Чтение онлайн

– О предложении временно остаться в России, - Борис замолчал.
– Заманчиво. Сделать здесь контору, а в 'заграницах' открыть филиалы. Вроде бы все логично, но не обманываем ли мы себя, господа? Может, мы элементарно не хотим уезжать? Вот что, Димыч, давай не будем спешить, а приглядимся. Все равно без надежных документов соваться некуда. А еще я предлагаю распределить задачи. Мне с Мишениным есть смысл заняться техникой, а тебе, документами. Вопросы есть?

– Степаныч, ты мне предлагаешь достать правильные ксивы?

– Так кому же еще? Не Доценту же это поручать. Кстати, Психолог, а как тебе такое предложение. Найти бы нам здесь свежих покойничков с паспортами, что родом из какого-нибудь Мухосранка, из тех, у кого вся родня вымерла в голод. Тогда и записи в церковных книгах будут, и ни одна собака не докопается.

Видя, как нервно затеребил воротник Ильич, Дима злорадно подумал: 'Миротворец долбаный, добился обструкции? Вот и сиди теперь. Сопи в две дырочки, но тихо'.

– Степаныч, а может, проще? Забираем у местных бомжей паспорта и вывозим их в тот же Мухосранск. Еженедельный пенсион удержит их крепче мертвого якоря.

– А это мысль!
– обрадовался Борис, - Вполне здравая мысль. Берешься?

– А куда деваться? Без надежных документов нам делать нечего. Степаныч, а как клуб?

Клуб, клуб, - заворчал Федотов.
– Клуб тоже нужен.

Денег на все не хватало, имеют они такое скверное свойство. Деньги были нужны и на открытие клуба, и на развитее производства. Хотелось приобрести приличное жилье. При этом переселенцы предполагали, что после громкого ограбления полиция должна анализировать источники доходов лиц, сделавших большие приобретения. Не считаться с этим было опрометчиво, поэтому, кроме проблемы легализации, остро встала проблема отмывания 'паровозных' денег.

– Дим, но кроме документов, нам надо показать заработок, тогда и клуб можно открывать.

– Эт точно, денежки надо отмыть, Степаныч, это классика.
– Зверев мгновенно сообразил, к чему клонит Федотов.

– А коль это классика, так давай думать, как это сделать. А по клубу - ты пока въезжай в местную кухню. Присматривай помещение, разузнай, что к чему. Одним словом, занимайся, не маленький, но главное - решай с документами.

Поглядев на загрустившего математика, Борис понял, что экзекуций Вове сегодня хватит.

– Коллеги, у меня вопрос: на чем можно быстро заработать?

Федотов понимал, что после вчерашнего возлияния ответы могут оказаться под стать вчерашней пьянке, но сидеть сложа руки он не хотел.

– А что тут думать, самый быстрый заработок - это продажа барахла.

Зная, что Дмитрий Павлович иногда любит сыграть под простачка, все ждали, что он скажет дальше.

– Понял, - сам себе ответил Зверев.
– Старый, мне кажется, нам надо продавать наши ноу-хау. Ты же сам говорил, что у нас изобретений, как у дурака махорки.

– Вы уже продали молнию, - буркнул Ильич.

Месяц назад друзья поведали Ильичу, как они умудрились 'заработать' первую сотню рублей, продавая идею молнии.

В первые дни появления в этом мире они рискнули предложить владельцу мелкой мануфактуры идею молнии, красовавшейся на куртке Федотова. Прожженный тип, мгновенно ухватив суть дела, сунул им сотенную и ... предложил убраться. Об этом-то и напомнил сейчас Доцент.

В действительности ситуация с торговлей новшествами была далеко не так проста, как казалось. Взять, к примеру, идею жидкого мыла. В принципе Федотов помнил один из рецептов, но за идею никто денег давать не собирался. Надо было показать товар. А вот это требовало кропотливого труда. Более или менее приличный результат можно было ожидать через полгода. Это была явная потеря темпа. Конечно, есть идеи, что здесь оторвут с руками, но такие на ум не приходили.

Изложив эти соображения, Борис продолжил:

– В конце концов, мы найдем, что продать из ноу-хау, но кто получит двадцать тысяч целковых?
– в голосе Федотова прозвучало ехидство.

– Старый, ты что, решил слинять?
– оторопел Психолог.

– Зверев, ты голову-то изнутри давно мыл?
– рыкнул Федотов.
– Захотел бы уйти, давно бы ушел. Ты мне лучше скажи, на кого будет выдан патент?

– Да хоть на Ильича. Я буду доверенным лицом, а Доцент документы подпишет. Заодно нашего миротворца потренируем.

На первый взгляд проблем в этом не усматривалось. Однако не за горами было получение новых документов, что вело к смене фамилий. В итоге могло всплыть, что некто мещанин Ковригин, под фамилией Мишенин, продал гениальную идею жидкого мыла. Тут же мог вскочить вопрос: а почему под чужой фамилией? При таком подходе нет гарантии, что местные 'поисковики' не накопают поддельных документов.

– Черт возьми, Старый, что-то я тормознул. Проблемка-то та же!
– оторопел Зверев.

– Вот и я говорю. С документами и в паровоз бы не полезли, - слукавил Федотов.- Вот что, дядьки, какие еще будут предложения по получению легальных денег?

Искусство управления людьми включает в себя несколько основных компонентов. Порою требуется жесткость, но одной жесткостью творческую фантазию не разбудить. Эту истину Федотов усвоил, еще работая в конструкторском бюро. Успешный поиск решения часто давал мозговой штурм. При этом, правда, вываливалась прорва чепухи, в которой изредка плавали толковые идеи. Между тем метод работал. Именно им сейчас и воспользовался Борис.

Ильич, почувствовав очередное прощение, выдал гениальную мысль - сесть за зеленое сукно. Оказывается, этим делом Вова подрабатывал еще в студенчестве.

– Ильич, и сколько таких кидал было в вашей кодле?
– лицо Зверева выражало состояние охотника, ставшего на верный след.

– Дима, ну что вы все переводите на бандитизм? Мы же никого не обирали. Просто втроем мы умели быстро вычислять вероятности и карты партнеров. Вот и выигрывали.

– Есть идея! Давайте попросим высшие силы сделать нам пару дублей нашего Ильича. Группу шулеров назовем 'Три овечки Долли', - заржал Зверев.

– Да ну вас, сами и предлагайте, - буркнул, обидевшись, Доцент.

Вообще-то так проходиться по 'генераторам идей' было против правил мозгового штурма, но и морализировать по этому поводу Борис не собирался:

– Господин Зверев, если ты такой умный, то и предлагай.

– Да запросто!
– встрепенулся Дмитрий Павлович.
– Вот идея, поражающая новизной и оригинальностью. Я предлагаю заняться писательским ремеслом!

После этого более чем странного предложения друзья вновь оторопело замолчали. Федотову, чтобы не слышать больше кошмарных предложений, очень захотелось куда-нибудь свалить. Опасаясь за свое психическое здоровье, он заглянул под стол.