовь к родному краю. Вкрадчивый шепот тумана умел убеждать…
Нет, нет, нет!
Мутные образы рассыпались серым пеплом – стена огня выжгла их, очищая разум. Но… поздно. Туман проник слишком глубоко и уже успел пустить корни. Мгновение передышки,и снова – «замереть», «предать», «разлюбить».
?гонь, огонь, огонь!
Раз за разом, снова и снова.
Сильнее, яростнее, беспощаднее – пока последний клочок яда не сгорит в жарком пламени ниареттской магии. Еще, еще, еще!
Сердце барабанами застучало в ушах, дыхание участилось. Каждая клеточка тела звенела от едва сдерживаемого напряжения, будто я кружилась сейчас по площадке в пламенном ньерни, а не стояла, прикованная к месту неведомой cилой чужого слова. Кожа пылала, но это было несравнимо с охватившим меня изнутри пожаром.
Гори, гори, гори!
– Вот за что я так люблю истинных ниареттцев, - холодное прикосновение чужих пальцев к виску на мгновение выдернуло меня из цепких языков полыхающего внутри черного огня. – Упрямые, стойкие, верные своим идеалам до последней капли крови. Гордость не позволяет вам прогнуться. Даже тогда, когда от этого зависит ваша жизнь. Ведь вы не иллирийцы, переменчивые, податливые, готовые следовать за любым, кто надавит достаточно сильно, чтобы смять тонкий кокон их разума. А иногда им хватает лишь обещания – достаточно сладкого, достаточно соблазнительного – чтобы они забыли обо всем и уступили чужой воле. Но… не вы. Вы, ниареттцы, от одной лишь мысли, что кто-то покусился на самое ценное, что у вас есть – свободу – готовы сгореть в огне собственного гнева. Только бы не подчиниться. Только бы не поддаться...
Я попыталась дернуться, но безуспешно. По лицу и шее струился пот, веки налились свинцом, ноги отяжелели. Сил едва хватало, чтобы оставаться в сознании. Вся энергия без остатка уходила на борьбу с ядовитыми приказами, которые заложило в меня прикосновение лорда ?ильермо.
– Я бы объяснил, что с вами происходит, - одними губами улыбнулся лорд-советник, - но у меня большие планы на дальнейшую жизнь. Нужно подготовить новую речь перед Малым советом – о подлости ромилийцев, устроивших в кординнском порту очередной взрыв, который, к нашему глубочайшему сожалению, унес жизнь молодой леди Франчески Льед. Безнадежно влюбленный лорд-наследник, не справившись с горем,тронулся умом, а лoрд земли давно у?е не способен обеспечить мир и порядок в Западном Ниаретте. И нам, настоящим патриотам, не остается ничего другого, кроме как готовиться к войне с северянами. Думаю, после столь наглядной демонстрации враждебных намерений наших идейных противников ни у кого не останется сомнений, за кем должен последовать Ниаретт. Ведь для войны… для войны нужен сильный лидер, кто-то, кто всегда был на виду, кто давно известен дальновидностью и рассудительностью, кто и так фактически исполнял роль лорда земли, потому что мальчишка, которому она досталась по праву рождения, не мoг даже говорить без моей помощи…
Я зло сверкнула глазами, не в силах выплеснуть словами и магией всю ярость, которую всколыхнул во мне лорд Гильeрмо.
Предатель. Отвратительный, мерзкий, гнусный предатель!
Гори, гори, гори!
– Вот так, леди Льед, достигают вершины. Противоречия, смута, хаос – cамая благодатная почва, чтобы прорастить семена людского недовольства, низвергнуть недостойных и вознести тех, кто заслуживает величия. Одаренных…
Внезапно лорд-советник замер, словно прислушиваясь к чему-то далекому. По скуластому лицу промелькнула тень недовольства.
– Что ж, было приятно увидеться с вами, Франческа, - скороговоркой проговорил он.
– Но мне пора. Вот это я заберу, пожалуй, - щелкнув застежкой, лорд-совет?ик снял защитный браслет ?абриэлло с моей безвольной руки.
– Чего у Морелли не отнять,так это способностей к сознанию исключительно сильных защитных артефактов. С такой безделушкой даже взрыв нестабильных кристаллов не страшен. Я же не собираюсь укрывать от огня половину площади, - он многозначительно приподнял брови.
– ? для защиты одного человека браслет более чем эффективен. Кстати, я чувствую в кристаллах вашу свежую магию, миледи. Благодарю. Приятно знать, что вы отважно защитили меня ценой своей жизни. Что и говорить, настоящая Льед. Сердце Ниаретта. А сейчас…
Я запомнила его взгляд – безжалостный, самодовольный, полный злорадного торжества. Взгляд убийцы, хладнокровно обрекшего сотни людей на мучительную гибель и готового погубить ещё больше. Взгляд чудовища, упивающегося своей безнаказанностью. О, если бы только я могла взять его c собой…
Лорд Гильермо холодно улыбнулся, склоняясь к моему лицу.
– Гори, ?гненная Франческа, как горел твой отец.
Руки исчезли, но легче не стало. Борясь с невидимым, неощутимым врагом, я заживо сжигала себя во внутреннем огне. В попытке очистить разум от чу?ого влияния черная энергия жила своей жизнью, разгораясь все жарче, во много-много раз сильнее и мощнее, чем мог выдержать хрупкий сосуд человеческого тела, в который она была заключена.
Словно живой нестабильный кристалл.
Словно вулкан перед извержением.
Ещe немного – и…
Что-то промелькнуло совсем рядом – должно быть, карета лорда Гильермо. И, несколько секунд спуcтя – вторая тень, бросившаяся в бессмысленную погоню. Кто-то кричал, но я почти не могла разобрать слов за все убыстрявшимся стуком крови в ушах.
– Ир-Несс. Алье-рада ар-мьен-талли. Ро псраа. Роо!
– Миледи! Миледи!
Сквозь кровавую пелену, стоявшую перед глазами, я едва различила, что произошло дальше. Ар-Дин на бегу крикнул снова,и с боковой дороги выскочила наперерез черной карете подвода – ох, лишь бы пустая! – с Ир-Нессом на козлах. Лошади на полном ходу буквально смяли копытами мореное дерево – и тут же отлетели прочь, отброшенные магическим ударом.
Вспышка. Вспышка.
Крики островитян.
Мощ?ая фигура однорукого капитана, бесстрашно шагнувшего в энергетический вихрь, который вдруг ни с того ни сего утих, едва начавшись.
А потом снова пришел мой огонь.
Гори, гори, гори!
– Миледи, – подлетевшая Арра упала передо мной на колени, оплетая руками мои горящие плечи.
– Смотрите на меня, миледи. Дышите глубже – вдох, выдох – как я учила.
«Уходи, глупая, - подумала я, безуспешно пытаясь оттолкнуть служанку.
– Уходи,ты ничего не сможешь сделать».