Чтение онлайн

— Что тут происходило в моё отсутствие?

— Ничего, я просто собирался поесть холодца, — ответил Серов, прислоняясь плечом к кирпичной стене, увитой плющом, и расслабленно скрещивая ноги.

Таким образом он хотел показать Маргарите, что он спокоен и нет ни единого повода для подозрений. Она хмыкнула:

— Я видела её на улице — мою маленькую мазохисточку. Она в такой прострации выскочила из подъезда, что даже не обернулась на крик. Что ты ей сделал?

Она была настолько уверена, что он что-то сделал с Юлей, что запираться не было смысла. Видимо, Маргарита прочитала на его лице готовность излить душу.

— Ладно, Серый, пойдём выпивать и закусывать, — сказала она, садясь на пуфик в прихожей и стаскивая свои чудовищные красные ботфорты. — Заодно поболтаем о садомазохизме как о социокультурном явлении в условиях провинциальной суровости нравов и тотального женского недоебита.

Серов не удержался от усмешки. Такую Марго он помнил и любил.

Они уминали оленину, медвежатину, лосятину и бог знает что ещё. Серов не задавал глупых вопросов о происхождении мяса. В густых невиннопысских лесах водилось много разнообразного зверья, а, учитывая скромные зарплаты и наличие практически у всех охотничьих билетов, в котлетах местных жителей можно было найти любой белковый ингредиент. И бЕлковый тоже.

Под ледяную водку из морозилки холодец шёл великолепно. Он не просто шёл — он

скользил по языку и горлу, как шёлковый платочек по свежевыбритой голени красивой модели. Серов даже постанывал от удовольствия.

— Как ты дошла до жизни такой? — спросил он, утолив первый голод. — Жги, не стесняйся, мне Юля рассказала, что ты садистка-доминантша.

— Вот мелкое трепло! Впервые видит мужика и сразу же выбалтывает все тайны!

— Да нет, она просто приняла меня за доминанта, твоего коллегу. Попросила провести сессию. Кажется, так у вас называется сеанс порки?

— Ха-ха! Так ты её выпорол?! То-то она вся румяная прыгала через две ступеньки!

— Да, выпорол, — признался Серов. — Она меня уговорила. Я её пожалел.

— А-а-а, повёлся на красивые глазки! Она умеет уговаривать, сама постоянно страдаю. Чем ты её порол? Ремнём?

Марго наклонилась через стол и потрогала его кожаный итальянский ремень. Присвистнула — то ли от восхищения его крутостью, то ли от жалости к Юлиной попе.

— Нет, рукой, — ответил Серов, — я же не зверь какой.

Она удивлённо подняла брови:

— Рукой?

— Ну да.

— Ещё скажи, что по голому заду.

— По голому. А что?

— Офигеть! Как тебе удалось раскрутить бедняжку на такое безобразие? — видя, что Серов не понимает вопроса, Марго пояснила: — Эта девочка не выносит чужих прикосновений, да и вообще у неё фобия на фобии и фобией погоняет, поэтому я шлёпаю её массажной щёткой через толстую юбку. В крайнем случае через шерстяные колготки.

Пришла очередь Серова удивляться:

— Не выносит прикосновений?

— А ты её касался?

— Ну... довёл пальцем до оргазма. Впрочем, это было нетрудно, она и так вся... трепетала.

Марго молча сложила пухлые накрашенные губы в большое красноречивое «О». Серову стало неудобно:

Я сделал что-то не так?

— Она вопила: «Красный! Красный! Пусти меня, урод озабоченный!»?

— Нет.

— Тогда всё в порядке.

— Но она отказалась заняться со мной сексом. Даже оральным.

— Ну ясен перец! Я даже не знаю, что должно произойти, чтобы она согласилась засунуть в себя чей-то член. Она и за руку-то старается никого не трогать, её всю передёргивает от отвращения. Так и помрёт девственницей. Давай выпьем за здоровый секс? Здоровый, безопасный, полноценный секс без всяких извращений!

— Не вижу повода не выпить! — поддержал Серов и опрокинул очередную рюмку.

— Кстати, — деловым тоном сказала Марго, — трахаться хочешь?

Серов подумал. В принципе было бы неплохо, Юля здорово его раззадорила, да и алкоголь подогревал либидо, но не с Марго же? После студенческого романа между мужчиной и женщиной могут установиться добрые дружеские отношения, но потом-то — какой секс? Это как трахаться с другом мужского пола. Не то чтобы совсем нельзя, но слишком экстремально. Самый главный и болезненный вопрос: кто сверху? Спички тянуть? А если попадётся короткая? Тьфу, Серов постарался выбросить из головы стремные мысли. Это всё котлетки из дикого мяса! Никогда он не собирался спать с мужчинами (тем более друзьями). В мире полно красивых женщин!

Он задержал взгляд на декольте Марго. Это красное латексное платье... не такое уж страшное, как ему показалось вначале. Хоть Марго и прибавила в весе, но пропорции сохранила гармоничные, да и грудь у неё выросла пышной и белой. Что-то в этом доминант-ском наряде было.

— Спасибо за предложение, — ответил Серов, — но пока неохота. Может, позже, — не стал он обрубать концы.

— Ну и ладно. Захочешь — скажи. Я тебе такое покажу, чего ты никогда в своей жизни не видел. Кончать будешь фонтаном до потолка!

Они долго ещё выпивали и закусывали. После первой бутылки водки открыли вторую. Достали новую тарелку с холодцом и свежезасоленного лосося. Марго поведала грустную и поучительную историю о том, как после учёбы в Москве вернулась в родной Невинно-пыск и устроилась на горно-обогатительный комбинат. И тут грянул кризис. Чтобы сократить расходы и избежать повальной безработицы, многих сотрудников отправили в отпуск, а зарплаты урезали. Инфляция выросла, продукты подорожали, а рубль подешевел чуть ли не вдвое. Мама Марго тяжело заболела. И тут один из комбинатовских шишек — после долгих предварительных обнюхиваний и зондирования почвы — предложил Марго его выпороть. Обещал заплатить столько, сколько она получала за месяц. Марго не долго думала. Матери нужны были лекарства, а ей нужна была стабильная и высокооплачиваемая работа. Вот так финансовый менеджер превратился в Мадам Марго, Домину и садистку по вызову. Когда мамы не стало, а ГОК начал улиточкой выползать из кризиса, ей уже не захотелось возвращаться в финотдел. Лёгкие деньги её развратили и приучили к безбедной жизни. Да и клиентура почти целиком состояла из гоковских начальников, что, без сомнения, мешало бы ей нормально работать в офисе. Трудно воспринимать указания вышестоящего лица, когда накануне ты лупила его мухобойкой по яичкам или делала массаж простаты гигантским чёрным фаллоимитатором.

Серов слушал и поверить не мог, что в провинциальном Невиннопыске люди дошли до таких возмутительных развлечений. Ладно в развращённой деньгами Москве, ладно в бандитском Петербурге, ладно даже в научно-исследовательском Новосибирске, но здесь? В таёжной глуши на краю цивилизованного мира?

— Ты даже не представляешь, сколько мужиков нуждается в регулярной порке, — делилась Марго, размахивая вилкой с наколотым лососем, к которому прилипла веточка укропа. — Это не просто расслабление и снятие стресса, это профилактика инфарктов, инсультов и ранней импотенции!

Ощущая, что он здорово уже надрался, Серов сфокусировал взгляд на своей подруге:

— Что, серьёзно? Порка помогает при импотенции?

— Ну, сама по себе нет, — честно призналась Марго, — но в совокупности с другими практиками воздействия... Ой, да что мы всё о теории да о теории? Пойдём, я тебе кое-чего покажу!

Она вытащила его из-за стола и повела по коридору вглубь квартиры. По пути она придерживала его за пояс, чтобы он не свалился, хотя Серову эти меры предосторожности казались излишними. Он, конечно, опьянел, но не настолько же! Уж ноги-то свои он контролировал!