Чтение онлайн

Таран на мгновение осекся, глянул на нас с Нарывом и вздохнул.

— Но после определенных событий, я распорядился перевести его в караульные собаки. Радар с Белоусом останутся на Шамабаде. Если ваша операция не затянется, этого должно хватить.

— Мне нужны розыскные, товарищ старший лейтенант, — с недовольством в голосе проговорил Наливкин.

— Я понимаю вас. Но и вы меня поймите…

— Это вы меня поймите, — перебил его Наливкин. — Дело не простое. Мы будем работать на чужой, враждебной территории. Чем меньше нас будет — тем незаметнее мы сможем действовать. В то же время непонятно, сколько времени продлится операция. Люди могут выдержать многое, но собакам нужен отдых. Потому мне важно взять двух, на смену. И именно розыскных, а никаких не караульных.

— Если вы меня дослушаете, товарищ капитан, я объясню вам свою мысль, — попытался продолжить Таран.

— Товарищ старший лейтенант, — уже строже проговорил Наливкин, — у вас есть приказ. Вы должны содействовать нам в выполнении боевой задачи.

— Содействовать по мере сил и средств.

— Я прошу у вас одного бойца и двух собак. Все. Почему вы настаиваете на Селихове, я решительно не могу понять.

— Послушайте, — Снова вздохнул Таран, — я же вам говорил…

— Что пес не признает никого, кроме Селихова? — Развел руками Наливкин. — Это какая-то глупость. Почему такой пес все еще находится у вас на службе?

— Товарищ старший лейтенант, — вклинился я, видя, что разговор офицеров заходит куда-то не в ту сторону, — разрешите обратиться к товарищу капитану.

Таран сощурился, словно бы борясь со сном. Потом проморгался и ответил:

— Разрешаю, Саша.

Наливкин внимательно посмотрел на меня. Да так, словно бы был учителем, ждущим от школьника объяснений решения сложной задачи.

— Если вам нужны две собаки, то придется взять меня.

— Да? — Хмыкнул Наливкин. — А я думаю, товарищ старший сержант Нарыв сам прекрасно справится с обеими собаками. Не так ли? Товарищ старший сержант?

— Боюсь, что не так, — пожал плечами Нарыв.

Наливкин вопросительно приподнял бровь.

— Как это, не так?

— Булат не слушается никого, кроме Саши. Он, как бы это сказать… Только ему и доверяет.

В канцелярии повисла тишина. Наливкин выглядел несколько удивленным и не спешил что-либо отвечать Нарыву. Думал.

— Не пойдет. Вожатый с караульной собакой будет нам только обузой, — покачал головой Наливкин, — потому, мы возьмем только старшего сержанта и его разыскную. Придется понадеется на одну собаку.

— Вынужден вам отказать в этом, — покачал головой Таран.

— Как это… Отказать?

— Вы говорите, что операция займет не меньше нескольких суток. Собака должна отдыхать. Длительный переход, сам по себе, будет непростой задачей для одного-единственного животного на такой жаре. А если придется идти по следу — то практически невыполнимой. А я не хочу, чтобы вы вернули мне Альфу в состоянии, при котором вымотанная овчарка, не сможет как полагается нести службу на заставе.

— Если преследование растянется во времени, — вдруг вклинился Нарыв, — собаке нужна будет смена.

Наливкин глянул на меня. Засопел.

— Сержант Селихов. Вы умеете ставить собаку на след?

— Старший сержант Нарыв показывал мне, как это делается, — сказал я, — Я тренировался этому с Булатом. Но в реальной боевой обстановке руководить взявшей след собакой мне не приходилось. Тем не менее Булат воспринимает команды только от меня.

— Что если… — Раздумав немного, начал было Наливкин, но Таран сразу его перебил:

— Извините, товарищ капитан, но Радара я вам не дам. Хотя бы одна полноценная розыскная собака должна остаться на заставе.

Наливкин вздохнул.

— Так, ладно, — он снова осмотрел нас с Нарывом. — Вижу, вас не переубедить. Значит, группа будет побольше. Что ж. Это несколько усложняет дело. Ну, да, видимо, выбирать не приходится. Товарищ старший лейтенант?

— М-м-м?

— Вы не будите против, если я доведу до товарищей сержантов основную причину того, почему их подняли среди ночи и заставили слушать наши с вами споры?

— Буду только рад, — Таран пожал плечами.

Наливкин встал. Сцепил руки за спиной и принялся ходить по комнате.

— Значит так, товарищи бойцы. Так случилось, что «Каскаду» нужна ваша помощь. Помощь в очень важной операции.

Мы с Нарывом молчали, следя за тем, как Капитан прошелся вправо, обернулся и потопал обратно, глядя себе под ноги.

— А именно: вам, в составе моей команды, надлежит перейти Государственную границу Союза ССР, добраться до стоянки душманов под хребтом Ходжа-Кхаб и исследовать эту стоянку. Главная задача — попытаться найти запаховый след, который укажет на путь к нужной нам банде.

Мы с Нарывом переглянулись. В глазах старшего сержанта стоял немой вопрос.

Кажется, Наливкин тоже увидел этот вопрос Нарыва, потому спросил:

— Вопросы есть?

— Есть, товарищ капитан, — начал я. — что или кого мы ищем?

Конечно, я знал ответ именно на этот вопрос. Правда, не должен был. Очевидно, «Каскад» прислали именно для того, чтобы попытаться спасти советского разведчика, отца Амины, который пропал в этих местах.

Все же, события повернулись неожиданным образом. Сначала особист Шарипов собирался провернуть это дело самостоятельно, подключив кого-то из разведки. Но по всей видимости, все переигралось, когда мы уничтожили троих боевиков из «Черного Аиста», и стало известно о присутствии этих боевиков близь участка Шамабада.

Командование, видимо, предполагало, что появление этого особого подразделения на нашем участке, как-то связано с нашим разведчиком. Точно так же думал и я.

И раз уж тут действует «спецназ» душманов, логично было бы привлечь к операции и спецназ КГБ СССР. Тогда можно было бы убить двух зайцев: найти пропавшего разведчика и одновременно провести оперативную работу против «Аистов», а впоследствии и уничтожить их силами сороковой.

Все, что происходит сейчас на Шамабаде, было подтверждением верности хода моих мыслей.

— В этих местах пропал советский разведчик. Майор КГБ СССР Искандаров Рустам, — ответил капитан. — Он выполнял важную задачу в Агфанистане еще до войны. Несколько месяцев назад — просто исчез. Нашей главной задачей тут, на Шамабаде, было узнать, жив ли он. Второстепенной — расследовать деятельность «Чохатлора» в этих местах.

— И я полагаю, — продолжил я, — Рустам Искандаров жив.

— По всей видимости, — кивнул Наливкин. — Более того, видимо, он ушел у нас прямо из-под носа. Ну как ушел… Его увели.