Чтение онлайн

Радлов вытащил из футляра комочек линзы, осторожно поместил в глаз. Тот на миг зачесался, изображение стало мутным, но сразу пришло в норму. Проделал то же самое со вторым.

Лицо в зеркале стало еще более чужим.

– Я доволен, – проговорил Карла задумчиво. – Тебя, котик, можно показывать родной мамочке, и она останется в дурочках. Ну что, ты готов платить?

– Погоди… так вот… слушай, а одежды какой-нибудь у вас нет? А то это костюм мне… – загримированные щеки чуть заалели, – надоел…

– Ах, вот как? – на лице Карлы возникла понимающая ухмылка. – Ну, какое-то барахло в подсобке валяется. Постояльцы иногда забывают вещи. Пойду, гляну, что там есть. А ты пока готовь карточку.

Он ушел. Семен осторожно, точно хрупкий цветок, потрогал собственное лицо, прошелся пальцами по морщинам, что и на ощупь выглядели настоящими. Едва успел коснуться шрама, как вернулся Карла с охапкой костюмов, штанов, плащей, свитеров и вообще непонятно чего.

– Вот, – сказал он, бросая вещи на пол. – Покопайся тут. Может, чего-нибудь и найдешь. За счет заведения. И где мои деньги, котик?

Радлов вынул кредитку и через минуту счет Оскара Столпника стал на двести евро меньше. Покончив с оплатой, принялся копаться в шмотках. Отложил в сторону то, что обладатели нетрадиционной сексуальной ориентации носят на своих вечеринках – плавки с игривыми аппликациями, штаны, на первый взгляд состоявшие из одних лент, пиджак с накладной женской грудью.

Карла наблюдал за ним с улыбкой.

– Вот это подойдет, – Семен отобрал джинсы, чуть узковатые, но хотя бы без прозрачных вставок, и черно-зеленый свитер с вышитым на спине крылатым фаллосом. Ничего более приличного в куче не нашлось.

– Как скажешь, котик.

Переодевшись, Радлов стал выглядеть как потрепанный жизнью путешественник, болтающийся по Европе и перебивающийся случайными заработками. Подобные типы встречались от Тронхейма до Афин, селились в хостелах и кемпингах. Полиция смотрела на них без особой радости, но обычно не трогала.

– Все? – поинтересовался Карла.

– Как у вас насчет еды?

– Можешь заказать пиццу, котик. Тебе ее принесут прямо в номер. Ладно, пойдем. Твоя комната – третья. Это на втором этаже, в конце коридора. Занимай любую свободную койку. Душ и туалет – за торцевой дверью. Завтрака у нас нет, но на Кржижиковой есть хороший бар, работает с восьми утра. Еще что-то?

– Э… нет.

– Ну и отлично, – и Карла одарил Семена очередной улыбкой.

Они вышли из парикмахерской. Радлов по темной лестнице поднялся на второй этаж и очутился в длинном коридоре с высоким потолком, на котором тускло горела единственная лампочка. Прошел его почти до конца и остановился у двери, украшенной большой цифрой три.

Несколько минут собирался с духом, а затем вошел.

Комната была просторной и унылой, как больничная палата. Покрашенные в серый цвет стены, большие окна, шесть расставленных в два ряда коек, около каждой – тумбочка и небольшой столик. В углу – раковина, над ней – засиженное мухами зеркало. И самый настоящий дощатый пол.

На ближайшей к двери кровати лежал, водрузив на пузо компак, мускулистый лохматый мужик. Вторую в этом же ряду занимал кто-то, укрывшийся под одеялом и сладко похрапывающий. Третья выглядела свободной, а на той, что напротив нее, целовались двое молодых людей.

Семен с трудом сдержал рвотный позыв.

– Привет, – гнусаво сказал лохматый, отведя взгляд от виртуального экрана. – Заходи, гостем будешь.

Взгляд у него оказался неприятный, какой-то тусклый, словно круглые отверстия в черепе закрывало мутное стекло.

– Меня зовут Антон, – представился лохматый. – Располагайся, где хочешь. Вон те двое – Вика и Паскаль, – молодые люди перестали целоваться и заулыбались. Стало видно, что один из них, худощавый и светлоглазый, размалеван, точно портовая шлюха, а второй – толст и прыщав. – Ну а тот, что храпит – Хулио. Он откуда-то из-за моря, по-нашему не понимает, а спать может сутками.

– Оскар, – назвался Радлов.

Он подошел к ближней в правом ряду кровати, сбросил рюкзак на пол. Заглянул в тумбочку, где обнаружил идеальную чистоту и пустоту. Пощупал постельное белье и тут заметил, что Антон продолжает за ним наблюдать.

С мерзкой кривой ухмылкой.

– А я тебя ведь не знаю, – проговорил лохматый задумчиво. – Значит ты либо не из наших, либо издалека.

– Э… тебе есть до этого дело? – Семен глянул на него прямо, с вызовом.

Старые привычки требовали вести себя тихо, не напрашиваться на конфликт. Но Радлов хорошо понимал, что в такой компании нужно сразу поставить себя так, чтобы никому в голову не пришло допытываться, кто ты такой и откуда взялся.

– Хм. В общем, нет – Антон потянулся, почесал живот, так что лежавший на нем компак заколыхался. – Дело твое. Вот только смотри, как бы тобой полиция не заинтересовалась. В Праге не очень любят нищих бродяг.

– Ничего, я с этим разберусь, – Семен снял свитер, вынул из рюкзака пакет с шампунем и бритвенными принадлежностями.

– Как знаешь, – и лохматый вновь уставился в монитор.

Когда Радлов вышел в коридор, двое у окна продолжали целоваться, а Хулио – похрапывать. За торцевой дверью обнаружился душ на три кабинки, облицованный ультрамариновым кафелем, где сильно пахло дешевым дезинфектором. Семен очень тщательно вымылся, после чего вернулся в комнату.

На то, чтобы найти в Сети телефон ближайшей пиццерии и позвонить туда, ушло пять минут. Сонный женский голос поинтересовался адресом и заверил, что заказ будет доставлен через полчаса.

Так что Радлов просто лег на кровать и принялся ждать, глядя в потолок.

Возникла мысль удрать из хостела, не дожидаясь утра. Отправиться куда-нибудь в тихое безлюдное место, где и переждать до рассвета. Но Семен отверг ее, и принялся раздумывать, каким образом добраться до местного отделения АСИ, проникнуть внутрь и уничтожить бумаги.

Размышления прервал стук в дверь.

– Пиццу заказывали? – в комнату зашел высокий, очень худой паренек в мотоциклетном шлеме цвета спелой малины и с коробкой в руках.

– Да, – Радлов поднялся, вытащил из кармана кредитку.

Он расплатился, паренек вручил ему коробку и торопливо ушел. Под картонной крышкой обнаружилась плоская лепешка, покрытая толстым слоем чего-то, сильно похожего на блевотину. Первый кусок Семен взял с осторожностью, но потом голод одолел брезгливость, и от пиццы осталось только жирное пятно на донышке коробки и вкус колбасы во рту.

Прилагавшуюся к ней пол-литровую бутылку «Колы» выхлебал одним глотком.

– Силен жрать, – заметил Антон. – Мусор выкини, а то администратор ругается. Утилизатор у входа в душ, если ты не заметил.