Чтение онлайн

за ним…

Бритоголовый здоровяк Хасан был очень приветлив с русскими: каждому репортёру крепко пожал руку и что-то, явно приветственное, произнёс по-сирийски. После чего бывший снайпер показательно развёл

руками, мол, ничего не поделаешь, надо идти, руководить процессом, и в окружении орущей толпы удалился вглубь улицы. Журналисты, было, дёрнулись за ним, но один из сопровождавших мухабаратчиков

преградил путь, цокая и размахивая при этом руками.

– Он просит подождать здесь, пока там всё будет готово, – перевёл

Сомар. – Кто хочет, может выпить кофе или сок в этом магазинчике.

Коллеги-репортёры с удовольствием откликнулись на его предложение и столпились возле обескураженного продавца. Солдаты

сопровождения пришли ему на помощь, они как могли, переводили тор-говцу все требования русских. При этом уверяя каждого, что за кофе

платить вообще не надо, якобы продавец угощает.

– Не-е, ну так не пойдёт парни! – обратился к мухабаратчикам

Алексей. – Я, конечно, понимаю, что мы здесь желанные гости, но ведь

им тоже надо на что-то жить. Тем более, это для нас не деньги… Сомар, переведи ты им, наконец, что мы заплатим за кофе и конфеты, пусть

не выдумывают.

– Да, Сомар, – подхватили репортёры – мы в состоянии платить

по счетам.

– Ребята, не в деньгах дело, – попытался оправдаться переводчик,

– просто эти торговцы очень уважают Россию и хотели хоть как-то

отблагодарить вас, за то, что вы делаете для них… Для всей Сирии…

– Мы всё понимаем, Сомар, но за кофе, всё-таки заплатим…

– Ребята… Ребята, – лебезил Сомар, – Выпейте хотя бы по крепкому

кофе. Хозяин говорит, это подарок.

133

Александр Коцюба • Раненный Алеппо

– Очень вкусный подарок, – осушив залпом маленькую фарфоро-вую стопку, на дне которой было немного крепкого напитка, выдохнул

Илья и зажмурил глаза… – И о-очень крепкий!

Владелец лавки засмеялся и протянул репортёру ещё одну стопку

с кофе…

– Не-е-е-е! – зашипел Илья, отходя от прилавка.

Тут засмеялись все вокруг, включая маленьких детей, разглядывав-ших разодетых в бронежилеты и каски иностранных журналистов.

– Блин, я вообще кофе не пью, а тут такая адская смесь, – улыбался

в ответ Илья.

– На Ближнем востоке и здесь, в частности, кофе очень любят,

– сквозь смех объяснял Алексей, – и заваривают его очень крепко.

Он должен бодрить, так сказать.

– Да уж… Взбодрил на весь день, ничего не скажешь. Илья обратился к переводчику:

– Сколько стоит сие счастье? Как это будет по-сирийски, Сомар?

– Они же сказали, что подарок…Тем более, для тебя, – смеялся

переводчик.

– В общем, я ещё вон тот пакет апельсинового сока возьму и шоко-ладку для себя, – вновь обратился к продавцу Илья, – а вот эти конфеты

и печенье, раздам детям.

– Правильно, Илюха, я тоже куплю им конфет, – поддержал Лёня.

– Мухабарат всё равно не разрешает этим оборванцам деньги давать, пусть хоть конфет с печеньем поедят.

Едва журналисты начали раздавать сладости, дети буквально

повисли на каждом из них, громко крича и протягивая руки в надежде

получить свою долю…

– И тебе… И тебе, – громко кричал подбегавшим малышам Виктор.

Он брал из своего пакета очередную горсть сладостей и разбрасывал, словно сеятель, окружившим его детям. – Всем хватит, не ругайтесь, –

успокаивал он.

– Вы их печенюшками закормите, что больше ничего есть не будут,

– громко обратился к журналистам невесть откуда взявшийся акыд. –

Сворачивайте свою богадельню и все за мной… Работать пора, там уже

всё готово. Офицер поманил всех рукой, развернулся и пошел мимо

закрытого шлагбаума вглубь улицы. – Шевелите поршнями! – не обора-чиваясь, громко призвал он.

134

Александр Коцюба • Раненный Алеппо

Коллеги спешно высыпали содержимое своих пакетов галдящей

детворе и, поправляя бронежилеты, рюкзаки и каски, друг за другом

потянулись за удалявшимся офицером. Пройдя метров сто, вся компания притормозила возле нескольких зелёных автобусов, вплотную

припаркованных друг к другу. Двери были открыты, но пассажиров

не было.

– Так, автобусы на месте. А вы все здесь? – обратился акыд к подошедшим журналистам. – А где Клим с Вадиком?

– Здесь мы, товарищ полковник, – спокойно ответил оператор

Вадим, выходя из салона одного из автобусов. – Картинку набираем.

– Потом всё наберёте! Сейчас все вместе идём на позицию… Все

вместе! От меня никто не отходит… И снимать будете только по моей

команде, всем понятно? – командовал офицер.

– Понятно!.. Мы готовы… Илья ловким движением снял с плеч

рюкзак, расстегнул его и достал микрофон. Потом так же молниеносно

закинул его за спину и приготовился идти дальше.

– Та-а-ак… Все здесь, – ещё раз окидывая взглядом всю компанию, суетился акыд. – Сейчас заходим за поворот и начинаем работать…

И никто… Я повторяю, никто не приближается к брустверу! Сразу за ним

позиции боевиков, и они могут открыть огонь сразу, как только увидят

большое скопление людей. Тем более, у вас микрофоны… Да еще и бронежилеты с касками. Сразу видно – лакомые кусочки для снайперов…

Все меня поняли?

– Да поняли мы уже, товарищ полковник, – вскипел Виктор, закидывая большую телекамеру на плечо. – Что вы с нами, как с детьми, в очередной раз разговариваете. Все всё понимают, и нарываться

на пулю не собираются. Смертников среди нас нет…

– Ну, всё…хватит нервничать! – виноватым тоном перебил оператора акыд. – Пошли за мной!..

Через несколько метром вся компания повернула налево и вышла

на небольшую площадь, на которой суетились десятки вооруженных